Влюбленный дьявол - Уэлфондер Сью-Эллен - Страница 34

Шагнув в комнату, он поставил тяжелый поднос на маленький столик у камина.

– Я принес тебе завтрак. Здесь овсяные лепешки и свежая пахта.

Линнет осталась стоять у двери, и Дункан нахмурился.

– Ты что, не хочешь есть?

– Не хочу. – Она поежилась под его взглядом. – Я могла бы поесть и в зале. Вам не нужно было себя утруждать.

Он фыркнул и выдвинул для нее стул, явно ожидая, что она сядет.

– Мне казалось, что… что тебе захочется сегодня поесть одной.

В полном недоумении Линнет вернулась в комнату. Может быть, он хочет, чтобы она вовсе не появлялась в зале? Упрячет ее, как Робби?

А может, боится, что по выражению ее лица все поймут, что между ними что-то не так?

Понимает ли он, что сердце ее разбито? Что он вознес ее к сияющим вершинам только для того, чтобы с этой высоты она рухнула наземь и ее заветные мечты разлетелись в прах?

Избегая встречаться с ним взглядом, она села и, не поднимая глаз, налила себе пахты.

– Спасибо, вы очень внимательны.

– Нет. – Он шагнул вперед и протянул к ней руки, но тут же опустил их, словно боясь прикоснуться к ней. – Так и должно быть… и даже этого мало. То, что вчера произошло… ты заслуживаешь намного большего. Я должен подарить тебе роскошные ткани и целый сундук драгоценностей. Я… это… о Господи, ну разве ты не понимаешь, что я не мастер говорить красивые слова?

– Мне не нужны красивые слова. – Она подняла глаза и с удивлением увидела, как густой румянец залил щеки ее мужа. – Роскошные платья и драгоценные камни тоже.

Он осторожно коснулся ее волос. От этой робкой ласки Линнет затрепетала.

– Вам нечем больше заняться? – холодно спросила она, полагая, что он оставит ее в покое, но втайне желая его прикосновений еще и еще.

Странное выражение появилось в его темно-голубых глазах.

– Мне есть чем заняться. У меня важное дело. Именно поэтому я здесь.

– Важное дело?

Он кивнул, и уголки его рта поползли вверх в соблазнительной улыбке.

– Важнее не бывает.

– Я вас не понимаю. – Линнет напряглась, отвела взгляд и с замиранием сердца ждала, что будет дальше.

Чтобы защититься от его пристального взгляда и соблазнительной улыбки, она сосредоточилась на еде.

Но это не помогло. Сладкая истома разлилась по всему телу Линнет, и она снова почувствовала, какую власть он имеет над ней.

– Вам срочно потребовалось снова удовлетворить плотское желание? – поторопилась спросить Линнет, боясь, что муж догадается о ее переживаниях. – Именно это дело так озаботило вас? Сейчас я разденусь и раздвину ноги… Я знаю, что это моя обязанность.

Дункан вскочил на ноги задел кувшин с пахтой. Какое-то мгновение он смотрел, как густая жидкость растекается по циновке, потом в ярости взмахнул рукой и сбросил весь поднос на пол.

Линнет вскочила следом и, прикрывшись руками, начала отступать назад. Он догнал ее в несколько шагов, схватил за плечи и прижал к себе.

– И долго ты будешь мучить меня? Я пришел извиниться! Хотел отплатить тебе…

– За что? За мои услуги? – Дункан так крепко сжимал ее, что ей трудно было дышать. – Так же как вы оплатили бы ласки продажных девок?

– Нет! Ты моя жена. И не надо придираться к словам. Я уже сказал, что не умею красиво говорить. – Он неожиданно отпустил ее и схватился за голову. – Ты ничего не понимаешь… Я не хотел причинить тебе боль. Я…

Дрожащими руками Линнет поправила платье.

– Вы ошибаетесь, сэр. Я хорошо понимаю. Вы были уверены, что на этот раз все пройдет безболезненно.

– Но я имел в виду другое! У меня и в мыслях не было тебя оскорбить.

От его искренней и неуклюжей попытки извиниться сердце Линнет дрогнуло. Но она продолжала молчать.

Ведь он сказал все, что думает о ней, об их браке, о прошедшей ночи.

Она никак не могла справиться с чувствами, которые пробуждала в ней его близость.

– Ты нужна мне, Линнет. – Он крепко взял ее за руки.

– Вы это уже говорили, – ответила Линнет со смелостью, которой сама от себя не ожидала. – Я нужна вам, как нужен мужчине острый меч или хороший конь.

Дункан побагровел.

– Клянусь честью, я пытался извиниться. Но ты слишком долго испытываешь мое терпение. С меня на сегодня хватит.

Резкий стук в дверь избавил ее от необходимости отвечать. Дункан направился к двери и распахнул ее настежь. В спальню вошли трое мальчиков, каждый нес по ведру воды. Четвертый, не старше Робби, держал в руках маленькую скамеечку.

Двое крепких парней втащили большую деревянную бадью, третий нес сложенные стопкой простыни.

– Я велел приготовить для тебя ванну, – сказал Дункан, пробуя воду. – Ее нагрели внизу, но в комнате слишком прохладно. Я разведу в камине огонь. А то замерзнешь.

Линнет с трудом сдержала язвительный смех. Единственное, от чего можно было замерзнуть, так это от каменного выражения его лица.

Сложив руки на груди, он молча наблюдал, как слуги выстелили бадью полотном, поставили в нее скамеечку, которую тоже накрыли тканью, а затем налили в нее воду. Комната наполнилась ароматом роз.

Дункан сделал знак слугам удалиться, и те опрометью выскочили из комнаты.

Наверняка они почувствовали гнетущую атмосферу, воцарившуюся в комнате. Ее горький привкус Линнет ощущала на губах. Да хранит ее святая Дева Мария, от леденящего взгляда супруга в жилах стыла кровь.

Должно быть, именно так он представлял себе их примирение.

Наблюдая, как он снова и снова пробует воду, она пожалела о своих резких словах.

– Я сказал Фергусу, чтобы кухарка добавила в воду несколько капель розового масла. Тебе нравится?

– Спасибо, милорд, – ответила Линнет. – Я люблю розы.

Гнев на лице Дункана сменился каким-то новым, еще незнакомым Линнет выражением.

– Ты забыла? Я просил называть меня по имени.

– Спасибо, Дункан… сэр. – Ей захотелось снова нырнуть под одеяло, чтобы укрыться от его раздражения.

– Дункан. Просто Дункан, – повторил он серьезным голосом и подошел к ней, приподняв на ладони прядь ее волос. – Я не людоед, дорогая.

Локон соскользнул с его руки, и он приподнял пальцами ее подбородок.

– Я очень обидел тебя прошлой ночью и еще раз приношу свои самые искренние извинения.

Линнет заглянула ему в глаза, которые теперь лучились мягкой синевой, совсем как прошлой ночью, когда он шептал ей нежные слова.

Воспоминания вызвали в ней самые противоречивые чувства.

Быть может, он искренне осознал свою вину?

Она все еще сомневалась, что нужна ему.

По крайней мере, в том смысле, как ей хотелось бы.

Внезапно губы ее пересохли. Да смилостивятся над ней небеса, ей так хотелось, чтобы он ее полюбил.

По-настоящему.

Всем сердцем.

А не просто желал обладать ею для удовлетворения своей похоти.

Но способен ли он на глубокое чувство? И сможет ли понять ее чувства к нему?

Или смириться и не требовать от него большего?

Но сможет ли она?

Линнет подавила вздох. Не сможет. Никогда.

– Так ты прощаешь меня? – Его голос вернул ее к суровой реальности. Она медлила с ответом, и Дункан нахмурился. – Готова принять меня таким, какой я есть?

– Да, – произнесла она наконец.

Дункан улыбнулся и поднес ее руку к губам.

– Ты не пожалеешь об этом, я обещаю. Я буду любить тебя сегодня до полного изнеможения, пока ты не запросишь пощады. До самого рассвета, – он крепко сжал ее руку, – только бы отплатить за все, что ты мне дала прошлой ночью.

Линнет слегка отстранилась.

– Мне не нужно никакой платы. То, чего я хочу, нельзя обменять ни на деньги, ни на плотское наслаждение.

Тень пробежала по лицу Дункана, но он не выпускал ее руки из своей.

– Прошу тебя, не надо всяких сентиментальностей. Клянусь, я готов лелеять и чтить тебя как свою жену до конца дней. Надеюсь, этого вполне достаточно. Романтической любви, о которой ты мечтаешь, просто не существует.

Он отошел от нее и стал разводить огонь в камине.

– Ты должна принять меня таким, какой я есть, – продолжал он. – Если не можешь, так и скажи. Я сейчас же уйду и никогда больше не переступлю порог этой комнаты.