Молчаливая роза - Марс Кейси - Страница 45

— Мы почти приехали. Вы можете посидеть в машине или прогуляться. В парке поблизости имеется маленький очаровательный пруд, он освещается даже ночью. Там часто отдыхают большие канадские гуси, набираются сил перед перелетом в теплые страны. А я, когда покончу с делами, к вам присоединюсь.

— Что ж, звучит заманчиво.

Машина свернула на стоянку около четырехэтажного кирпичного здания, являвшегося штаб-квартирой «Холидекс индастрис».

— Вы не очень волнуйтесь обо мне, я захватила с собой кое-что почитать.

Взяв из ее рук небольших размеров журнальчик, Джонатан вслух прочитал название:

— «Карма». Хм, должно быть, это интересно.

Она уловила прозвучавшую в его голосе легкую насмешку и улыбнулась.

— Я тоже так решила. Этот журнал рекомендовал мне Натан Талбот, владелец магазина «Потусторонняя книга». Сказал, что здесь я найду много полезного.

При этих словах Джонатан ощутил легкое беспокойство, но сразу же постарался отогнать его от себя. Наклонившись, он прикоснулся к ее щеке губами.

— Вам не придется долго ждать.

Так и вышло.

Деловая часть завершилась на оптимистической ноте, и Джонатан, раздвигая толпу и отвечая на приветствия, двинулся к поджидавшему его лимузину. Девон несказанно его удивила, встретив нежным поцелуем. Хотя он длился всего одно мгновение, мысль о том, что Девон поцеловала его по собственной инициативе, придавала этому приветствию особую ценность в его глазах.

Обед в «Старой мельнице» никак нельзя было назвать роскошным. Он состоял из свежезажаренного палтуса для Джонатана и цыпленка с лимоном для Девон. Зато интерьер ресторана, выстроенного во времена Джорджа Вашингтона, поражал невиданной экзотикой. Наибольшее впечатление производили неровно настланные деревянные полы, сработанные топором, потемневшие от времени балки и грубо оштукатуренные стены.

Хотя Стаффорд изо всех сил старался не вспоминать о том, что произошло между ними накануне вечером, он с удивлением обнаружил, что Девон все время, пока он ел, не спускала с него глаз, снова и снова нацеливая их на его губы его же внимание все больше привлекало то, что находилось значительно ниже ее губ а именно кончики ее грудей. Поначалу он даже не понял, в чем дело, но потом увидел, что в том месте, где шерсть свитера натягивалась у нее на груди, появились два дополнительных украшения — крохотные пуговки сосков. Господи, она же не надела бюстгальтер!

— Если вы закончили, то мы можем ехать, — сказал он и сам удивился тому, как странно звучит его голос.

— Да… — Девон храбро встретила его взгляд. — Мне тоже кажется, что пора ехать. — Она взяла Джонатана под руку и позволила увести ее от стола.

Очутившись в машине, они уселись рядом, отложив в сторону пальто — в салоне было тепло, словно в хорошо натопленной комнате. Короткая черная юбка Девон слегка задралась, обнажая ее бедра, что никак не вязалось с планами Джонатана, поскольку он заранее решил не трогать ее сегодня даже пальцем.

— Джонатан?

— Да… — Он поднял глаза и посмотрел ей в лицо.

— Отчего вы меня не целуете?

Воздух со свистом вырвался из его легких.

— Мне бы хотелось этого больше всего на свете, но я решил дать вам время. Я хотел…

— Я знаю, что вы хотите, Джонатан. Как-то раз вы мне об этом сказали, а вчера вечером попытались показать на деле.

Сердце Джонатана едва не выпрыгнуло из груди. Когда Девон притянула его к себе и призывно приоткрыла рот, горячая кровь потоком устремилась к его чреслам. Запутавшись пальцами в его волосах, она приникла к его губам, пробираясь языком в его рот. Джонатана не нужно было долго уговаривать — он раздвинул ей губы и кончиком языка коснулся ее неба. Потом его язык проник в ее рот еще глубже. Точно так же ему хотелось поступить и с ее телом, чтобы познать ее заветные глубины, но для этого еще не наступило время.

— Я полагаю, нам лучше поднять перегородку, — прошептала Девон ему на ухо. — Если Генри ненароком глянет в зеркало, его может хватить удар.

Рот Джонатана помимо его воли изогнулся в ухмылке.

— Помнится, по вашей инициативе я дал обещание держать перегородку опущенной.

Девон пожала плечами; В голубоватом освещении салона ее волосы тоже казались голубым.

Джонатан нажал на кнопку, и перегородка между ними и Генри поднялась с тихим жужжанием, надежно отгородив их от остального мира.

— Вам нравится моя одежда? — спросила Девон мурлыкающим голосом.

— Мне нравится все, что вы надеваете, но я бы предпочел, чтобы вы были вообще без одежды.

Рука, которую она положила ему на грудь, затрепетала, но Девон и не думала останавливаться. Вместо этого она начала расстегивать его рубашку. Пальцы ее слегка дрожали, но во всех ее движениях чувствовалась целеустремленность.

— Почему бы вам не рассказать остаток вашего сна?

У Джонатана от удивления брови поползли вверх. Он уже возбудился выше всякой меры и теперь ощущал непереносимую тяжесть в паху.

— Если вы опять затеяли со мной игры, сладчайшая Девон, я вас отшлепаю. Я уже предупредил, что такого рода забавы мне не по нраву.

Девон лишь соблазнительно улыбнулась.

— И все-таки я готова с вами сыграть, если вы сами решитесь.

При мысли об игре такого рода сердце Джонатана заколотилось, словно сумасшедшее, а пальцы хищно согнулись — так ему вдруг захотелось сжать ее округлые крепкие ягодицы. Он улыбнулся, взял ее руку и запустил ее за отворот своей расстегнутой рубашки. Ладонь Девон была узкой и теплой, а движения — слегка неуверенными. Тем не менее ее пальцы впились в упругие колечки черных волос у него на груди, словно проверяя их на прочность.

— Мой сон… — начал он тихо и нежно. — Я помню его до мелочей… На вас была короткая черная юбка… — тут он перевел взгляд вниз, — примерно такая, какую вы надели сегодня.

Девон, откинувшись на спинку сиденья, быстрым движением сбросила с себя туфли, после чего положила ногу на его мускулистое бедро. У нее был и стройные щиколотки и высокий, очень женственный подъем.

— Продолжайте, — томным голосом попросила oна.

— Так вот, под свитером у вас не было бюстгальтера. Я cpазy заметил это, поскольку ваши соски топорщили шерсть свитера у вас на груди.

— Как сейчас? — едва слышно прошелестела Девон. Стаффорд протянул руку и, коснувшись одной из ее грудей, почувствовал, как она напряглась под его пальцами.

— Да, как сейчас. И еще — на вас был черный кружевной пояс, но трусики отсутствовали.

— А как вам удалось это выяснить… тогда, во сне? — произнесла Девон еле слышно.

— Я узнал об этом потому, что, когда моя рука стала совершать путешествие вверх по вашим бедрам, — словно в подтверждение этих слов, его ладонь заскользила вверх, — я почувствовал… — Тут его рука замерла. Oн и в самом деле ощутил, что под шелковистой поверхностью леггинсов, кроме пояса, на ней ничего нет.

И тут Девон изящным движением стянула с себя леггинсы, будто перчатку с руки, и положила его руку на увлажнившиеся волосы внизу живота. Стаффорд с шумом втянул в себя воздух, и она содрогнулась от возбуждения.

— Спокойнее, детка. Уж коли мы добрались до этого места, оставим сомнения и пойдем до конца.

— Джонатан… — прошептала Девон, впервые за вечер ощутив укол сомнения, и он понял, какого труда ей стоило зайти так далеко.

— Все нормально, девочка. У нас все получится. — Он приник к ее губам поцелуем и, навалившись на нее всем телом, прижал ее к сиденью. — Бог мой, до чего же ты хороша!

Ее юбка поднялась еще выше. Стаффорд проник под ее свитер и наклонил голову, чтобы ласкать ее груди ртом. Прихватив губами сосок, он некоторое время пробовал его на прочность, после чего втянул в рот. Девон задрожала под ним словно в лихорадке и попыталась снять с него рубашку.

— Мне необходимо тебя потрогать, — произнесла она. — Клянусь, если ты не дашь мне это сделать, я умру.

Отлично понимая, что она в этот момент чувствует, он пришел к ней на помощь, до конца расстегнув рубашку и вытащив ее из брюк сразу же ему на грудь опустились ладони Девон. Они ласкали eго торс касались плотных узлов мышц и впивались в плечи. Потом она стала играть его бронзового цвета сосками, сдавливая их и отпуская. Джонатану неудержимо хотелось овладеть ею сейчас, сразу излить в нее накопившуюся в нем страсть, которая терзала его в течение всего последнего времени, заставляя недосыпать ночей и снова и снова возвращаться мыслями к этой женщине.