Война племен. Проклятые земли - Хайц Маркус - Страница 4

«Это небесное светило! Оно ударилось оземь!» — подумал Боендал, глядя, как по доселе незыблемым склонам проходит волна дрожи. Он даже представить себе не мог, какие разрушения этот чудовищный удар причинит сооружениям Первых и сколько гномов уже погибли или получили ранения.

Грохот затих, и колебания постепенно прекратились, но гномы не решались перевести дыхание, с ужасом ожидая, что же случится дальше.

В воздухе разносилась сильная вонь — среди руин вспыхнул пожар, и запахи гари, серы и дыма смешались с пылью: дышать было почти невозможно.

Жар от падающей звезды развеялся, и снег вновь кружил в воздухе, будто ничего и не произошло. На гномов опустилась тишина, сулившая мир и покой, но на самом деле смерть уже взяла свое, опустошив все вокруг.

— Во имя Враккаса, — с болью пробормотал гном, который помог Боендалу.

Казалось, он готов был расплакаться.

И Боендал прекрасно его понимал. Эти гномы бесстрашно охраняли вход в Потаенную Страну, любой готов был броситься в бой с превосходящими силами противника, готов был отдать свою жизнь в борьбе с омерзительными порождениями Зла, но топоры и боевые молоты оказались бесполезны в борьбе с таким противником. Гномы не могли победить.

— Никто не может удержать падающее светило. Даже боги, — попытался утешить его Боендал.

Перегнувшись через край моста, он увидел, что основание девятой башни сильно повреждено — по стене тянулись трещины толщиной в руку. И они продолжали расширяться!

— Быстрее! Иначе башня обрушится, и мы свалимся в пропасть!

Они помчались по мосту.

Боендал уже добрался до середины, когда в затылок ему угодил крупный снежный ком. Отряхнувшись, гном с изумлением подумал, кому же может прийти в голову затевать детские игрища в такой момент.

Второй снежок попал ему в плечо. Боендал возмущенно оглянулся. Сейчас он выскажет шутнику все, что думает по этому поводу!

— Кто из вас…

Не успел он договорить, как с неба на него и других гномов обрушились плотные комья снега. Грохот постепенно нарастал. Наконец гном понял, что происходит. Это вовсе не какой-то шутник решил поиграть в снежки. Комья снега падали с Красных гор!

Гном почувствовал, как засосало под ложечкой. Звезда врезалась в землю во многих милях отсюда и вызвала то, с чем Боендалу уже приходилось сталкиваться дома, в Синих горах. С вершин на них летела Белая Смерть! Звезда, вызвав метеоритный дождь и землетрясение, посадила Белую Смерть на скакуна. И теперь Смерть готова была снести все на своем пути.

Снежная лавина стремительно сходила вниз, и все, что попадало Белой Смерти под руку, она забирала себе, перемалывала, давила, душила.

— Бежим! — Ноги сами понесли Боендала вперед.

Он опять поскользнулся на льду, но кто-то успел схватить его за волосы и удержать. Двое гномов подхватили беднягу под мышки и потащили к воротам. Оскальзываясь и пошатываясь, они пробирались вперед. Сейчас их храбрые сердца не могли превозмочь страх.

В нескольких шагах от открывающихся ворот их настигла Белая Смерть. Словно хищник, поймавший свою жертву, она перепрыгнула через выступ скалы, с ревом навалилась на гномов и смахнула их с моста холодной рукой.

Слова, сорвавшиеся с губ Боендала, заглушил грохот. В рот набился снег, и гном беспомощно замолотил руками. В какой-то момент он сумел вцепиться в щит и стиснул его, как утопающий хватается за соломинку.

Боендал стремительно падал. В животе похолодело. Его окружала сплошная белизна, а щит вонзался в снег, словно лопата, и тянул его вниз.

И Белая Смерть настигла. Снега вокруг становилось все больше, и от сильной тяжести, давившей на тело, гном уже не мог дышать.

В конце концов Боендал потерял сознание. Его разум окутала тьма, а душа приготовилась к встрече с Враккасом. По крайней мере в Вечной Кузнице будет тепло…

1

Капля пота скатилась по жирным волосам, перебралась через лоб и, смешиваясь с грязью и копотью, толстым слоем покрывавшими зеленое лицо, спустилась по носу на верхнюю губу, где ее слизнул черный язык. Орк тяжело дышал. Разрисованные клыки, выдававшиеся из уродливого рта, указывали на высокий статус.

— Руншак! — рявкнул Ужноц, подзывая подчиненного. Вожак роты отделился от колонны марширующих орков и подошел к князю, замершему на возвышении.

После битвы у горы Черное Ярмо, в которой они проиграли объединенному войску людей, эльфов и гномов, орки поспешно отступали на север, направляясь к проходу у Каменных Врат в Серых горах. Восемьсот пятьдесят тяжелых миль — и они достигнут своей новой родины.

Но сперва нужно разобраться с конкурентами.

Руншак, взбежав по склону, остановился рядом с князем. Раньше Ужноц правил большей частью орчьего королевства Тоборибор, простиравшегося на юге Потаенной Страны.

— Мы их догнали?

— Глянь-ка. — Ужноц указал на долину, расстилавшуюся среди невысоких холмов Гаурагара.

Долина была мили полторы в диаметре. Сходившая с холмов вода оставила в земле рытвины, и отсюда они казались темными полосами на земле. Ручьи стекали к восточному краю долины и только там уходили под землю. Долина была безлесой, покрытой травой — только парочка кустов и деревьев, стоявших сейчас без листвы, так что от ветра укрыться здесь было негде. Как и от врагов.

Вообще-то эти места оставались незаселенными, но сейчас местность была забита орками.

По подсчетам Руншака, их было около двух тысяч. Нисколько не заботясь о своей безопасности, орки разбили лагерь и даже осмелились развести костры. К ясному небу поднимались столбы дыма.

Ужноц приложил ладонь ко лбу козырьком, защищаясь от ярких солнечных лучей, и осмотрел лагерь. Кроме орков там копошились и далекие родственники зеленокожих — богглины. Они были не так сильны и могучи, как орки, зато славились подвижностью и увертливостью. Впрочем, богглины были необычайно трусливы, и хватало пары пинков, чтобы их разогнать.

— Северные орки и богглины. Эти тупицы нашли друг друга. Союз тупорылых, — презрительно фыркнул князь.

Нод’онн привел их сюда, чтобы пополнить ряды своего войска, но Ужноц во время битвы у Черного Ярма отметил, что северные орки — никудышные воины (этот народ был слишком диким). Они вели себя, как изголодавшиеся волки, в то время как южные орки повиновались приказам и всегда были готовы к бою. Орки Ужноца скорее напоминали дрессированных псов. А богглины… Те вообще ни на что не были способны.

— Скажи солдатам, пусть готовятся. Мы нападем, как только они нажрутся и повалятся дрыхнуть у костров.

Кивнув, Руншак спустился с холма. Послышались его гортанные приказы, которые немедленно подхватывали десятники. Забряцали доспехи — огромное войско в пять тысяч орков разбилось на мелкие отряды. Лучники заняли позиции сзади, копейщики выступили вперед.

Князь наблюдал за приготовлениями с нескрываемым удовольствием. Пухлые черные губы изогнулись в усмешке, обнажив разрисованные клыки. Ему нравилось то, что он видел. Орк удовлетворенно заурчал.

Набрав полную грудь воздуха, он издал громкий рык. Суета прекратилась, стало тихо.

— Нод’онн не сдержал обещание и бросил нас на произвол судьбы. Краснокровки думают, что мы отправимся на юг. А мы пойдем на север! И создадим там новую страну, — объявил он. Думая о новых землях, воины ринутся в бой, несмотря на тяготы перехода. Обнажив зазубренный меч, князь указал на лагерь северных орков. — Сейчас только они стоят у нас на пути! Цепные псы колдунишки, из-за которого и начались все наши беды. Перебьем их — и нас уже ничто не остановит! Краснокровки слишком медлительны, им нас не догнать. — Он злобно рассмеялся. — А ту горстку всадников, что направилась за нами, мы сожрем вместе с лошадьми!

Толпа орков одобрительно заревела, застучав копьями по земле и заколотив мечами по щитам и доспехам.