Молчаливая роза - Марс Кейси - Страница 14

— Спасибо, Генри.

Ресторан был оборудован по последнему слову техники, хотя и сохранял при этом старомодную роскошь, присущую периоду процветания начала века. Швейцар распахнул двери, и Девон ступила в помещение; залитое мягким светом и украшенное деревянными панелями и роскошными букетами цветов в напольных вазах. Сразу же к ней устремился метрдотель, но его опередил мужчина в дорогом темно-синем двубортном костюме.

Девон затаила дыхание. Джонатана Стаффорда она отличила бы и среди тысячи посетителей. Он чрезвычайно походил на портрет, висевший в доме на Черч-стрит, 25, но был выше ростом, нежели Флориан, и куда более импозантен. Взгляд Джонатана был таким же, как у Флориана, — смелым, оценивающим, не дававшим и малейшей возможности распознать, что у него на уме.

— Приветствую вас, миссис Джеймс. — Улыбка Джонатана выглядела чересчур доброжелательной. — Меня зовут Джонатан Стаффорд. — Длинные сильные пальцы Стаффорда легко коснулись ее руки.

— Рада познакомиться.

«Рада» было не совсем то слово.

Джонатан Стаффорд буквально поразил ее воображение. Его иссиня-черные волосы сверкали, а редкого серо-голубого оттенка глаза заставили Девон подумать, что ей вряд ли до сих пор приходилось встречать более интересного мужчину, к тому же прекрасно отдававшего себе отчет в своем обаянии. Атлетически сложенный и мускулистый, он напоминал скорее древнего героя, нежели президента крупной корпорации.

Майкл наверняка позеленел бы от зависти, увидев этого человека.

— Я узнал вас по фото на обложке книги, — сказал Джонатан, заметив удивление на лице Девон. — Должен сказать, что в жизни вы куда более привлекательны.

Услышав комплимент, Девон почувствовала, что краснеет.

— Благодарю вас. «Странствия» — отличная книга. Говорю, вам об этом с уверенностью, хотя, каюсь, не успел дочитать до конца. Кстати, я прочитал все ваши книги.

Девон изо всех сил пыталась не показывать своего замешательства.

— Удивлена, что столь занятой человек, как вы, нашел время для чтения дамских романов.

— Я, знаете ли, много времени провожу в салоне самолета.

В этот момент к ним подлетел метрдотель с украшенной золотом книжечкой ресторанного меню.

Ваш столик ожидает вас, мистер Стаффорд.

— Да, благодарю, Айзек.

Метр — седой господин с глазами, слегка навыкате — заулыбался, давая тем самым понять, как несказанно его обрадовало это известие. Не оставалось сомнений, что Стаффорд регулярно посещал заведение. Девон еще больше утвердилась в своей мысли, когда их провели к угловому столику, который — и это было очевидно — являлся лучшим в ресторане.

— Вам приходилось здесь бывать? — спросил Джонатан, как только они уселись.

— Нет, но, по правде говоря, я об этом мечтала. Здесь чудесно.

— Видите эту настенную живопись? Она в точности воспроизводит внутреннее убранство одного из залов Версаля.

— Вы интересуетесь искусством, мистер Стаффорд?

— Зовите меня Джонатан, — сказал он, — пожалуйста.

— В таком случае называйте меня Девон. — Она улыбнулась ему, невольно поддаваясь его обаянию. Тем не менее она не забывала и о Флориане и потому не позволяла этому чувству окончательно завладеть ею. Когда появился официант, Девон заказала бокал белого вина. Стаффорд же ограничился бутылочкой перье.

— Вы не пьете, мистер Стаффорд?

— Джонатан, — поправил он ее, сверкнув глазами.

— Хорошо, Джонатан.

— Я редко употребляю спиртные напитки. Слишком много вопросов приходится, решать в течение дня.

— Я тоже придерживаюсь этого принципа, но сейчас мне требуется подкрепить силы.

Стаффорд изобразил чарующую улыбку, которая выглядела почти натуральной. По мнению Девон, его снимок смело можно было поместить в рекламу зубной пасты «Пепсодент».

— Я часто привожу людей в смущение. Уж слишком их волнует тот факт, что я — президент корпорации. Но вам-то что за дело до этого вы ведь не у меня служите?

Девон не слишком успокоили его слова. Она поняла, что ее сильно привлекает этот человек: ей удалось как следует рассмотреть его и даже заметить небольшой шрам на руке, частично скрытый манжетой, смуглую упругость кожи на шее, которую подчеркивал белоснежный воротник рубашки. Девон поняла, что ей угрожает опасность. Подобное притяжение к столь могущественному человеку могло закончиться для нее плачевно.

— Что же касается вашего вопроса, люблю ли я искусство, то на него я отвечу — да, — сказал Стаффорд. — Бели у меня появляется немного свободного времени, я с удовольствием отдаюсь коллекционированию. Более всего меня интересуют акварели, выполненные в китайской или японской манере; Девон улыбнулась.

— А я коллекционирую работы последователей импрессионистов. Мне нравятся свет и тепло, которое излучают их полотна. Кроме того, я покупаю то, что мне близко по духу, — все подряд.

Казалось, Джонатана это удивило. Неужели он думает, что писатель-беллетрист не может испытывать тяги к серьезному творчеству? — спросила себя Девон. Это навело ее на мысль, что впечатление, которое она произвела на Стаффорда, оказалось не слишком положительным. Неожиданно Девон почувствовала, что рассердилась. Этого она от себя не ожидала.

— Скажите, зачем вы меня сюда пригласили? — спросила она с раздражением. Однако прежде чем Стаффорд успел ответить, появился официант с заказанными напитками. Девон быстро взяла бокал и сразу же сделала глоток, чтобы успокоить нервы. Небольшого роста официант, покрутившись с минуту, удалился, и тогда Джонатан раскрыл меню.

— Рекомендую вам отведать ягненка и паштет из дичи. Это фирменные блюда ресторана. — Все это время он — краем глаза — за ней наблюдал.

Поначалу Девон решила было последовать его совету — так она всегда поступала, когда оказывалась с Майклом в сходной ситуации, но, поразмыслив, решила, избрать другую тактику и произнесла:

— Уверена, что они великолепны, но это скорее всего довольно тяжелая пища. Я бы предпочла что-нибудь полегче.

Джонатан опять явил миру свою странную неопределенно-любезную улыбку, Девон же, напротив, потупила, взгляд и принялась просматривать меню. Она знала, что его глаза продолжают ее изучать, и ей было страшно интересно выяснить, что же он на самом деле думает по ее поводу. Как только она была готова сделать заказ, рядом с ней, словно Стаффордское привидение, мгновенно материализовался низенький официант.

— Я решила остановиться на морском языке в вине и салате с овечьим сыром, — сказала Девон.

— Полосатый окунь, зеленый салат и лимонный сок вместо масла. — Джонатан отдал свое меню и меню Девон официанту, и тот со всех ног бросился исполнять заказ.

— Лимонный сок вместо масла? Вы, должно быть, уделяете много внимания здоровью?

Джонатан некоторое время с непроницаемым видом рассматривал Девон. Судя по всему, люди крайне редко поступали вопреки его желаниям даже во время светской застольной беседы.

— Вы еще не знаете, что я закажу себе на десерт, — сказал он, пытаясь удивить Девон, а возможно, и самого себя.

Пока не прибыли салаты, они продолжали обмениваться ничего не значащими фразами, поддерживая беседу. Потом Девон отважилась на вторую попытку:

— Мне кажется, мистер Стаффорд, вам пора поставить меня в известность, зачем вы меня сюда пригласили.

Джонатан уловил в ее тоне нотки официальности и, уж конечно, отметил обращение «мистер Стаффорд», но на этот раз поправлять ее не стал. Отложив вилку, он пригвоздил Девон к месту взглядом своих серо-голубых глаз.

— Я хочу выяснить, с какой стати вы копаетесь в прошлом моей семьи, миссис Джеймс. Похоже, вы слишком зачастили в Стаффорд.

— Ответ очевиден — я работаю над литературным произведением.

— Это роман?

— Не совсем. Пожалуй, очерк, который можно было бы озаглавить «Биография одной семьи».

— Значит, вы решили изменить своему амплуа писательницы дамских романов?

— Да, немного…

— И выбрали, стало быть, для своего очерка мою семью? — Теперь в глазах Стаффорда уже не было заметно голубого оттенка. Они сделались серыми, как сталь, и смотрели на Девон с явным неодобрением.