Всегда есть выбор - Симмонс Дебора - Страница 39

Ни один мускул не дрогнул на лице миссис Грейвз. Она сидела с каменным лицом и молчала.

— Может, вы беспокоились, что мы здесь все переменим? — мягко спросила наконец Джейн. — Но мы не собираемся упразднять вашу должность. Я уверена, что вы просто устали. Пойдите и отдохните.

Рейли с ужасом смотрел, как Джейн помогла миссис Грейвз встать и проводила ее во флигель для слуг. Он стоял посередине столовой, и у него было такое ощущение, что необъяснимые ужасы будут и дальше продолжаться. Неужели Джейн вправду собирается оставить в доме эту полоумную?

Сколько раз из-за ее «шуточек» Джейн просыпалась среди ночи от страшных звуков! Их даже выманили из дома на пустоши — хорошо хоть светила луна! А однажды им пришлось спать в одной комнате… Тут Рейли задумался. Может быть, наоборот, он должен быть благодарен экономке за то, что косвенным путем она способствовала его сближению с женой?

Нет, благодарить — это уж слишком!

Выезжая из деревни, Рейли пришел к выводу, что начинает привыкать к жизни в Чистлсайде. Месяц, даже неделю назад эта мысль привела бы его в смятение, а сейчас он небрежно махал рукой в ответ на приветствия, доносившиеся из некоторых домов.

Впрочем, виконта все еще удивляла внезапная доброжелательность местных жителей, переставших угрожать ему. После случившегося он ожидал, что враждебность усилится, а получилось наоборот — неохотно, но люди все же стали принимать его как хозяина Крейвен-Холла.

Правда, он постарался уладить дело с контрабандой как можно мягче, распорядившись поделить товар между близлежащими гостиницами и постоялыми дворами. Он не предпринял никаких шагов против торговцев, кроме тех двоих, что похитили Джейн: они были арестованы. К тому же Рейли слишком нравились заморские вина, чтобы прикрыть дело, которым здесь занимались веками до него и будут заниматься и впредь, независимо от того, одобряет он контрабанду или нет.

Да, ему положительно начинало нравиться в Нортумберленде и в Крейвен-Холле. Интересно, что бы на это сказал Пимперингтон? Наверно, отвернулся бы от него. Ну и пусть!

Рейли пребывал в отличном настроении. Прошедшая неделя была самой счастливой в его жизни. Ночи полны любви и наслаждения, да и днем он то и дело увлекал жену в укромные уголки в саду для тайных свиданий. А в промежутках он копался в многочисленных коллекциях Корнелиуса, разыскивая что-нибудь этакое, что понравилось бы Джейн.

При одной мысли о Джейн Рейли начал улыбаться. Она так счастлива в Крейвен-Холле, все время что-то делала и приходила в восторг от любой находки. Она стала надевать яркие платья, ходила с распущенными волосами, улыбалась и смеялась его шуткам, позволяла ему кормить себя сладостями, а в постели была такой раскрепощенной и страстной, что он только диву давался.

Будет ли она такой же в Лондоне, Сассексе или Уэстфилд-Парке? Уже надо думать о том, где они обоснуются. Он привык жить в стесненных обстоятельствах, обедать в гостях, кочевать из родительского дома в поместья друзей, но сейчас все изменилось. Джейн такая жизнь не подходит.

Джейн нужно постоянство. Она готова поселиться в этом полуразрушенном доме, но сколько времени они смогут здесь оставаться? Сколько могут стоить предметы искусства, которые они обнаружили? По сравнению с крупными поместьями содержание Крейвен-Холла обойдется недорого, но основному зданию нужна новая крыша, да и все остальное нуждается в ремонте, на который у Рейли не было денег.

Одолеваемый столь мрачными мыслями, Рейли подъехал сначала к конторе поверенного, дабы убедиться, что она все еще закрыта, и остолбенел — в окне не было обычной записки.

Неужели Феликс Ферман, наконец, вернулся? Едва карета остановилась, Рейли выпрыгнул и побежал к входу. Зачем так торопиться, остановил он себя. Новости вряд ли будут хорошими. Корнелиус наверняка оставил после себя одни долги, им не хватит денег расплатиться, даже если они продадут все свои находки.

Комнатка, в которой восседал за письменным столом поверенный, была так же захламлена, как Крейвен-Холл.

— Вы мистер Ферман? — осведомился Рейли.

— Да, это я, — ответил поверенный. — А вы, должно быть, лорд Рейли. Прошу меня простить за долгое отсутствие, но мой племянник попал в дорожную катастрофу по пути в Лондон, и сестра была в отчаянии. Как только племянник поправился, я поспешил обратно, но, насколько понял, моя помощь не нужна. Я слышал, что вы хорошо устроились. Позвольте заметить, милорд, что вы как раз тот человек, который нужен этой деревне и Крейвен-Холлу.

Рейли захотелось оглянуться, чтобы удостовериться, что у него за спиной не стоит его отец. Он был уверен, что поверенный говорит не с ним. Но Ферман кланялся и обращался именно к нему.

— Я слышал о вас только хорошее и рад, что в поместье снова поселится аристократ с женой. Для молодой семьи Крейвен-Холл — замечательное место.

У Рейли сердце упало при мысли, что Джейн может родить. Он всегда считал деторождение не чем иным, как средством продолжения графского рода. Но сейчас… Возможно, появился шанс создать семью, где главной ценностью будет любовь, а не ожидание наследника графского титула.

Он представил себе Джейн играющей с детьми в саду или на пустоши. Может, она уже беременна? Тогда они точно останутся в Крейвен-Холле, подальше от холодных коридоров Уэстфилд-Парка.

— Вы совершенно правы, — сказал Рейли, откашлявшись, — но мне надо уладить дела дяди.

— Ах, да, разумеется. Прошу вас присесть, милорд. — Поверенный сел за стол и стал перебирать бумаги. — У меня все здесь в полном порядке. Как я уже писал графине, вы — единственный законный наследник.

— А как же его дочь? Есть сведения, что дядя оставил незаконнорожденную дочь.

— Да что вы говорите! — изумился поверенный. — Я, признаюсь, ничего об этом не слышал. Но если таковая появится, у нее нет прав на поместье. Оно ваше, включая дом со всем имуществом, которое там находится, несколько ферм арендаторов, а также некоторые вложения в фонды, составляющие годовой доход в размере пятидесяти тысяч фунтов.

— Прошу прощения. Кажется, я не понял последнее, — переспросил Рейли, не веря своим ушам.

— У меня в настоящий момент нет точных цифр, я был в отъезде несколько недель, но мне известно, что перед смертью мистер Холройд владел именно таким состоянием.

— Простите меня, — Рейли даже потряс головой, — но я в некоторой растерянности. Крейвен-Холл в плачевном состоянии, поэтому я предполагал, что у моего дяди нет ни гроша.

— А! Понимаю, — улыбнулся поверенный. — Мистер Холройд ни с кем не общался, жил отшельником, и я никогда у него не был. Все дела мы решали путем переписки. Слуг он почти всех уволил много лет назад, поэтому неудивительно, что вы пришли к такому заключению. Я сожалею, — добавил мистер Ферман, — что дом оказался в запустении, но уверяю вас, что, хотя у мистера Холройда была репутация скряги, он занимался профессиональным коллекционированием, а также вкладывал деньги во всевозможные прибыльные предприятия.

Рейли снова откашлялся.

— И у дяди не было долгов?

— Хоронили его за счет поместья, но я не знаю, расплатился ли он со слугами.

Например, с миссис Гроб, подумал Рейли виновато. Но это легко поправить, решил он, чувствуя незнакомую доселе эйфорию.

Он, наверное, улыбается как идиот. Поверенный, возможно, считает его странным, но он и не подозревает, в каких стесненных обстоятельствах пребывает виконт и что для него и для его жены означает новость о наследстве. Надо сейчас же вернуться и все ей рассказать!

— Очень хорошо, мистер Ферман. А теперь, прошу меня извинить, мне надо… домой. Но я вернусь на днях, и мы обсудим детали. Вы хорошо поработали, и я позабочусь о том, чтобы вы получили существенное подтверждение моей благодарности.

Рейли имел в виду денежное вознаграждение, но он был так рад, что с удовольствием поцеловал бы поверенного прямо в лысину.

— В этом нет необходимости, милорд, — зарделся мистер Ферман. — Я чрезвычайно рад, что вы поселились в наших краях, и уверен, что это будет способствовать их процветанию.