Шепот скандала - Корник Никола - Страница 11

– Вы так это называете?

– Мистер Девлин сказал мне, что вы посоветовали ему держаться от меня подальше, – произнесла Джоанна, когда они проходили в дверь, ведущую в столовую. – И я рискнула предположить, что причиной этого послужила просьба моего покойного мужа, который умолял вас проявить братское снисхождение ко мне и обеспечить защиту от молодых шалопаев.

Алекс рассмеялся:

– Вы глубоко заблуждаетесь, леди Джоанна. Лорд Дэвид признался мне, что вы вполне способны постоять за себя, и у меня есть все основания верить ему.

Джоанна почувствовала волнение, которое, как ни странно, было больше похоже на боль. Значит, Дэвид представил ее как толстокожую бесчувственную дрянь, а Алекс поверил ему. Конечно! Почему бы нет? Все верили, что Дэвид Уэр – безупречный герой, а Алекс был его самым близким другом. Она попыталась взять себя в руки. А что еще она ожидала? Дэвид никогда и не собирался петь ей дифирамбы, они были чужими в течение многих лет, замкнувшись во взаимной ненависти. На протяжении пяти лет их супружества они постоянно ссорились, а потом просто почти не разговаривали друг с другом.

Джоанна глубоко вздохнула, стараясь прийти в себя. Дэвид мертв, и теперь это уже не имеет никакого значения. Однако невысокое мнение Алекса о ней, похоже, задело ее больше, чем она ожидала.

Джоанна внезапно остановилась рядом с ледяной статуей, изображавшей самого Алекса в полный рост.

– Вот как? – сказала она язвительно. – Вы вмешались в самый последний момент, чтобы защитить своего кузена от воображаемой опасности, лорд Грант. А ведь вы бросили его одного, так ведь? И его сестру тоже, насколько мне известно, пока вы шатались неизвестно где в поисках славы.

Алекс взял ее руку и с такой силой сжал запястье, что она охнула и замолчала. Его взгляд был по-настоящему диким, но тон, которым он заговорил, оказался спокойным.

– Вы хотите порвать со мной на людях? – спросил он. В его голосе звучали стальные нотки. – Признаюсь, я рассчитывал на что-то более интересное, чем перечень ошибок, которые я совершил по отношению к своей семье.

– Не спешите, – сказала Джоанна. Она выдержала его взгляд и не отвела глаза. – Вы не будете разочарованы нашим разрывом, обещаю вам.

Она сбросила его руку и потерла запястье. Ей было не больно, но то, как он схватил и как смотрел, потрясло ее, в этом было что-то первобытное и свирепое. Всего лишь за секунду характер их встречи полностью изменился – от враждебности до открытого антагонизма. Джоанна осознавала, что в пылу ссоры она наградила Алекса всеми недостатками, которые так ненавидела в Дэвиде, и понимала, что это, скорее всего, несправедливо, но у нее не было никакого желания быть великодушной. В конце концов, он вел себя по отношению к ней не как благородный человек, возненавидев ее с самого начала.

– Вы можете не беспокоиться о добродетели своего кузена, – сказала Джоанна. – Меня не интересуют неоперившиеся юнцы, что бы вы об этом ни думали. – Она оглядела Алекса с головы до ног. – И искатели приключений тоже, и не имеет значения, какими бы романтичными и загадочными ни считали их другие. – Она расправила плечи. – Лорд Грант, я не знаю, что мой муж наговорил вам обо мне, почему вы относитесь ко мне с таким отвращением, но меня не волнуют ни ваше неодобрение, ни ваши суждения обо мне.

– Дэвид никогда на протяжении нашего с ним знакомства не говорил мне о вас, – возразил Алекс. – Только перед смертью.

– Ну, – произнесла она с сарказмом в голосе, – если Дэвид был в тот момент на смертном одре, тогда все, что бы он ни сказал, должно быть правдой.

– Возможно, – произнес Алекс. Его губы превратились в узкую полоску. – Дэвид просил меня никогда не доверять вам, леди Джоанна. Он говорил, что вы лживы и любите манипулировать людьми. Скажите, что же вы такого сделали, чтобы вызвать такую ненависть со стороны мужа?

Их глаза встретились, но ни он, ни она не отвели взгляда. Тем не менее Джоанна чувствовала жар во всем теле. Взгляд Алекса сфокусировался на ее лице, прожигая, и она вдруг почувствовала лютую ненависть к нему за то, что он поверил ее вероломному, ни на что не способному мужу и, не задав вопросов, принял его слова за чистую монету. Она хотела все ему объяснить. Желание это было очень сильным, но она понимала, что не может доверять Алексу Гранту, человеку, которого она совсем не знала. «Не доверяй никому» – таков был ее принцип, когда она появилась в Тоне, и она оставалась верной ему все время с того момента, когда еще в самом начале замужества вошла в салон платья мадам Эстель на Бонд-стрит и услышала, как две женщины обсуждают интимные моменты ее жизни в возмутительно мельчайших подробностях. Именно тогда она впервые узнала о неверности мужа. Поэтому она никому не раскрывала своих секретов и, уж конечно, не станет доверять их ближайшему другу, коллеге и соратнику своего покойного мужа.

– Жаль, что вы принимаете на веру, что вина лежит на мне, – с горечью в голосе сказала Джоанна.

В глазах Алекса промелькнуло сомнение. Это была слабая и мимолетная тень сомнения, которая исчезла в мгновение ока. Алекс слегка покачал головой:

– Да, это плохо, леди Джоанна.

Настроение Джоанны резко изменилось. Она не была женой Дэвида в течение пяти долгих лет до его смерти и сама молча справлялась со своим горем. Этот человек теперь пытается заставить ее выставить напоказ то, что она прятала ото всех так долго, подумала Джоанна, тем самым заставляя ее разрушить то, что защищало ее все это время.

– Что ж, лорд Грант, – наконец сказала Джоанна. – Нужно принять решение. Я вам ничего не должна, и, что бы я ни сказала, это не изменит вашего мнения обо мне, поэтому я не стану понапрасну тратить силы и сотрясать воздух. – Она расправила плечи. – Я понимаю, что вы хотите, чтобы я разорвала нашу предполагаемую связь. Позвольте сделать вам одолжение, и тогда у нас не будет необходимости видеться снова.

Джоанна повернулась к ледяной скульптуре и вырвала меч из руки мужчины. Лед треснул, и меч легко выпал. Все гости миссис Каммингс одновременно затаили дыхание. Джо слегка приподняла колено, одним резким ударом разломила меч на две половины и вручила Алексу куски.

– Вот что я думаю об исследователях и их способности любить, – четко произнесла она так, что все без исключения могли слышать ее, и улыбнулась. – Считайте, что вы – свободны, лорд Грант, – ласково добавила она. – Спокойной ночи.

Глава 3

Миссис Лотти Каммингс стояла в столовой одна, созерцая картину того, что осталось после ухода гостей. Свечи были потушены, но в воздухе немного пахло дымом. Первые лучи утренней зари проникали в комнату. Ледяные скульптуры таяли, и с них в огромные стеклянные посудины, расположенные внизу, капала вода. Лотти было грустно, но она никак не могла понять почему.

Вечер имел потрясающий, просто оглушительный успех, и она знала, что о нем будут много и долго говорить. Даже без впечатляющего скандала между леди Джоанной Уэр и ее предполагаемым любовником, лордом Грантом, прием можно было назвать очень веселым и приятным. Еда, как всегда, была изысканной, музыка – само совершенство, а ледяные скульптуры придали общей картине заключительный штрих. Тем не менее Лотти никак не могла понять, почему она чувствует себя так, будто потеряла что-то очень важное. Она задумчиво погружала пальцы в чашку с остатками крема из лепестков роз и потом слизывала его. Ощущение, будто она потеряла тысячу, а нашла пенс, никак не покидало ее. Ее муж Грегори только показался на вечере, но он никогда и не принимал участия в раутах. Они жили каждый сам по себе с самого начала супружества. Она вышла за него замуж из-за денег, а не по большой любви, что само по себе было совсем неплохо, так как он ничего не представлял собой как личность. Нет, действительно, не пренебрежение Грегори было причиной ее грусти. Она и не хотела его внимания. Но ей хотелось, чтобы о ней кто-нибудь заботился, кто-то – более волнующий и мужественный, чем бедняга Грегори.