Шепот ветра - Поляков А. Ю. - Страница 19

Сара подумала о той жизни, которую теперь вела Амелия. Поскольку Эван был очень странным человеком, который хотел, чтобы ее пальцы стерлись от работы до костей, а шестеро детей дополняли картину, Сара была уверена в том, что Амелия попала в сущий ад. А это именно то, чего она, по убеждению Сары, заслужила.

— Ты разговаривала с этой девушкой на корабле? — спросил Чарльз Сару.

— Не говори глупости, Чарльтон, — прервала его Эдна. — Зачем Амелии разговаривать с преступницей?

Чарльтон смутился.

— Наверняка на корабле началась ужасная паника, когда он наткнулся на риф, да, дорогая? Сомневаюсь, что люди думали тогда о классовой принадлежности.

— Вы правы, дядя Чарльтон, — поддержала его Сара. Он был наиболее добр к ней и проявлял больше понимания. — Места в спасательной шлюпке не были разделены по классам. Те счастливчики, что оказались в ней, были приведены из салона одним из матросов. Осталась всего одна шлюпка на всех, кто оказался на корме корабля. К тому времени, когда корабль разломился на три части, все остальные шлюпки смыло в море. Количество мест было ограничено. Я даже не поняла, что оказалась в шлюпке вместе с этой девушкой, но сказать откровенно, меня тогда это совсем не волновало.

— Конечно нет, дорогая. Какое чудовищное испытание выпало на твою долю, — сокрушалась Эдна.

Сара кивнула.

— Люси, моя служанка и попутчица, рассказала мне об этой девушке еще раньше. Она познакомилась с ней по пути на остров.

— Твоя попутчица, — неуверенно начала Эдна. — Нам так жаль, что она погибла. Нас известили, что ты путешествовала не одна, но когда она не приехала с тобой, мы предположили… самое худшее. Мы не хотели упоминать об этом, после всего того, что пришлось тебе пережить…

Как сделала бы и настоящая Амелия, Сара печально кивнула головой. Но ее печаль была настоящей. Хоть их знакомство и было мимолетным, Сара все еще переживала боль утраты.

— Я хотела, чтобы она села в шлюпку. — Каждый раз, когда она вспоминала о том, как поступила Амелия, Сара испытывала прилив злобы. — Один из моряков пообещал доставить ее на берег. К сожалению, у него не оказалось шанса выполнить свое обещание, так как корма судна пошла ко дну, как только мы отплыли.

— Мне так жаль, дорогая, — посочувствовала Эдна и сжала руку Сары в своей, заметив, как побелели губы ее подопечной. — Амелия, ты не виновата, милая, что она не смогла спастись. Я уверена, что ты пыталась взять ее с собой в лодку, поэтому не надо винить себя за то, что случилось с девушкой.

— Я не виню себя, — честно ответила Сара. Она винила настоящую Амелию.

Глава 5

Кейп-дю-Куэди

— Доброе утро, Габриель, — поздоровался Эван. — Тяжелая выдалась ночь?

Габриель только что вышел из маяка и направлялся к дому, чтобы выпить чашку горячего чая. Занимался рассвет. Ветер гулял над морем.

— Без особых событий, что мне и нравится, — ответил он. — Не желаешь ли выпить со мной чаю и позавтракать?

— Чаю выпью, но потом мне придется возвращаться, боюсь, что моя новая работница снова решит спалить дом.

Габриель заинтересовался.

— Я так и думал, что ты хочешь о чем-то поговорить.

—Я просто хочу предупредить тебя, что мне понадобятся дополнительные припасы, когда в следующий раз придет корабль с грузом.

Они вошли в дом. Габриель разворошил тлеющие угли в печи, подбросил дров и проверил, есть ли в чайнике вода.

— Неужели новая работница объедает тебя? — спросил он.

— Нам вообще нечего есть. Вчера она сожгла наш завтрак иужин. Нам повезло, что она не сожгла дом. Я занимался с овцами и перепугался до смерти, увидев, как из-под крыши валит дым.

— Что случилось?

— Ее светлостьпросто решила принять ванну и забыла, что на огне тушится мясо. Представляешь?

Габриель не ответил, но решил, что, видимо, эта девушка подумала, что ванна для нее важнее готовки.

— Она потратила всю горячую воду на свою ванну. Должно быть, она просидела там полдня, и мясо превратилось в угли. Понадобилась уйма времени, чтобы отскрести котел.

— Если тебе нужно что-нибудь, можешь взять из моих запасов. Я не хочу, чтобы дети голодали.

— До этого еще не дошло. Если придется, я могу и поохотиться.

— Она вспомнила что-нибудь? Признала, что она условно освобожденная?

— Нет. Она все еще страстно отрицает свое прошлое.

— И много она делает?

— Она просто безрукая, толку от нее никакого. После того как она сожгла ужин, я накричал на нее, она выбежала из дома в слезах. Правда, она выстирала все белье, но закончила стирку только к полуночи. Я сказал ей, что если она не станет работать, то не получит еды, поэтому она решила, что лучше будет что-то делать.

Габриель едва сдержал улыбку. Ему было интересно, как дела у этой девушки.

— Так когда она будет пахать? — спросил он. Эван нахмурился, но, поняв, что Габриель шутит, тоже изобразил подобие улыбки.

— У нее все руки покрылись волдырями после того, как она выкопала пару картошин. — Эван покачал головой.

— Мне ее почти жаль, — заметил Габриель.

Эван отвел глаза. Он не мог даже подумать, что пожалеет эту девушку, но ему было действительно жаль ее. На руки девушки было больно смотреть.

— Моя Джейн всегда легко справлялась со всеми делами. Она работала так же много, как и я.

— Они совсем разные женщины, Эван.

По мнению Эвана, точнее сказать было нельзя.

— Они такие же разные, как день и ночь, — согласился он. Заговорив о жене, Эван вспомнил, как она уставала к вечеру. Он всегда чувствовал себя виноватым оттого, что она так уставала, и особенно когда бедняжка мучилась, пытаясь дать жизнь второму сыну. И часть вины за ее смерть он принял на себя.

— Тебе надо дать Саре время привыкнуть, — предложил Габриель. — Жить на ферме нелегко в любом месте, но здесь, в такой изоляции и где земля такая неподатливая, это труднее вдвойне. Тебе и мне подходит такая жизнь, но не многие смогут смириться с подобными условиями.

— Наверняка здесь лучше, чем в тюрьме, — бросил в ответ Эван. Резкостью он попытался заглушить чувство вины за смерть Джейн, но у него ничего не вышло.

— Полагаю это так, но она, наверное, считает, что попала в другую тюрьму, пусть даже и утверждает, что вообще не помнит, что ее лишали свободы.

— Думаю, она лжет, чтобы получить поблажки, но этому не бывать.

Габриель видел, что Эван стал циничным и жестоким с тех пор, как умерла Джейн, но он считал, что таким образом он пытается справиться со своей утратой.

— А как она ладит с детьми? — спросил он.

— Не очень хорошо. Сисси и Бесс смеются над ней. Сисси не перестает удивляться, насколько она беспомощна, ну а потом вспоминает о своей матери.

— Что она делает сейчас?

— Когда я ушел, она делала новую попытку сварить овсянку. Я думал, каждый может сварить кашу… но только не ее светлость.Вчера ее кашу съели куры. Вообще-то я не удивлюсь, если она снова ляжет спать. Чтобы разбудить ее утром, мне приходится пинать матрас. Можно подумать, что она привыкла поспать всласть. — Эван снова покачал головой. — Когда вернусь, скажу ей, чтобы зарезала курицу на ужин, но даже боюсь представить, как она отреагирует. Можешь поверить, что Сисси показывала ей, как доить корову? Она возилась с коровой целую вечность и принесла четверть ведра молока, рассказав историю о том, что корова опрокинула ведро.

Габриель рассмеялся. Он понимал и разочарование Эвана, и положение бедной девушки. Эван суровый хозяин.

Через полтора часа, когда Габриель только закончил писать рапорт о погоде и о плановой очистке линзы маяка, в дверях его дома показалась Амелия.

— Доброе утро, — осторожно произнес он, думая, что могло ей здесь понадобиться.

— Могу я попросить вас об услуге? — проговорила она в панике.

— Я не помогу вам бежать, если вы просите об этом, — твердо заявил Габриель. Он думал, что она попросит его просигналить какому-нибудь кораблю, чтобы сбежать от Эвана. Девушка была ему симпатична, но не более того.