Рождественский поцелуй - Дэйли Барбара - Страница 6

— Планируешь пробежаться по магазинам в Нью-Йорке?

Одного взгляда холодных сине-зеленых глаз было достаточно, чтобы Картер почувствовал себя злостным женоненавистником.

— Конечно, нет. Я еду в Нью-Йорк работать, а не ходить по магазинам.

Интересно, она со всеми мужчинами ведет себя подобным образом или только с ним? Если только с ним, то тогда она единственная женщина в своем роде.

— Объявляется посадка на рейс 403 до Нью-Йорка, — раздался голос в репродукторе. — Первыми на посадку приглашаются пассажиры первого класса.

Картер задумчиво покусывал нижнюю губу, стоя в очереди пассажиров, ожидающих посадки. Он боялся даже предложить, что стоит за таким отношением к нему Мэллори, и это не способствовало его хорошему настроению. Похоже, она намерена иметь с ним исключительно деловые отношения.

Черт возьми, в мире полно женщин, а его прямо-таки заклинило на Мэллори Трент!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Мэллори смогла вздохнуть только тогда, когда они заняли свои места в салоне первого класса.

До этого момента ей казалось, что она уже никогда не сможет этого сделать.

Стоило его руке оказаться на ее талии — и самовнушение, которым она занималась всю ночь накануне, пошло насмарку. Одного прикосновения оказалось достаточно, чтобы она снова превратилась в молоденькую девушку, жаждущую любви Картера со всей силой и максимализмом юности.

Темно-синие, порой кажущиеся черными глаза Картера были полны страсти — страсти к женщинам, к жизни, к работе. Именно в глазах был секрет его магнетизма. Впрочем, даже если бы и не они, он в любом случае оставался бы убийственно привлекательным с его высокой мускулистой фигурой и шелковистыми волосами, к которым так и хочется прикоснуться, лучше всего сидя у него на коленях…

Мэллори почувствовала, как низ живота заливает жаром. Это невозможно! Этому не бывать никогда!

— Желаете что-нибудь выпить до взлета, сэр? — спросила стюардесса. Глаза цвета лесного ореха оценивающе смотрели на Картера.

— Мэллори? — Картер поспешно кинулся к Мэллори, как за спасением.

— Яду из болиголова, — процедила Мэллори сквозь зубы. И стюардесса, и Картер уставились на нее в недоумении. — Кофе черный, без кофеина.

— Свежевыжатый апельсиновый сок, — заказал Картер. — Нет, сделайте лучше томатный.

Я сделаю тебе сок, а ты можешь делать со мной все, что захочешь и когда захочешь, ответили ему глаза стюардессы.

Мэллори искоса следила за реакцией Картера, ожидая увидеть на его лице многообещающую улыбку. И он уж вроде бы был готов улыбнуться, но вдруг неожиданно нахмурился.

Ого! Картер Комптон хмурится в ответ на откровенный призыв привлекательной женщины? Что-то новенькое! Но это не должно ее волновать, поскольку единственное, что их связывает, — «Дело Зеленых».

— Мы могли бы поговорить о работе? — спросила она резко, понимая, каким контрастом звучат ее слова с заигрыванием милашки в униформе. — Как только взлетим, я могу включить свой компьютер, и мы обсудим опросный лист для дачи показаний.

— Безусловно. Чем раньше мы приступим к делу, тем лучше, — заверил ее Картер.

Так действительно будет лучше, подумал Картер. У него появилось неприятное чувство, что его засасывает в воронку торнадо. Оставалось надеяться, что он выберется из нее живым и невредимым.

А имя этому торнадо — Мэллори.

Он покосился на нее. В чем ее секрет? Не в одежде, это точно. Черный костюм, безусловно, элегантен и дорог, но это обычный офисный костюм, строгий и удобный. Не в макияже, хотя сотрудники «Сеншуэс» наверняка имели возможность бесплатно пользоваться образцами своей продукции. Не то чтобы Картер слишком хорошо разбирался в секретах женского макияжа, но уж увидеть, что Мэллори всего лишь тронула ресницы тушью и слегка подкрасила губы бледно-розовой помадой, был в состоянии.

Они оказались очень длинными и густыми, ее ресницы. Почему он никогда раньше этого не замечал? Потому что в Юридической школе она их не подкрашивала или потому что он видел в основном ее отличные оценки? Если бы не она, он никогда бы не сдал экзамен по конституционному праву.

— Ты считаешь, мы можем подойти к делу таким образом? Немного необычно, но в данном случае может оказаться действенно…

О чем, черт побери, она говорила, пока он тут размышлял о ее ресницах?

— Хм-м… Я должен подумать, — протянул Картер неопределенно, пытаясь вытащить себя из проклятой воронки.

Ему это удалось, но только для того, чтобы наткнуться на ее ледяной взгляд.

— Ты не слышал ни единого слова из того, что я сказала, Картер.

— Мэллори, Мэллори… — Его взгляд сделался похожим на взгляд бассет-хаунда. До сих пор это всегда срабатывало, когда он хотел очаровать женщину. Но, похоже, на этот раз будет осечка. — Было ли когда-нибудь такое, чтобы я тебя не слушал?

— Было. Сейчас. — Она смотрела на него с таким выражением, как будто он щенок, изгрызший ее любимую туфлю.

Интересно, знает ли она, что без ее помощи он наверняка провалил бы тот экзамен по конституционному праву и вылетел бы из Юридической школы? Та ночь, когда они до утра готовились к экзамену, стала водоразделом на его жизненном пути — он встал на путь взрослости и респектабельности. Но, похоже, помня о его подноготной, Мэллори никогда не сможет уважать ни его самого, ни его интеллект.

А она из тех, кому необходимо уважать мужчину, чтобы быть с ним.

Итак, он должен совершить что-то значительное, чтобы изменить ее мнение о нем. И тогда, Картер был уверен в этом, он сможет завоевать Мэллори. А сейчас ему ничего не оставалось, разве что улыбнуться ей.

— Я говорила о том, что не следует ли нам во время судебного разбирательства взять слегка ироничный тон? — Мэллори слышала, что говорит несвойственным ей тоненьким голоском, но решила списать это на нехватку кислорода. — Например: «А что плохого в зеленых волосах и ногтях? Многие подростки тратят немалые деньги на то, чтобы в парикмахерской их выкрасили именно в зеленый цвет»?

Улыбка Картера стала еще шире, и Мэллори почувствовала одновременно жар, испарину, дрожь и сухость во рту.

— Это была бы оригинальная линия защиты, произнес Картер. Мэллори показалось, что его голос стал еще глубже и мягче. — Я бы сказал истице:

«Зеленые волосы делают вас на тридцать лет моложе, мадам».

— А потом одарил бы ее своей убийственной улыбкой, и дело выиграно.

Увидев, как вянет его улыбка, как сжимаются в тонкую линию его губы, Мэллори пожалела о своих словах. Но, с другой стороны, что такого особенного она сказала?

— Если ты расплатишься и займешься багажом, я зарегистрирую нас, — предложил Картер, когда такси остановилось у отеля «Сент-Реджис». Полет показался ему бесконечным, и чем скорее они с Мэллори окажутся каждый в своем номере, тем лучше.

Оставив ее у такси, он вошел в вестибюль отеля и направился к стойке регистрации.

— Комптон и Трент, — сказал он женщине в синей униформе.

— Да, мистер Комптон, — ответила та, нажав несколько кнопок на компьютере. — У нас зарезервирован для вас люкс. — Она посмотрела на него так, как обычно смотрят все женщины.

Картер протянул свою кредитку.

— А для мисс Трент?

Взгляд женщины стал недоуменным. Похоже, она была в затруднении.

— У вас один номер на двоих. Человек, резервировавший номер, сказал…

Все понятно. Картер вспомнил, как сформулировал свое распоряжение Бренде.

— Я еду с Мэллори. Сделай все, как полагается.

Похоже, Бренда решила, что все будет как обычно.

— Ситуация изменилась, — прошипел он, наклоняясь вперед. — Отдайте люкс мисс Трент, а мне найдите другой номер.

— Понимаю. Вы поссорились в самолете? — понимающе улыбнулась регистратор.

Губы Картера сжались в тонкую линию.

— Нет. Мы просто коллеги и приехали в командировку. Нам нужны отдельные номера, чтобы отдохнуть друг от друга после целого дня, проведенного бок о бок.