Война племен. Проклятые земли - Хайц Маркус - Страница 71

Андокай кивнула. Она сидела напротив ученицы в библиотеке, развалившись в огромном кресле. Голову женщина склонила набок и подперла рукой — так ей лучше думалось. А думать о сложившейся ситуации она не прекращала с момента возвращения из Вейурна.

— Прошло сто тридцать два дня, — задумчиво протянула волшебница. — По своей воле Джерун никогда не стал бы задерживаться, значит, с ним что-то случилось. Но что? — Она резко вскочила на ноги. Было видно, что Андокай волнуется за своего телохранителя. — Джеруна так просто не возьмешь, он не простой солдат… — Она прикусила язык.

— А король всех порождений Тиона, — закончила за нее Нармора. — Я знаю легенды о нем. Мой народ считает его сыном Самузина. По легенде, его предназначение в том, чтобы убивать тех, кто недостаточно силен.

— Я и забыла, чья кровь течет в твоих жилах. Значит, ты понимаешь: то, что помешало Джеруну явиться сюда, обладает невероятной силой.

— А как вы… познакомились? Такого, как он, нечасто встретишь.

— Я спасла его от напавших на него людей, которые объявили себя героями и заманили Джеруна в ловушку. Я не могла позволить столь прекрасному созданию встретить такую глупую и нелепую смерть. Это произошло больше ста солнечных циклов тому назад. И с тех пор… — Схватив со стола подсвечник, женщина в ярости швырнула его в угол. — Проклятые Потусторонние Земли со своими тайнами! — крикнула она. — Так мы никогда не узнаем, что происходит за горами.

— А отряду, отправленному королевой Вей, ничего не удалось выяснить? — спросила полуальвийка, зная, что Андокай недавно получила какое-то письмо.

Волшебница горько рассмеялась.

— Помнишь, я тогда сказала, что ни один из этих солдатиков не вернется домой? — Она вытащила из-под мантии свиток. — Королева Ксамтис пишет, что не видела больше ни этот отряд, ни кого-либо из выживших, ни даже гонца. Зато в горах уже слышен грохот, раздающийся в Потусторонних Землях. И зарево на горизонте становится все ярче. Ксамтис пишет, что это нечтоприближается. — Андокай махнула рукой на книжные полки. — Смотри, сколько знаний мы собрали в этой библиотеке. И чем это нам помогло? — Обойдя стол, она опустила ладони на плечи ученицы. — Я хочу похвалить тебя. Ты добилась потрясающего результата. Думаю, мы с тобой сможем остановить аватаров.

— Если гномы действительно видят именно их. — Не спрашивая разрешения, Нармора взяла письмо и прочитала его. — Тут написано, что у Врат ничего не происходит. Из Потусторонних Земель к нам не идут ни торговцы, ни чудовища. Будто что-то удерживает людей и порождений Тиона от проникновения в Потаенную Страну.

— Мне кажется, это доказательство того, что аватары продвинулись далеко вперед. — Андокай вернулась в кресло.

Нармора с облегчением вздохнула — ей было неприятно, что ее обнимает женщина, ставшая причиной смерти ее сына и болезни мужа.

Пододвинув чернила, перо и бумагу, волшебница принялась писать приглашения.

— Мы не можем больше ждать, пока Джерун вернется. Короли и королевы должны приехать сюда еще до наступления зимы.

— И они приедут. Даже без аватаров нам есть о чем поговорить. — В первую очередь полуальвийка думала о конфликте, вспыхнувшем между эльфами и гномами в Дзон-Бальзуре.

Эта ссора, начавшаяся на пустом месте, стала серьезной угрозой для военного союза народов Потаенной Страны. После инцидента гномы и эльфы отказывались посылать своих солдат на фронт, пока не будут принесены официальные извинения. Но так как ни одна из сторон не собиралась признавать себя виновной, добиться примирения оказалось затруднительно. Распри в рядах объединенного войска и уничтожение катапульт позволили альвам удерживать позиции.

— Можно будет спросить нового правителя Ургона, правдивы ли слухи о том, что он собирает войско и намерен отправить его на северо-восток страны? С кем он хочет вести войну? С троллями? Или с гномами племени Четвертых? — вслух высказала свои мысли Нармора. — И это при том, что его врач — гном.

— Беллетаин безумен, — ответила волшебница, царапая пером по бумаге. — Но по случайному стечению обстоятельств он стал наследником Лотаира, которого народ обожал. Любовь к Лотаиру перешла на его дядю, а к ней добавилось и сочувствие. Опасная смесь.

Нармора направилась к двери.

— Простите, я вернусь к следующему занятию. Хочу проведать Дорсу, — объяснила она.

Ее дочь лежала в колыбели. Когда Нармора видела это, ей казалось, что пуховое одеяльце давит малышке на грудь, мешая дышать. Но девочка лежала на спине, забросив ручки за голову, и спала спокойно.

— Как ты выросла, — прошептала полуальвийка, нежно гладя Дорсу по голове.

Кроха была единственным утешением в ее жизни. Девочка дарила Нарморе уверенность в том, что все будет хорошо.

Когда малышка улыбалась, полуальвийка забывала обо всем и могла лишь любоваться чудными губками и щечками любимой доченьки. Но уже через мгновение перед ее глазами вставала другая картина — маленькое полуразложившееся тело сына, погребенное в лесу под Пористой.

Склонившись над колыбелью, женщина осторожно поцеловала дочку в остроконечное ушко.

— Когда все закончится, Андокай умрет, — пообещала она. — Спи, доченька.

Нармора тихо выскользнула из комнаты и направилась к Фургасу.

Когда дверь открылась, Родарио тут же вскочил с лежанки, сжимая в руках кинжал.

— Прости, — сонно пробормотал он.

На его щеках виднелись красные отметины от подушки — актер задремал.

— Возьми себя в руки, Невероятный Родарио, — улыбнулась Нармора. — Тебе придется получше играть свою роль, чтобы Андокай не догадалась, что мы знаем о ее покушении. Такое поведение могло бы привести к большим неприятностям. — Погладив Фургаса по щеке, она поцеловала мужа в холодные губы. — Вскоре в Пористу съедутся короли и королевы. Нужно принять решение о том, что делать с аватарами.

Потянувшись, Родарио пригладил свою легендарную бородку.

— Ты по-прежнему уверена, что хочешь убить Андокай? — натолкнувшись на ее ледяной взгляд, актер попытался объяснить свой вопрос. — Она последняя волшебница в Потаенной Стране, поэтому я не уверен, что это правильное решение. — Он говорил очень мягко, пытаясь не обидеть подругу. — Твой поступок вряд ли сочтут героическим… Ну, ты понимаешь, о чем я.

— Об этом никто не узнает, — равнодушно ответила Нармора, отирая лицо мужа мокрой губкой. — Я тоже могу напасть на нее тайно и потом замести следы преступления.

— Конечно, но… — Он пытался подобрать нужные слова. — Твое стремление отомстить лишит Потаенную Страну последнего мага, о моя темная красавица. А если когда-нибудь на нас нападут чудовища, которые будут настолько ужасны, что…

Нармора грустно покачала головой.

— Родарио, ты только послушай, о чем ты говоришь. Ты выгораживаешь женщину, которая пыталась убить и тебя, и твоего лучшего друга. Я не понимаю, как ты только можешь!

— Она не хотела его убивать, она лишь пыталась погрузить его в магический сон. — Он устало опустился на стул. — Иногда я жалею о том, что все рассказал тебе, о охваченная жаждой мести недальновидная женщина, — с пафосом произнес актер. — Я знаю, что был на волосок от смерти, и все же Андокай — последний маг в Потаенной Стране.

— А как же я?

— Ты? — Он чуть не рассмеялся. — Нармора, ты ученица и в будущем станешь хорошей волшебницей, но в ближайшие солнечные циклы тебе не стать лучшей и уж точно не добиться таких успехов, как добилась Андокай Вспыльчивая. — Родарио покачал головой. — Не обижайся, но нельзя научиться магии так быстро. Подожди, пока волшебница передаст тебе все знания. И, может быть, к этому времени твоя злость уйдет.

— А ты у нас теперь большой специалист в области магии? — усмехнулась Нармора. — Я не оставлю смерть сына и страдания мужа неотомщенными. — Она указала на дверь. — Можешь уходить. Спасибо, что присмотрел за ним. Во сне.

— Не надо так, — упрекнул ее Родарио. — Подумай о Потаенной Стране. Тут живут и другие люди, которым нужна сила Андокай. — Выходя, он прикрыл за собой дверь.