Повелитель гномов - Хайц Маркус - Страница 78

— Не забывайте о граните, железе и провианте, — добавил Боиндил. — У нас, конечно, сильные ноги, но все то, что ты собираешься взять с собой, не поднимет и огр.

— Если все пойдет хорошо, мы воспользуемся тоннелями, и тогда нам вообще не нужно будет об этом думать. В противном случае купим пони и будем везти наш ценный груз.

Промолчав, близнецы продолжили обедать, но Тунгдил понял, что они не согласны с его планом.

— У вас есть идеи получше, или вы хотите копаться в старых шахтах Пятых в Серых горах, пытаясь найти металлы и руду? — Вздохнув, он сунул кусок сыра себе в рот.

— Мы могли бы взять с собой достаточное количество алмазов, чтобы купить по пути все необходимое, прежде чем пересечем границу Мертвых Земель, — предложил Боендал. — Или, еще лучше, запасемся металлами уже там.

— Это слишком большой риск, — отказался от этой идеи Тунгдил. — В конце окажется, что у нас нет тиония, и из-за этого мы не можем выковать Огненный Клинок.

Поднеся четвертую кружку пива к губам, он осушил ее одним глотком.

— Мы возьмем с собой все необходимое. — Встав, он почувствовал действие пива, которое выпил слишком поспешно. — У нас все получится, — подбодрил он друзей.

Пройдя к выходу, он, шатаясь, направился в свою комнату, и сытый и немного опьяневший, упал на кровать. При этом у него из головы не шла крошечная фигурка, мелькнувшая перед входом в зал с тоннелями. Она была ему чем-то знакома.

«Действительно ли у нас все получится? Во что же я все-таки ввязался?» — подумал он, но тут усталость сморила его, и он уснул.

Пробуждение для Тунгдила было не из лучших. Приподнявшись на кровати, он застонал, ощущая пульсацию в голове. «Я думал, что после гномьего пива такого не бывает».

— Они ушли! — закричал разбудивший его Балендилин. — Ты слышишь, Тунгдил?! Они ушли!

Он открыл глаза. Однорукий советник стоял у его кровати. За его спиной столпились близнецы, Баврагор и Гоимгар, уже одетые в кольчуги и готовые к путешествию.

— Что за чушь, они же стоят у тебя за спиной, — заплетающимся языком пробормотал Тунгдил.

— Да не эти! Гандогар и его спутники. Они ушли. — На этот раз голос Балендилина прозвучал громче и резче. — Вы должны немедленно следовать за ними, иначе их преимущество станет слишком большим.

Тунгдил вылез из кровати. Ни его тело, ни душа не отдохнули настолько, чтобы немедленно отправиться в путешествие по темным тоннелям и штольням.

— Им потребуется много времени, чтобы достичь Серых гор, — успокоил он Балендилина. — Спроси у Серебробородого, сколько времени затратили Четвертые, чтобы добраться сюда.

— Они ушли не пешком, — вмешался Боендал. — Их нет, и никто не знает, куда они подевались. Остался только Бислипур.

— В любом случае, за ворота они не выходили, — добавил Боиндил.

Тунгдил тут же все понял. «Там, перед тоннелями, мы видели вовсе не зверька». Гном мгновенно проснулся.

— Сверд!

Вчера за ними следил карлик Бислипура, подслушивавший их разговоры у вагонеток до тех пор, пока его не спугнул Боиндил, бросивший в него камнем. «А значит, Гандогар точно знает, как управлять вагонетками». Сейчас он ощущал к Сверду такую же неприязнь, как и к его хозяину. Тунгдил поспешно надел кожаную рубаху, кольчугу, кожаные штаны и сапоги, готовясь с головой окунуться в приключения. Перед этим он сказал близнецам провести Баврагора и Гоимгара в заброшенную часть королевства Вторых и начать разогревать котел.

— Когда я к вам присоединюсь, вагонетки уже должны стоять на рельсах. Я же тем временем поговорю с Бислипуром, — сообщил он, попросив Балендилина сопровождать его.

— Как я вижу, ты выбрал Баврагора из всех каменотесов, — сказал советник, когда они вышли из комнаты.

— Это не совсем так. Он сам себя выбрал, а я, не подумав, дал ему свое слово и пообещал взять с собой, — вздохнул Тунгдил. — Я не могу нарушить клятву. Но что с ним такое, что все не советуют мне брать его в путешествие? Неужели его пьянство столь чудовищно?

Балендилин вздохнул.

— Когда он трезв, то превращается в ожесточившегося против всего мира гнома, когда же выпьет достаточно пива, то становится весельчаком. Времена его великого мастерства прошли.

— Он не лучший?

— Нет, он действительно лучший. Все великолепные барельефы на стенах крепости, в залах и коридорах — доказательство его искусства, но он не занимался своим ремеслом уже десять солнечных циклов, так как его руки из-за постоянного пьянства не способны сделать то, что требует от них разум. До сегодняшнего дня ни одному из мастеров не удалось превзойти его, поэтому он лучший из клана Вторых. — Балендилин поджал губы. — Я не хотел, чтобы ты брал его с собой. Он непредсказуем, и никто не знает, действительно ли он столь хорош в своем деле, как был раньше. Но тут уж ничего не попишешь…

Они нашли наставника Гандогара в зале за завтраком. Он сидел в окружении гномов племени Четвертых и тихо беседовал с ними. Они-то и обратили его внимание на двух гномов, идущих к их столу.

— Вы опоздали, — поприветствовал их Бислипур, делая вид, что удивлен. — Знаете, лишь тот, кто рано встает, тому Враккас подает.

— Мы собирались выйти одновременно с Гандогаром. Почему он уже ушел? — потребовал ответа Тунгдил, пытаясь утихомирить свой гнев. — И откуда он знал, где находятся тоннели?

Бислипур скользнул по нему равнодушным взглядом.

— Мы исследовали этот вопрос, — ушел он от ответа. — Кроме того, необходимость одновременного выхода из крепости оговорена не была. Мой король выбрал себе спутников и отправился ковать Огненный Клинок. — Он поморщился. — Что же ему делать, если ты предпочитаешь напиваться и валяться в кровати до столь позднего часа. Видимо, ты решил перенять привычки Баврагора.

— Я принимаю вызов и отправлюсь к племени Первых наперегонки с Гандогаром, чтобы заполучить лучшего кузнеца. Его преимущество не настолько велико, и я легко могу сравнять наши шансы.

Бислипур поднял кружку с горячим молоком.

— Ну что ж, вперед. Езжай к Первым. Благословляю тебя на это.

Гномы за его столом тихо рассмеялись.

— Где твой карлик? — резко спросил Балендилин. — Он вновь где-то шпионит по твоему приказу? Опять замышляет какую-то пакость Тунгдилу?

Бислипур вскочил, выпрямившись во весь рост.

— У меня есть честь! Если бы у тебя было две руки, Балендилин Однорукий, я вызвал бы тебя на дуэль, — прорычал он.

— Мы можем устроить соревнование по бегу, и будет тебе дуэль, — спокойно возразил Балендилин. — Я лишь хочу услышать от тебя обещание, что борьба за трон Верховного короля будет вестись честно.

Бислипур упер руки в бока.

— Клянусь Враккасом, я не буду вмешиваться во все это. Именно по этой причине я остался в крепости. Пускай все видят, что я никак не причастен к соревнованию за трон.

— А это будет касаться и твоего карлика? — уточнил Балендилин.

— Ну конечно, — процедил сквозь зубы Бислипур. — По крайней мере, когда я знаю, где он. Иногда он просто куда-то убегает.

Тунгдил не поверил ни единому его слову.

«В пути нельзя терять бдительности». Попрощавшись, он вышел из зала и поспешил к тоннелям.

— А почему ты здесь остался на самом деле? — тихо спросил Балендилин у Бислипура.

Гном мрачно усмехнулся.

— Одну причину я тебе назвал. Кроме того, я не хочу, чтобы один ты решал судьбу нашего народа в том случае, если Верховный король внезапно умрет. Кто-то же должен проследить, чтобы кланы Вторых не заполучили власть, в то время как законный наследник трона в отъезде. — Он наклонил голову. — И при этом я вовсе не имею в виду твою марионетку, Однорукий. Этот гном вовсе не из племени Четвертых.

— Нет, он один из вас. Ты видел и слышал доказательства этого, — возразил Балендилин.

Бислипур придвинулся к Балендилину поближе.

— Я тебе скажу, куда мой карлик делся, — шепнул он Однорукому. — Он направился в наше королевство, чтобы порыться в архивах и поговорить с теми, кто должен был бы хоть что-то слышать об этом ублюдке. — В его глазах светилась ненависть. — История Тунгдила — это чудовищная ложь. Они оскорбляют нашего старого короля, который никогда не изменял своей жене с другими гномками. Сверд вернется сюда с доказательствами, и тогда мы обвиним Тунгдила во лжи, наглости и клевете. Это я тебе обещаю, Однорукий. Я лично выдвину против него эти обвинения. Ложь этого выскочки разлетится на части, будто череп орка под моим топором, мой друг Балендилин, а затем придет очередь тех, кто участвовал во всем этом грандиозном заговоре. Такова моя клятва.