Молчаливая роза - Марс Кейси - Страница 6

Страх был самый настоящий — он имел вес, форму, она чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Угроза нависла не только над ней, но и над Майклом, и она не была вымышленной — в этом убеждало сковавшее ее чувство опасности.

Четыре часа утра. У Девон болела спина и сводило руки и ноги. Шея и плечи словно онемели. Ей так хотелось спать. Веки у нее припухли, а в глаза словно насыпали песка. Пульс, правда, замедлил свой бег.

Дождь за окном снова стал стихать. Если бы ей удалось хотя бы немного отдохнуть…

Что-то приблизилось и остановилось около ног, но Дев никак не могла открыть глаз. Наконец замаячил какой-то блеск, комната снова представилась ее взгляду такой, какой она запомнила ее, прежде чем провалиться в беспокойный сон, даже дверь в ванную была по-прежнему прикрыта.

И тут видение из ее сна стало наплывать на нее, оно скользило без всяких видимых усилий. Это была женщина в длинном платье цвета ночной тьмы. Ее седые волосы развевались, как будто их теребил ветер. Девон, однако, никак не мог взять в толк, каким образом ей удается все это подмечать. Женщина имела расплывчатые контуры и как бы колебалась воздухе. Вот она повернулась в сторону Девон. Лицо было сморщенным, но не страшным; отдельных черт его разобрать было невозможно; Девон видела только глаза — темные и проницательные.

Впрочем, это был всего один глаз — вторая глазница зияла черной пустотой.

Девон вскочила, обливаясь холодным потом, и хотела закричать, но не смогла — у нее перехватило дыхание. В комнате все было как прежде. Трясущимися руками она подоткнула под спину подушку, присела на постели и взглянула на часы. Более всего она желала, чтобы эта кошмарная ночь наконец кончилась. Алые цифры, казавшиеся ей теперь не менее зловещими, чем все остальное вокруг нее, показывали пять утра. Скоро рассвет, устало подумала Девон. Майкл лежал рядом на сбившемся ниже бедер одеяле, раскинув руки. Должно быть, Майкл почувствовал, что она на него смотрит, потому что тоже проснулся. Коснувшись рукой лица, он принялся протирать глаза, красные и припухшие, потом молча, отбросил одеяло и направился в ванную. Возвращаясь в постель, он не выключил в ванной свет, а лишь прикрыл дверь, оставив щелку — точно такую же, какая была прежде.

— Что, не спится? — спросил он.

— Да, — коротко ответила Девон. — Скорее бы настало утро!

Майкл только что-то буркнул себе под нос. Отвернувшись от Девон, он снова плюхнулся на подушку и закрыл глаза. Скоро рядом раздалось его ровное дыхание, но во сне он по-прежнему вздрагивал и крутился. Девон же сомкнула глаза и решила не открывать их, пока видения не появятся снова. И они появились. Извивающиеся, трепещущие, теперь они откровенно грозили ей. Тем не менее она позволила им приблизиться, в страхе стискивая в кулаках край простыни.

— Кто вы такие? — дрожащим голосом произнесла Девон. Ответа не последовало — лишь чудовищная тяжесть стянула ей грудь, словно стальным обручем.

Девон с шумом втянула в себя воздух и зашептала слова, которые успокаивали ее и которые она знала с детства: «Господь мой пастырь. Он следит за мной, когда я бегаю среди зеленой травы. Он ведет меня сквозь бурные воды. Он дает силы моей душе. Он указывает мне праведный путь, чтобы я могла избежать греха. Хотя я иду сквозь долину зла, я не боюсь, потому что Он со мной».

Эта молитва ослабила обруч у нее на груди; даже страх отступил, оставив лишь легкий кисловатый привкус во рту. Оглядевшись, Девон увидела, что в комнате уже забрезжил тусклый рассвет. Возблагодарив Создателя, она снова прикрыла глаза и забылась тяжелым сном.

Через несколько часов, утомленная до последней степени, измученная и опустошенная, Девон усилием воли заставила себя подняться с постели. Майкл тоже спустил на пол ноги и двинулся в ванную комнату, дверь которой оказалась плотно прикрытой.

— Надеюсь, пища в этом вертепчике лучше, чем условия проживания, — произнес он, нажимая на ручку и распахивая дверь во всю ширь. Его каштановые волосы, которые даже утром всегда выглядели так, словно он только что причесался, на этот раз не имели привычного здорового блеска и торчал во все стороны. Они были влажными от пота, а лицо после дурно проведенной ночи казалось серым и припухшим.

Девон знала, что и сама выглядела не лучшим образом. Смахнув с лица несколько влажных прядок, она встала, затем принялась лениво собирать разбросанные по полу вещи. Странно, не обычае Майкла раскидывать свою одежду. Потом Девон пода шла к встроенному шкафу и распахнула его. Запах плесени сохранялся, но был не столь сильным, как в предыдущий вечер.

Она протянула руку в глубь шкафа и замерла. Глаза сами собой закрылись, и снова перед внутренним взором заплясали, извиваясь и пропадая, призраки. Девон задрожала и крепче вцепилась в дверцу. Этого не может быть! Но каждой клеточка ее тела уверяла: может! может! Может.

Видения, которые мучили ее ночью, явились снова как, спрашивается, она могла их наблюдать? Откуда к ней пришло знание, что это призраки? Девон вдруг пришли на слова, которые она когда-то вычитала у сэра Конан Дойл «Существует знание и знание». Впервые в жизни она поняла, что хотел сказать писатель, который, как известно, верил в существование потусторонних сил.

Она посмотрела на шкаф. Тот, кто жил здесь раньше, наверняка открывал его сотни раз. Девон где-то слышала, что призраки суть энергетика давно умерших людей, которую человеческий мозг в состоянии улавливать, создавая видения, даже если со дня смерти человека прошли века.

Она читала на эту тему не больше того, что читали другие в газетных статейках и солидных журналах, и нельзя сказать, чтобы верила в подобную чертовщину, но тем не менее окончательно не отвергала.

Девон уселась в кресло и попыталась разобраться в своих ощущениях. В это время Майкл приоткрыл дверь ванной:

— Ты готова занять мое место? — крикнул он.

Девон кивнула и двинулась в ванную.

Душ ее успокоил, давая возможность расслабить усталые мышцы, но не избавил от тревожные воспоминаний.

Призраки действительно существовали. Их было несколько, но она не смогла бы с уверенностью сказать, сколько именно.

Девон вытерла полотенцем волосы и нанесла на лицо тональный крем, чтобы скрыть темные круги под глазами. Зато ее волосы по-прежнему задорно завивались кольцами и сверкали, словно и не было страшной ночи. Неожиданно она ощутила прилив сил и закрыла коробочку с кремом, громко щелкнув крышкой. Она была в ярости. Черт бы побрал этих людишек — тех, кто служит в этом заведении! Они-то небось отлично знают, что происходит у них в доме. Знают — но тем не менее не препятствуют людям сюда приезжать. Это просто возмутительно! Такие шутки не прощаются!

Словно вихрь, Девон ворвалась в спальню, но тут ее остановил какой-то странный взгляд Майкла.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Плохо! — бросила она. — Отвратительно! — Заметив, что на его лице появилось изумленное выражение, Девон сдержалась и попыталась укротить свой гнев. На Майкла ей злиться было не за что. — Извини. Ты здесь ни при чем. Боюсь, я просто устала. И это все. Устала — не то слово. Всю прошлую ночь мне не удалось сомкнуть глаз.

— Когда мы отсюда уберемся, я буду счастлив.

Девон не могла с ним не согласиться. Наблюдая за тем, как он пакует вещи, тщательно укладывая каждый предмет своего гардероба в отведенное ему место, она снова вернулась мыслями к минувшей бессонной ночи. Пока Майкл забирал с вешалки галстуки, тщательно рассортировывая их по оттенкам, и укладывал в чемодан поближе к ботинкам, она, несмотря на терзавшие ее думы, успела обрядиться в черные шерстяные брюки и натянуть ярко-желтый свитер. Потом, глянув в зеркало, висевшее на бледно-желтой стене, она едва не стащила его с себя. Вряд ли когда-нибудь она назовет желтый цвет своим любимым — уж в этом-то она не сомневалась!

Девон повернулась и взглянула на Майкла. Решение, которое пришло ей на ум утром, необходимо было озвучить.

— Мне надо сказать тебе одну вещь, дорогой. Нечто такое, чем я бы умолчала, случись это еще несколько дней назад.