Эскиз брака - Солтерс Эмма - Страница 9

— В нем два с половиной метра росту, у него волосы белые как снег и золотой зуб?

— Нет, — выдохнула Одри, едва слыша его слова. Она почти бежала, пытаясь не отстать от Добсона, и в то же время подозрительно оглядывалась. — Он лысый.

— Тогда это не он.

— Но…

Джолли остановился так внезапно, что Одри чуть не врезалась в него. Через несколько секунд мужчина прошел мимо, даже не посмотрев на них.

— Ну что, убедились? — сурово спросил Джолли. — Я же сказал вам, что это не он.

— Но откуда вы знали?

Джолли схватил ее за руку и потащил к пикапу.

— Никто не говорил вам, что вы задаете слишком много вопросов?

— Может быть, все дело в том, что я не получаю ответов.

— Похоже, вы слишком много смотрите телевизор.

— Да, я веду скучную жизнь.

— Это ваши проблемы.

— Не вижу тут никаких проблем. Разве вам не страшно?

— Послушайте, я уже сказал вам: тому малому нужны деньги. Зачем он станет шляться за мной, зная, что сейчас у меня их нет? Неужели это так трудно понять?

Одри вытянулась по стойке «смирно».

— Есть, сэр, — сказала она, по-военному отдала честь, а потом злобно добавила: — Если вас убьют у меня глазах, я и пальцем не пошевелю! — Конечно, ничего подобного Одри не думала и тут же устыдилась своего поведения. — Извините, — пробормотала она.

— Можете не волноваться, — сказал Джолли, подходя к пикапу. — Я не позволю себя убить. Во всяком случае, постараюсь этому помешать, — добавил он.

Джолли не ожидал, что девушка примет грозящую ему опасность так близко к сердцу, и почувствовал себя последним мерзавцем за то, что встревожил ее понапрасну. Но ему нельзя отвлекаться на сантименты. Надо выполнять обещание, данное умирающему другу.

Они сели в пикап, и Джолли поехал в мэрию. Уже через несколько минут он остановился и начал искать место для стоянки. Припарковаться удалось в квартале от мэрии.

Сидевшая за стойкой женщина встретила их улыбкой. Джолли спросил ее, как получить разрешение на регистрацию брака.

— Срок между подачей заявления и официальной церемонией бракосочетания составляет от трех до тридцати дней, — ответила регистраторша.

— Минимум три дня? Я этого не знал. Мы не можем ждать так долго! — воскликнул Джолли. — За это время может случиться слишком многое!

Например, Одри передумает. Или узнает, что никакого ростовщика не существует.

Трех дней ей будет вполне достаточно, чтобы сесть, подумать… и начать задавать вопросы.

— А есть какой-нибудь способ обойтись без этих трех дней? — спросил Джолли.

— Гм… вообще-то да. Да, есть. Нужно пойти к мировому судье и подать просьбу о сокращении срока.

— Это трудно?

— Не думаю. Обычно такие просьбы удовлетворяют.

— Отлично, — буркнул Джолли.

— Тогда мне понадобятся ваши свидетельства о рождении и номера социальной страховки, — снова улыбнулась регистраторша.

— У меня нет с собой свидетельства о рождении, — сказала Одри. — Я вообще из другого штата.

— Понимаю. А как насчет водительского удостоверения?

— Это есть, — ответила Одри и стала рыться в сумке, ища бумажник.

Джолли вручил регистраторше копию своего свидетельства о рождении и карточку социального страхования. Увидев лицо Одри, явно удивленной тем, что все нужные документы оказались у него при себе, Добсон пожал плечами.

— Я просто подумал, что, если удастся вас уговорить, мне понадобится удостоверение личности.

— Должно быть, вы не сомневались, что я соглашусь помочь вам, — ответила Одри, в которой зашевелился червь сомнения.

— Всего лишь надеялся, — сказал Джолли.

— Кто-нибудь из вас уже состоял в браке? — спросила регистраторша, заполняя бланк.

— Нет, — ответил Джолли. Затем он лукаво улыбнулся и посмотрел на Одри. — Интересно, что бы об этом сказал твой жених?

Регистраторша подняла голову.

— Ее жених?.. — Она показала на Одри, но задала вопрос Джолли: — У нее есть другой жених?

— Не смеши меня. — Одри улыбнулась женщине и метнула на Джолли суровый взгляд. — Он любит пошутить. — Спустя мгновение регистраторшу позвали к телефону. — Откуда вы знаете о Джералде? — прищурившись, спросила Одри.

Джолли немного помолчал, а потом пожал плечами.

— Не помню. Кажется, вы как-то упомянули об этом.

— Нет. Ничего такого я вам не говорила.

— Значит, сказали Залкинду.

Но Одри не помнила и этого. Впрочем, поверенный позвонил ей и сообщил о смерти деда ровно через неделю после разрыва помолвки с Джералдом. Это известие доконало ее. Она еще до сих пор не пришла в себя. Может быть, она и упомянула имя своего бывшего жениха. Вполне возможно.

С другой стороны, какое дело Джолли до ее помолвки? Никакого. Если он считает, что Джералд по-прежнему ее жених, пусть считает.

— Не думаю, что он сильно огорчится, если узнает, что я выхожу замуж за другого. А как бы вы вели себя на его месте?

— Одри, если бы я был на его месте, то не позволил бы вам выйти ни за кого другого. Ни при каких обстоятельствах. Вы стали бы моей. И точка.

У Одри перехватило дыхание. Да неужели?

— Ох… — только и вымолвила она. А затем, восстановив душевное равновесие, добавила: — К счастью, не все мужчины такие эгоисты, как вы.

Джолли хитро улыбнулся.

— Что ж, учитывая обстоятельства, должен сказать, что вы правы. Когда вы будете ему звонить и сообщать эту новость: до или после регистрации? — вызывающе спросил он.

— Ну… ни то и ни другое. Подожду до Талсы.

— Догадываюсь, что это серьезно нарушит ваши первоначальные матримониальные планы.

— Вообще-то нет…

Джолли пристально посмотрел ей в глаза.

— Скажите-ка, вы хорошо знаете этого парня?

— К чему этот вопрос? — спросила Одри, отводя взгляд. Этот человек становится несносным.

— Вы любите его?

— Не ваше дело! — огрызнулась Одри. У нее сжалось сердце. Если она и любила Джералда, это чувство не шло ни в какое сравнение с тем, что она когда-то испытывала к Джолли. Теперь она это понимает. Но не собирается говорить об этом вслух. Ни с ним. Ни с кем-нибудь другим. Знаете, — бодро сказала она, — то, что я выхожу за вас замуж, еще не дает вам права вмешиваться в мою личную жизнь.

Лицо Джолли напряглось.

— Я ни во что не вмешиваюсь. Просто задал вопрос. К тому же вполне логичный для человека, который вступает в брак.

— С вас двадцать пять долларов, — неожиданно сказала регистраторша, кладя конец их спору.

Джолли выписал чек, поблагодарил женщину и потащил Одри к выходу.

— Теперь надо найти мирового судью, который подпишет наше заявление, — сказал он, ведя ее к стоявшему на углу пикапу. — Может быть, нам что-нибудь посоветует Эрон Залкинд.

Он вошел в телефонную будку, позвонил поверенному и спросил, не знает ли тот кого-нибудь, кто поможет им как можно скорее зарегистрировать брак. Тем временем Одри ждала снаружи. Залкинд согласился поговорить со знакомым судьей и велел Джолли перезвонить через час.

— Нам нужно убить время, — сказал Джолли, пересказав девушке их разговор. — Можно купить кое-что, нужное для поисков клада… конечно, если вы не передумали отправиться со мной…

Одри кивнула.

— Не передумала.

— Тогда вам понадобится теплая одежда. С севера идет похолодание. Местные метеорологи говорят, что оно доберется до нас поздно ночью.

Одри склонила голову набок.

— Можно задать вопрос?

— Что вас интересует? — спросил он, не сбавляя шага.

— Вы где-нибудь работаете? У вас есть постоянная работа, как у большинства людей, которые зарабатывают себе на жизнь?

Он пожал плечами.

— Смотря что называть работой.

Одри всплеснула руками.

— Не притворяйтесь! Вы прекрасно знаете, что я имею в виду. Обыкновенную работу, которой занимаются с девяти до семнадцати.

— Да, я работаю, — ответил Джолли.

— Где?

Джолли усмехнулся.

— Знаете, то, что я женюсь на вас, еще не дает вам права вмешиваться в мою личную жизнь, — передразнил он ее.