Война племен. Проклятые земли - Хайц Маркус - Страница 79

«Я сделала это. — Нармора стояла на коленях у постели Фургаса, прижавшись лбом к его холодной руке. — Я отомстила ей и отобрала у нее силу, с помощью которой смогу тебя вылечить. Вскоре ты проснешься и увидишь нашу доченьку».

Поднявшись, она поцеловала мужа в прохладные губы и вышла из комнаты. Осколок малахита, впитавший магическую силу Андокай, грел ей грудь. Как только полуальвийка поймет, как направлять силу талисмана, страдания Фургаса прекратятся.

К сожалению, радость от смерти ненавистной наставницы не длилась долго — вскоре Нармору охватила тревога за мужа и Потаенную Страну. Девушка прижала руки к груди, чувствуя под тканью мантии талисман.

Из бокового коридора вышел Родарио.

— Все это просто ужасно, — начал он.

— Ну так напиши об этом пьесу, — язвительно ответила полуальвийка.

— Боюсь, события и без того слишком драматичны. Даже для меня. Зрители не станут ходить на такую пьесу в «Театр Диковинок». Единственная волшебница погибла, пав жертвой хитрости аватаров, Потаенной Стране угрожают отродья Тиона…

— Ты что, подслушивал? — опешила Нармора.

— Нет, я случайно оказался неподалеку, вот все и услышал, — с невинным видом начал оправдываться актер. — Да и стены тут такие тонкие… — Он постучал по прочной стене. — По крайней мере в некоторых местах.

Полуальвийка зашагала дальше, но Родарио не отставал.

— А знаешь, что потрясло бы зрителей больше всего?

— То, как плохо сыграна главная роль?

— Нет, моя темная красавица со столь острым язычком. — Актер преградил ей путь. — Что ученица волшебницы хладнокровно убила свою наставницу, при том что в этот момент за ними наблюдали десятки глаз.

— Ты что, с ума сошел? — вздрогнула Нармора.

— Это я у тебя должен спросить. Я все видел.

— И что же ты видел?

Родарио совершенно ее не боялся — очевидно, он полагался на их давние дружеские отношения.

— Я вошел в зал Совета вместе с гномами и стоял рядом с тобой, чтобы в случае чего прийти на помощь. А потом я увидел осколок у тебя в руках.

— И что? — Радужка глаз Нарморы начала темнеть. — Что ты собираешься делать?

— Ну… Я ничего не сделаю, если…

— Тебе нужны деньги, Невероятный Родарио? — Она презрительно вздернула подбородок. — Ты решил меня шантажировать?

— Прошу тебя, у меня все же есть стиль, — обиженно отмахнулся актер. — И, кроме того, я все еще лучший друг Фургаса. Не знаю, друг ли мне ты. Прежней Нарморы больше нет. Ты очень изменилась.

— Прежней Нарморе пришлось слишком многое пережить. Я не могла не измениться. — Полуальвийка расслабилась. — Андокай заслуживала смерти, Родарио, и ты об этом знаешь не хуже меня. И я достаточно сильна, чтобы вступить в бой с аватарами. Я быстро учусь.

— За полгода нельзя выучить все, что знает такая опытная волшебница, как Андокай. Это невозможно даже для такой способной ученицы, как ты. — Родарио склонил голову к плечу, демонстративно уставившись на талисман, угадывавшийся под мантией. — Разве что…

Нармора прошла мимо, направляясь в зал.

— Тебе что-то было от меня нужно. Рассказывай, и поскорее.

— Я хочу обо всем знать. — Актер пошел за ней. — Я хочу быть рядом с тобой, видеть, какие решения ты принимаешь, и в случае чего помогать тебе-советом, как это сделал бы Фургас.

Полуальвийка рассмеялась.

— И как мне объяснить королям и королевам, почему рядом со мной постоянно увивается актеришка, подслушивающий важные тайны для того, чтобы потом написать об этом пьесу?

— Никак, моя темная прелестница. Если кто-то тебя спросит, скажи, что я твой новый ученик. Это отличная отговорка, уверяю тебя. К тому же, если ты вдруг не будешь знать, что сказать, я выступлю в роли суфлера, — заважничал Родарио. — Кроме того, я останусь твоим другом. А я ведь нужен тебе, Нармора. Кому еще ты можешь довериться? С кем поделишься самым сокровенным?

Они молча шли по коридору. У двери зала Совета полуальвийка остановилась и посмотрела Родарио в глаза.

— Ты прав. Мне очень нужен друг. — Она улыбнулась и на мгновение превратилась в прежнюю Нармору, с которой Родарио так давно был знаком. — Мы с тобой спасем Потаенную Страну.

Полуальвийка распахнула дверь.

Короли и королевы людей и эльфов уже ждали их. Гномов здесь не было — ради удачного проведения переговоров они выполнили бесстыдное требование Ромо и покинули дворец. Впоследствии Нармора собиралась все им рассказать.

Полуальвийка уселась в кресло Андокай, а Родарио занял место рядом с ней, изо всех сил пытаясь произвести на окружающих впечатление.

— Это мой ученик Родарио. Андокай уже давно заметила его талант к магии, но мы хранили его способности в тайне.

Актер поклонился. Дорогая одежда и аристократические черты лица любого могли ввести в заблуждение.

— Я не только превосходный актер, нет, в ближайшем будущем я намерен своими скромными познаниями в магии помогать Нарморе Зловещей в ее борьбе с аватарами Тиона, — провозгласил он.

— Твои познания тебе ничем не помогут, — перебил его речь Ромо и повернулся к Нарморе. — Ты тоже не способна справиться с аватарами, и твоя наставница, несмотря на ее силу магии, проиграла бы это сражение.

Гном вышел в центр зала, где пересекались лучи света, проникавшие в высокие окна. Его молчаливый спутник — настолько рослый, что мог бы оказаться не ниже иного человека, — остался сидеть и лишь невозмутимо наблюдал за происходящим.

Принц Маллен из Идомора выпрямился в кресле и покачал головой.

— И ты хочешь сказать, что у твоего дяди есть средство для борьбы с аватарами?

Ромо поклонился.

— Принц Маллен, мой король велел мне спросить у тебя, как обстоят дела в твоей стране. Достаточно ли людей у тебя в гарнизонах, чтобы удержать орков Тоборибора? Нам даже в крепости Черное Ярмо виден дым от твоих сожженных деревень.

— Прекрати болтать, — прервала его Нармора. — Расскажи нам о предложении, чтобы нам было над чем посмеяться.

Гном уже открыл рот, когда в дверь громко постучали.

В прошлый раз ничем хорошим это не обернулось, поэтому теперь полуальвийке было не так-то просто заставить себя посмотреть, кто там.

— К нам пожаловал герой Черного Ярма, — удивился Родарио.

Он не ожидал увидеть здесь Тунгдила.

Нармора пожала гному руку.

— Я рада тебя видеть, хотя обстоятельства нашей встречи могли бы быть и поприятнее, — широко улыбнулась она.

За спиной Тунгдила маячили близнецы и какая-то очень бледная гномка с белыми волосами и красными глазами.

— Это Мюрмианда Алебастровая, моя жена, — представил ее Златорукий. — И пришел я сюда, так как хочу от имени всех гномов принимать участие в переговорах.

— Ни в коем случае! — возмутился Ромо. Стальное Сердце двинулся вперед, ярость исказила его лицо. — Он ведь…

— …потомок Лоримбура, — напомнил ему Тунгдил, поднимая топор, который сжимал в правой руке. — Если мне правильно передали твои требования, ты хотел, чтобы отсюда прогнали гномов всех других племен, кроме твоего собственного. — Он ударил топором об пол. — Либо ты со своим спутником выйдешь со мной наружу разбираться, либо не будешь мешать мне участвовать в переговорах.

Гном онемел от такой наглости.

— Что ж, я воспринимаю твое молчание как знак согласия. — Тунгдил занял место Гандогара. — Продолжай, Ромо. Я хочу узнать, что ты собираешься противопоставить аватарам.

Маллен одобрительно кивнул Златорукому, да и остальные короли и королевы радовались первому поражению Ромо в переговорах, надеясь, что и другие не заставят себя ждать.

Тем временем Стальное Сердце взял себя в руки.

— Как я вижу, у тебя нет с собой Огненного Клинка. Так, значит, слухи о том, что волшебный топор похищен альвами, соответствуют действительности? — Он попытался смутить Златорукого.

— Я одолжил его одной альвийке. Ей очень хочется меня убить, так что она наверняка вернется ко мне. Но Огненный Клинок нам не нужен, ты же сам сказал.