Война племен. Проклятые земли - Хайц Маркус - Страница 44

— Об этом месте нам рассказал Брамдаль Мастер Клинка, — начал свою долгую историю Тунгдил.

Он рассказал о восстановлении гномьего королевства в Серых горах, о встрече с палачом и его совете встретиться с гномами-изгнанниками и о том, что произошло на берегу пруда.

— Я хочу выразить тебе благодарность от имени трех племен гномов за то, что ты поддержал нас в битве в подземных туннелях. — Златорукий поклонился, насколько ему позволяло ранение. — И мою личную благодарность за то, что ты вместе с нами сражался в кузнице «Драконье Дыхание» в королевстве Пятых, когда на нас напали орды Нод’онна.

— Я прочел послание, которое ты оставил для нас в туннеле, — мягко улыбнулся Геммиль. — Возможно, мы изгнанники и живем по своим законам, но мы дети Кузнеца и не позволим какому-то безумному магу покорить Потаенную Страну.

— Я очень рад слышать, что ты и твои подданные…

— Они мне не подданные, Тунгдил, — тут же остановил его Геммиль. — Все у нас свободны, но все же мы поняли, что должен быть гном, который будет принимать решения в трудные времена. Пока что я выполняю эту почетную обязанность, но через три года меня на посту сменит кто-то другой.

— Вы выбираете короля на свое усмотрение? — фыркнул Боиндил. Он просто не мог поверить в это. — Хорошие же у вас тут нравы.

— Действительно. Хорошие. — Геммиля, видимо, совершенно не смутило неподобающее обращение Боиндила.

— Вы вступили в бой, чтобы защитить Потаенную Страну. Могу ли я просить вас поступить так еще раз? — поспешно спросил Тунгдил, опасаясь, что Бешеный сейчас примется спорить.

Златорукий описал события у Каменных Врат, упомянув слухи о странно изменившемся войске орков, приближающемся к новому королевству Пятых.

— Ужноц и южные орки попытаются захватить перешеек. Геммиль, наше новое королевство еще слишком слабо, мы не сможем защититься от нескольких тысяч орков, которых к тому же непросто убить. А если тот орк, которому удалось сбежать в Потусторонние Земли, приведет с собой орду чудовищ и они будут наступать на Врата с севера, королевство падет еще до того, как мы его отстроим. Нам нужны сильные руки твоих гномов. Больше нам не к кому обратиться за помощью.

Лицо правителя омрачилось, и белые брови сошлись на переносице, словно это была единая линия, нарисованная солью.

— То, о чем ты говоришь, звучит достаточно тревожно. Да и утрата Огненного Клинка не облегчит вам бой. Если топор сейчас на дне пруда, то он потерян навеки.

— Ну и что? Откуем новый, вот и все. Мы уже знаем, как это делается, — попытался утешить друга Боиндил. — А альвам-то он зачем? Для них это просто топор, с которым они к тому же не умеют обращаться. Вряд ли они захотят уничтожать им себе подобных.

— Нет, конечно. Но без Огненного Клинка нам будет нелегко, — задумчиво ответил Тунгдил. — Это символ нашей победы над чудовищами, произведение искусства. Боюсь, Геммиль прав. Утрата Огненного Клинка ранит гномов сильнее, чем бой с бесчисленным количеством врагов. — Он повернулся к королю. — От имени нашего правителя Глаимбара Остролезвого и всех народов Потаенной Страны прошу тебя: не дай нам сражаться в одиночку да еще и на два фронта. Твои воины придадут нам больше отваги и развеют сомнения, которые могут и сильнейшего из героев превратить в жалкого труса.

Геммиль не раздумывал долго.

— Я разошлю гонцов, чтобы передать соплеменникам твои слова. Как только мы соберем войско, я отправлю его в Серые горы. — Он оправил бороду. — Если орки нападут до того, как подоспеют мои собратья, вам придется продержаться самим. Но мы придем. Возвращайтесь и передайте вашему королю мое решение.

— Как ты полагаешь, сколько у тебя будет воинов?

— Столько, сколько найдется, — ушел от прямого ответа Геммиль. — А пока что с вами отправится Мюр с несколькими целителями и эскорт для защиты в дороге. — Он покосился на повязку Тунгдила. — Еще одной стычки с альвами тебе не пережить. Я не могу взять на себя такую ответственность. — Его рука опустилась на ручку двери.

— Геммиль, я хочу попросить тебя еще кое о чем. Я рассказал тебе о том, что мы заново заселили королевство Пятых. Возможно, среди твоих гномов найдутся те, кто захочет остаться с нами и стать частью нашей общины?

— Вернуться к устаревшим законам гномьих королевств? — Король задумался. — То, что ты думаешь о гномах-изгнанниках, весьма благородно с твоей стороны. Но мы просто примем участие в вашем сражении с орками. Я хотел бы предложить тебе пожить с нами некоторое время, чтобы ты смог оценить различия между Свободными гномами и другими племенами. Тогда ты поймешь, почему мало кто захочет отказываться от такого существования.

— Чушь! — возмутился Боиндил. — Что за чепуху мелет этот король? — Втянув голову в плечи, он двинулся на Геммиля. — Среди нас нет гномов, которые считали бы себя в чем-то несвободными!

— Вот как? И ты можешь делать все, что хочешь?

— Конечно! — упрямо рявкнул Бешеный.

— Значит, ты можешь высказаться против главы своего клана, если видишь, что он заблуждается?

— Наши главы кланов… не заблуждаются. — Боиндил беспомощно покосился на Тунгдила. Вспыльчивость всегда его подводила.

— И тебе кажется разумным поддерживать вражду между кланами, если все уже давно позабыли о причинах этой вражды?

— Должна же быть причина, — буркнул гном.

— Ну, по крайней мере ты можешь заключить Нерушимый Союз с той гномкой, которую любишь?

Скрестив руки на груди, Боиндил промолчал. Он сдался.

— Своими вопросами я вовсе не хотел смутить твоего друга. Я лишь пытаюсь показать вам, в чем проблема с законами в гномьих королевствах. — На лице Геммиля не было ни злобы, ни презрения, и Тунгдил с Боиндилом склонны были поверить ему. — Среди нас есть изгнанники, покинувшие родные края как раз по этим причинам. Они понимали, что им дорого придется заплатить за то, что они не хотят мириться с таким положением вещей. Есть гномы, чьи кланы или семьи много солнечных циклов назад добились власти, и эти гномы не успокоятся, пока не выгонят инакомыслящих со своих земель.

После напряженных размышлений Боиндилу удалось-таки найти, за что уцепиться.

— Но давайте не будем забывать о том, что ты принимаешь любого изгнанника. Среди них могут быть убийцы или те, чьи преступления намного хуже, чем неправильное слово в неподходящей ситуации. Разве это хорошо для общины Свободных гномов?

Король поморщился. Видимо, этот вопрос был ему неприятен.

— Мы никогда не спрашиваем гномов о причине изгнания. Если кто-то хочет рассказать свою историю, он это делает. Для нас главное, чтобы гном жил по нашим законам и способствовал развитию нашего общества. — Он открыл дверь. — Не забывайте, что эти гномы вскоре будут рисковать ради вас собственной жизнью. Если кто-то из них действительно совершил серьезное преступление и этот гном погибнет в бою, то, по моему мнению, он очистит свое имя перед Враккасом и войдет в Вечную Кузницу с высоко поднятой головой, так что ему не придется там таскать уголь для других, более праведных гномов. — Геммиль вышел, хлопнув дверью.

— Разозлило же это его, — с довольным видом ухмыльнулся Боиндил. — Не понравились мои слова хитрецу.

— Зря ты его донимал. Нам нужна его помощь.

В чем-то Тунгдил был согласен с королем Свободных гномов. Традиции не всегда приносили гномам счастье. Златорукий подошел к Боиндилу, закутавшись в покрывало.

— Но, судя по всему, наше задание выполнено, а значит, смерть наших спутников не была напрасной.

Они уселись перед камином, греясь у огня, и стали молиться Враккасу о том, чтобы он принял в свою Вечную Кузницу усопших.

Тунгдил задумался о гномах-изгнанниках.

Ему очень хотелось хоть одним глазком посмотреть на их город. Интересно, у них какая-то особая архитектура или они строят дома так же, как остальные гномы? Но на эти, как, впрочем, и на другие вопросы он пока не мог получить ответы, по крайней мере до того момента, пока не завершится битва с большой ордой орков. Как бы там ни было, Тунгдил твердо решил, что при первой возможности последует за Геммилем и посетит это загадочное королевство, пусть и ненадолго.