Война племен. Проклятые земли - Хайц Маркус - Страница 89

— Пели. Одну песню за другой. Стояли у наших ворот и пели. Боевые песни, оскорбительные песни, и так с утра до вечера, — прорычал часовой. Было видно, что Третьи задели его за живое. — Мы тут глаз не могли сомкнуть, так они разорялись. Что ж, песнями крепостную стену не пробьешь.

— И, видимо, они не собираются прекращать попытки, — усмехнулся Боендал, мотнув головой в сторону солдат противника, как раз выходивших из пещеры. — Сейчас опять петь начнут.

Третьи подошли к крепостной стене, встав в строй, так что образовался огромный прямоугольник. Они действительно пели. Лоримбас шел перед своими солдатами. В тридцати метрах от стены он остановился.

— Где же оружие, Лоримбас? — ехидно поинтересовался Тунгдил, прекрасно зная ответ.

— А его никогда и не было, Тунгдил Златорукий, предатель собственного рода! — рявкнул король Третьих. — И прежде чем ты умрешь, я хочу, чтобы ты узнал, что все вы, и хитрые людишки, и надменные эльфы, и якобы столь мудрые гномы, все вы поверили нашим словам. Но аватаров нет.

— Хм, забавная уловка. Теперь ты говоришь, что никакой опасности нет. — Златорукий подал Свободным знак, чтобы те готовились к обороне. — Что же теперь?

— Теперь начнется мой бой. Сейчас четыре тысячи гномов находятся у западного входа в Потаенную Страну. Они будут штурмовать твою крепость, а я тем временем разрушу эти стены. Ни магия, ни боги не помешают мне завоевать все гномьи королевства. Мы сделали для этого все необходимое, и наши разведчики постарались на славу.

— А где толстяк? — Боиндил раздраженно обвел взглядом ряды противников. — Я его тут не вижу. И у стен около трех тысяч воинов. Где еще одна тысяча?

— Да, ты прав, что-то тут не так, — согласился с ним Тунгдил и вновь повернулся к Лоримбасу. — Если аватаров не существует, то что мы видим в небе каждую ночь, Лоримбас? Ты что, способен наводить морок?

Король рассмеялся.

— Да, я способен на это, вот только мой морок никак не связан с магией. Мои гномы отправились в Потусторонние Земли и развели там огромные костры, поливая дрова дегтем и серой, чтобы вы поверили в легенду об аватарах.

— Но как ты…

— Вот она, тайна горы Черное Ярмо. А ты, столь великий герой, ничего не знал об этом. Вы заняли нашу крепость, но так и не поняли, в чем ее истинная ценность. Тысячи солнечных циклов назад Третьи построили систему собственных туннелей, ведущих за пределы Потаенной Страны, для того чтобы обеспечить возможность нападения на королевства гномов с нескольких сторон. И когда я узнал, что вы боитесь опасности, которая якобы угрожает Потаенной Стране с запада, я создал для вас видимость такой опасности.

— Ты лжешь!

— Нет, это правда. Мои лучшие инженеры сидят перед входом в королевство Ксамтис и жгут костры. Так им удалось запугать всю Потаенную Страну, — насмешливо ответил Лоримбас.

— Но вы не могли изобразить падение небесного тела. Нет таких осадных орудий, которые позволили бы…

— Нет, небесное тело как раз было настоящее. Оно действительно упало куда-то в Потусторонние Земли, но не более того. Мои люди видели то место, куда оно упало. Там ничего нет, никаких следов богов, разве что эти боги состояли из грязи. — Он хлопнул себя по колену. — Как удачно все сложилось, да? Пророчество Нод’онна усилило ваш страх, и вы так верили в аватаров, что я мог потребовать у вас все, что угодно.

— И чуть было не добился своего, — пробормотал Тунгдил.

— Я предлагаю выбор: либо ты открываешь нам ворота и сдаешься, и тогда мы позволим твоим солдатам спокойно убраться отсюда, либо ты остаешься и подыхаешь тут вместе с ними. Мои воины будут беспощадны.

Нармора в ужасе уставилась на короля Третьих.

«Так это все была ложь! Я потеряла ребенка, убила Андокай, Фургас чуть не умер, и все это из-за его интриг!» Она подняла руки, и ее глаза начали окрашиваться черным.

— Лоримбас Стальное Сердце! — странным, изменившимся голосом прокричала она, так что стоявшие рядом гномы отпрянули. — Ты умрешь за свое преступление.

— Но не сейчас, ведьма! — ответил король и дунул в горн.

Скала под крепостной стеной накренилась, во все стороны посыпались камни.

Солдаты, стоявшие на донжоне, попадали вниз, кого-то завалило валунами. Крепостная стена разрушилась, и, как только последний камень упал на землю, Третьи бросились вперед, атаковав растерявшихся Свободных гномов.

А за их спинами земля вдруг ощетинилась копьями и пиками — из подземного хода, вырытого за пару дней, выбралась тысяча солдат во главе с Зальфалуром, один вид которого приводил противников в ужас. Свободные оказались зажатыми в клещи.

Так начался первый бой.

На закате дня земля покрылась телами — в этом сражении погибло три тысячи воинов Геммиля, а Третьи праздновали победу, прославляя Лоримбура.

Тунгдилу и близнецам удалось вытащить раненую Нармору из-под завалов камней и укрыться за вторыми воротами, прежде чем кто-либо понял, что они делают. Геммиль, Занда и девятьсот воинов тоже сумели спастись.

Закрыв глаза, волшебница сосредоточилась на заклинании исцеления, и вскоре ее раны затянулись.

Девушка вскочила.

— Да я этого Лоримбаса…

— Нет, Нармора, — остановил ее Тунгдил. — Не сегодня. Мы сдадим им четыре линии обороны — нам нечего противопоставить тактике Третьих. Побереги силы для защиты самой крепости.

Она уже хотела возразить, но в этот момент к ним подбежала Мюр.

— Быстрее, почтенная волшебница. Посмотрите, кого к нам привели стражники с Западных ворот.

— Раненых, наверное, — предположила полуальвийка.

— Одного раненого, — кивнула целительница. — Вы его знаете. Это Джерун. По крайней мере я так думаю.

— Или это очередное покушение на волшебницу, — проворчал Боиндил. — Сколько таких существ я еще встречу? И откуда они, собственно, берутся? Надо найти дыру, из которой они вылазят в наш мир, и завалить ее камнями!

— Откуда они берутся… Вернее, кто их посылает? — пробормотал Тунгдил. — Боиндил, спасибо!

— Да пожалуйста. А за что?

Они побежали за Мюр к мосту, ведущему в первый зал королевства.

— За то, что ты поставил правильный вопрос. И ответа на этот вопрос у Лоримбаса нет. Должен признать, что это меня очень беспокоит. — Он покосился на жену и увидел, что она поняла ход его мыслей.

На полу в зале лежал Джерун — или кто-то очень похожий на Джеруна.

Его доспех выглядел потрепанным, на латах остались следы царапин, кое-где металл оплавился, и из него торчали отломанные наконечники копий, обломки мечей и железные шипы с моргенштернов — видимо, Джеруну пришлось принимать участие во множестве сражений. А еще весь доспех был покрыт засохшей ярко-желтой кровью. Гигант неподвижно лежал на полу.

— Эм… — Боиндил почесал бороду. — Кто-нибудь из вас говорит на джерунском?

Все немедленно посмотрели на Нармору.

— Должна разочаровать вас. Андокай не научила меня его языку и забрала эту тайну с собой в могилу…

— Где моя хозяйка?

— Эй, он что-то сказал! — обрадовался Боиндил. — Ура, железноголовый, ты живой! Вот только говори так, чтобы мы тебя понимали. — Он смело подошел к гиганту поближе. — Ты же наш старый добрый железноголовый, верно? — Гном осмотрел его забрало. — Балиндис могла бы сказать нам, те это доспехи или нет. Ладно, давайте посмотрим. — Он протянул руки к шлему.

— Скажи ему, чтобы он прекратил. — Нармора только сейчас поняла, что Джерун разговаривает с ней. — Я чувствую, что в тебе что-то изменилось, альвийка. Теперь ты носишь в своем теле то, что принадлежало Нод’онну.

— У-и-и, он опять что-то сказал! — рассмеялся Бешеный. — Только протяни ко мне руку, и я так тебя по черепу наверну… — Он тряхнул топором.

— Боиндил, прекрати, — осадила его Нармора. — Я, кажется, поняла, как это делается.

Ее губы зашевелились, и с них слетели слова — если это можно было называть словами, — которых она никогда раньше не слышала. «Наверное, эту силу дал мне талисман», — подумала она, пытаясь хоть как-то объяснить себе, откуда знает язык Джеруна.