Рождественский поцелуй - Дэйли Барбара - Страница 10

Снова посмотрев на часы, Мэллори поняла, что потратила семь из десяти минут.

Пунктуальность — залог вашего успеха в жизни.

Всегда являйтесь на встречу ровно в то время, которое назначено, а во избежание опоздания всегда имейте запас времени с учетом дорожных пробок и других не зависящих от вас неожиданных обстоятельств…

— О, мама… — пробормотала сквозь стиснутые зубы Мэллори. — Я же просила тебя отцепиться. Я сыта твоими сентенциями по горло!

Мэллори предполагала, что Шестьдесят седьмая улица — это фешенебельный район, но была потрясена, когда увидела дом, указанный на визитке, — особняк оказался настоящим шедевром изящных искусств. Поплотнее запахнув свое черное кашемировое пальто, Мэллори решительно подошла к двери.

Не увидев ни табличек с именами докторов, дантистов или психиатров, ни множества кнопок звонков, Мэллори постучала, воспользовавшись продолговатой латунной гирей, которой следовало ударить по двум латунным полушариям, прикрепленным к двери. Ударив, на всякий случай, два раза, Мэллори еще успела подумать о разумности собственных действий, но тут дверь открылась.

— Как вам дверной молоток? Это была моя идея, — произнес открывший дверь мужчина и подмигнул, а затем, не ожидая ответа, добавил:

— Входите. Мисс Эвинг примет вас тотчас же.

— Но я…

— Позвольте ваше пальто.

— Спасибо. Я…

— Следуйте за мной, пожалуйста.

Сдавшись, Мэллори проследовала вслед за мужчиной через огромный холл с мраморным полом и переливающейся люстрой под высоким потолком, затем вверх по широкой лестнице. Ее взгляд то и дело натыкался на различные предметы мебели, на которых, по ее мнению, должна была красоваться музейная табличка «Руками не трогать!». Театральным жестом распахнув высокую двустворчатую дверь, Ричард — Мэллори полагала, что это именно он — громогласно возвестил:

— К вам мисс Трент.

— Привет, милочка, — услышала Мэллори. — Давай проходи и усаживайся, где душа пожелает.

Одного взгляда на женщину, сидящую за массивным письменным столом, было достаточно, чтобы подтвердились худшие опасения Мэллори. Она развернулась, чтобы уйти, но на ее пути встал Ричард. Мэллори снова посмотрела на женщину за столом и произнесла дрожащим голосом:

— Знаете, я только что поняла, что ошиблась. В настоящий момент я слишком занята, чтобы заниматься подобными вещами.

— Напротив, — произнесла мисс Эвинг. Мэллори никогда не слышала, чтобы кто-нибудь так растягивал слова. — Напротив, милочка, мне кажется, ты пришла как раз вовремя.

С трудом передвигая ноги, Мэллори подошла к столу и опустилась на стул. Слава богу, стул оказался самым обычным, и это почему-то немного ее успокоило, а вот стол просто шокировал — он был каким-то немыслимым образом украшен рогами, оленьими ли или еще чьими-то. Слава богу, этот «стол» не умел говорить, иначе бы он замычал или затрубил. Впрочем, даже это было бы лучше, чем слушать преувеличенно тягучую речь мисс Эвинг, как будто она всю жизнь была исполнительницей песен в стиле «кантри».

Это была маленькая хрупкая женщина с огромной копной взбитых и уложенных с помощью огромного количества геля и лака белых волос. Лицо ее было худым, с резкими, заостренными чертами, а взгляд огромных синих глаз был умным и проницательным. На загорелом лице узкой ярко-розовой полосой выделялся рот, уголки которого были насмешливо приподняты. Женщине могло быть и пятьдесят, и семьдесят, и девяносто.

Я попала или в бордель, и передо мной сама «мадам», или на отбор для участия в родео — слишком техасский говор у этой мисс Эвинг, подумала Мэллори.

Ноги молодой женщины были похожи на сжатые пружины, готовые в любой момент разжаться и вынести ее из этого странного дома. Но сначала она решила притупить бдительность сидящей напротив нее хозяйки дома.

— Какой интересный стол, мисс Эвинг.

— Мэйбл, милочка. Зови меня просто Мэйбл, и ради всего святого, расслабься. Ты выглядишь так, как будто собираешься сию минуту сбежать.

Мэллори почувствовала себя магазинной воровкой, пойманной с губной помадой, спрятанной в рукаве. Неужели ее намерение столь очевидно?

— И пусть тебя не смущают эти рога. Кофе?

Мэллори на миг заколебалась, но потом согласилась.

— Если можно, без кофеина.

— Ясно, ты тоже из этих… Дики!

От неожиданности Мэллори подскочила на стуле.

— Звали? — На пороге возник Ричард.

— Эта дамочка тоже из этих, бескофеиновых. Что ж, свари нам этой бурды, дорогуша. И почему больше никто не пьет настоящий кофе? То, что вы пьете, просто колесная смазка.

— Сколько вы берете за свои услуги, Мэйбл?

— Думаю, пока рано говорить об этом. — Женщина взмахнула рукой, унизанной кольцами с бриллиантами.

Мэллори услышала за спиной многозначительное покашливание, и в комнате снова возник Ричард. С подносом в руках он встал за креслом мисс Эвинг, как телохранитель.

— Мисс Эвинг берет сто долларов за час и настаивает на том, чтобы новые клиенты приходили каждый день в течение недели. В последующие недели визиты становятся реже, — проговорил он голосом диктора, записанного на пленку. — Она хотела бы видеть вас каждый рабочий день в семь вечера, а в субботу и воскресенье — в четыре. Средняя сумма, которую платят клиенты, — две тысячи долларов. Сахар? Сливки? — Ричард обошел стол и поставил наконец серебряный поднос.

— Черный, пожалуйста. Какая у вас профессиональная подготовка? — Мэллори постаралась произнести это как можно любезнее.

— Подготовка? — Мэйбл захихикала. — Об этом не волнуйся, милочка. Погляди вон туда. — Она ткнула большим пальцем куда-то за плечо.

Мэллори осторожно взяла в руки изысканную фарфоровую чашку и посмотрела в указанном направлении. Вся стена позади Мэйбл была увешена дипломами в позолоченных рамках.

Мэллори недоверчиво прищурилась. Дипломы запросто могут оказаться поддельными — по всему видно, мисс Эвинг могла купить их не одну дюжину.

— Если хочешь, подойди и посмотри. — Мэйбл встала.

Мэллори могла смотреть только на нее. В мисс Эвинг едва ли было полтора метра росту. Одета она была в вылинявшие голубые джинсы и черные ботинки, ковбойские по стилю, но раскрашенные в желтые и бордовые анютины глазки.

Оторопевшая Мэллори несколько раз моргнула, а затем тоже поднялась, не выпуская из рук чашку.

Она обошла стол, внимательно следя, чтобы не наткнуться на рог, и подошла к стене с дипломами.

Многочисленные дипломы свидетельствовали о том, что Мэйбл Эвинг закончила множество самых разнообразных курсов — от математических до курсов по изготовлению гончарных изделий.

— Таким образом я пыталась прийти в себя после смерти Хэдли, моего мужа. — Мэйбл небрежно махнула в сторону дипломов.

— Мне очень жаль.

— Мне тоже, — ответила Мэйбл, — особенно мне не хватает наших с ним стычек. — Она двинулась вдоль стены, Мэллори машинально последовала за ней.

Она увидела дипломы, написанные китайскими иероглифами, диплом Школы дизайна…

— Вы дизайнер по интерьерам? — спросила Мэллори недоверчиво и посмотрела в сторону стола с рогами.

— О, да! Это были самые веселые курсы!

— И судя по всему, прибыльные, — пробормотала Мэллори себе под нос, пытаясь представить себе дом — плод фантазии этой странной женщины. А китайский язык? Как она может говорить и переводить с китайского, если по-английски толком говорить не может?

Но Мэйбл услышала ее слова и с готовностью ответила:

— Ну, ми-и-илочка, деньги-то меня никогда особо не интересовали, а вот заскучать я могу быстро. После диплома дизайнера я получила степень доктора по китайской психологии…

Рука Мэллори дрогнула, и кофе капнул на ее единственные черные брюки.

— …затем степень магистра экономики и управления, и понимаю, почему вы, молодежь, с увлечением занимаетесь бизнесом. Кстати, чем ты, милочка, занимаешься?

— Я — адвокат, — тихо сказала Мэллори, пристыженно стоя под этим дипломным иконостасом.

— Я как раз подумывала о том, чтобы теперь заняться юриспруденцией. Кстати, Дики сейчас выступает свидетелем в одном очень смешном деле…