Лето для тебя - Ноубл Кейт - Страница 58

Поцелуй оставил в стороне рассуждения и планы; объятия, прикосновения перенесли в параллельный мир, где не существовало никого и ничего, кроме горячих губ и смелых рук.

Спустя несколько минут, тяжело дыша, Джейн отстранилась.

— Который час? — произнесла она растерянно, словно только что вернулась с другой планеты.

— Что? — переспросил Берн, тоже с трудом воспринимая реальность, и достал из кармана часы. — Пять минут до чая.

— Надо срочно возвращаться! — испуганно воскликнула Джейн и принялась поспешно складывать в корзину чашки и салфетки. — Куда делось время? Нельзя опаздывать!

— Почему? — удивился Берн и показал на недоеденную булочку. — Ты уже перекусила.

Джейн остановилась, внимательно посмотрела в его глаза и даже несколько раз открыла рот, собираясь что-то сказать. Правда, передумала, опустила голову и продолжила укладывать остатки угощения в корзину.

— У меня гости, — наконец произнесла она негромко. — И они ждут.

— Пусть их займет маркиз, — посоветовал Берн.

Взял ее за руку и заставил прервать судорожные хлопоты.

— Есть и другие обстоятельства.

В голосе Джейн послышалось смятение.

— Какие же, милая? — шепотом уточнил Берн.

Ее бархатные глаза вспыхнули от неожиданного проявления нежности. Джейн на миг застыла, как будто побуждая себя открыть правду, но все же не решилась и предпочла сохранить тайну.

— Я нужна дома, и все, — ограничилась она лаконичным ответом.

Больше всего на свете Берну хотелось попросить: «Позволь проводить тебя домой, позволь навещать тебя. Не прячь меня от отца и брата, от друзей». Но это означало бы… Это означало бы, что их связывает не просто летняя идиллия.

Нет, это невозможно. Когда настанет время, придется отпустить любимую, позволить ей вернуться в привычную жизнь. Но только не сейчас. Он обнял ее и нежно провел ладонью по волосам.

— Но до чая еще целых пять минут.

Он поцеловал Джейн в уголок рта и замер в ожидании.

— Пять минут? — с надеждой в голосе переспросила она.

— Да, почти вечность, — подтвердил он.

Глава 20

Джейн все-таки пришла к чаю, хотя и с небольшим опозданием. А вот на следующий день повезло меньше: она едва успела к концу трапезы, к тому же явилась с застрявшей в волосах веточкой. Правда, в ответ на замечание отца удалось беззаботно ответить, что скорее всего во время прогулки задела головой крону дерева. Выдумка, конечно, примитивная, но герцог, кажется, поверил. Нэнси, однако, взглянула как-то особенно внимательно.

Джейсон к чаю не явился, и Джейн надеялась, что управляющим в конце концов удалось заманить его в библиотеку и усадить за работу. Однако за обедом, когда Чарлз и Невилл досаждали радикальными идеями размещения гостей во время праздничного ужина (они предлагали заменить один длинный стол множеством маленьких), маркиз поведал, что провел день на рыбалке в обществе мистера Хейла.

— Но мы много говорили о замке Кроу. Выяснилось, что дома арендаторов нуждаются в ремонте, — сообщил он, с аппетитом поглощая все подряд.

Джейн посмотрела на мистера Хейла: тот сначала смутился, а потом энергично закивал. Судя по всему, управляющие проводили время если и не с пользой, то с огромным удовольствием: скучать маркиз не давал, ежедневно развлекая верховыми прогулками и ловлей рыбы.

Нетрудно было понять, что брат проводит с друзьями все меньше и меньше времени, без зазрения совести переложив заботу о Чарлзе и Невилле на плечи сестры.

Что со всем этим делать, Джейн не знала.

Точно так же как не знала, что делать с балом. Постоянно возникали все новые и новые вопросы: сколько народу способен вместить Коттедж, кого пригласить, кого исключить из списка, как украсить холл и зал, какой хрусталь поставить на стол, приглашать ли музыкантов из Лондона, если октет из Йорка разочарует? Даже меню вызвало у членов организационного комитета жаркие споры.

— Ростбиф? Французский аспарагус? — возмущенно кричала Джейн, просматривая представленный Чарлзом и Невиллом проект.

— Но где же достать французский аспарагус? — испуганно вторила Виктория.

— Во Франции, — невозмутимо ответствовал Чарлз, поглощая очередной кекс.

Так и крутилась жизнь. Утомительные хлопоты в ожидании нависшего, подобно дамоклову мечу, праздника сменялись заботами о благополучии отца и жестоко омрачались переживаниями по поводу легкомыслия и лени брата. А едва выдавался свободный час, Джейн бежала к Берну.

Минуты счастья. Да, украденные минуты счастья несли утешение и спасение, дарили забвение. Здесь можно было забыть об эгоизме и равнодушии Джейсона, о перевернутом вверх ногами доме, где Виктория, Чарлз и Невилл постоянно что-то планировали и пробовали, и стать собой. И не просто собой, а улучшенной версией себя, которой прежде никогда не существовало. Не маленькой девочкой с разбитыми коленками, больше всего на свете любившей танцевать. Не тщеславной дебютанткой, склонной к кокетству и интригам. Не осиротевшей дочерью. Появилась новая Джейн, смелая и в то же время ранимая, способная признать, что у нее есть веснушки и кому-то они даже нравятся.

Удивительно ли, что порою случались сбои в распорядке дня и некоторые события пролетали мимо?

Виктория оказалась верной и надежной помощницей. Она твердо верила в успех расследования и молча кивала, когда мисс Каммингс сообщала, например, что должна обсудить с главным садовником освещение аллей во время бала. Обсуждение действительно имело место; Джейн старалась избегать откровенной лжи, хотя и несколько преувеличивала продолжительность беседы.

Чарлз и Невилл восхитились замечательной идеей и немедленно отправили посыльного в Манчестер с приказом купить несколько дюжин разноцветных бумажных фонариков, чтобы можно было выбрать лучшие.

Организационный комитет работал так самозабвенно и сплоченно, что успех бала уже не вызывал сомнений. Однако ответственный день стремительно приближался и требовал все более пристального внимания. Джейн не сдавалась и выкраивала время для отлучек. Свидания становились реже, но продолжительнее.

Лишние десять минут воспринимались как подарок судьбы. Быстрый поцелуй, объятие, прогулка по лесу, короткая передышка возле ручья, где Берн показывал лебедя редкой окраски… ну еще чуть-чуть, хотя бы полчасика.

Однажды она пропустила ленч.

Они с Берном играли в шахматы, и Джейн проиграла все до единой партии.

Пропустила дегустацию праздничного меню.

Пропустила визит доктора Берриджа, который зашел якобы для того, чтобы помочь Виктории, и жалобу Нэнси на отсутствие у герцога аппетита.

Пропустила тщетную попытку брата найти четвертого участника для вечерней партии в вист: Хейл и Торндайк слишком устали после бурного дня и отправились спать вслед за герцогом. А тот лег раньше, потому что дочки не оказалось дома и не с кем было сыграть в шахматы.

Так продолжалось до тех пор, пока чаша терпения не переполнилась.

Они сидели в гостиной Берна. Небольшая комната, украшенная вышитыми вдовой Лоу салфеточками и дорожками, утонула в чертежах и рисунках. Художественный талант Джейн едва заметно превосходил способности Берна, но она все же отважилась изобразить приблизительную карту местности: озеро Мерример, Рестон, река Бродмилл, холмы и дороги не только заняли положенное место, но и получили словесное обозначение.

Последние дни оказались для Берна самыми головокружительными и одновременно самыми тягостными. Голова кружилась оттого, что Джейн была рядом и заполняла пространство не только сладким запахом корицы и жимолости, но и светлой энергией. Ну а тяжесть на сердце ощущалась… по той же причине.

— Одного не понимаю: как можно выбраться из города на дорогу, напасть на экипаж и при этом остаться незамеченными, — задумчиво произнесла Джейн, рассматривая карту.

Она привычным жестом поправила волосы и с недоумением пожала плечами. Берн не мог налюбоваться на сказочное видение и восхищенно ловил каждое движение, каждое мимолетное выражение лица.