Влюбленный дьявол - Уэлфондер Сью-Эллен - Страница 51

Но сейчас это уже не имело никакого значения.

Главное – чтобы он вернулся.

Наступившую тишину нарушил чей-то всхлип.

Потом еще один.

Старый Фергус торопливо утер нос рукавом и отвернулся.

Дункан с удивлением увидел, что дворецкий плачет.

Покраснев до кончиков ушей, Дункан сердито окинул взглядом зал.

– Хватит пялиться на меня, пора готовиться в дорогу. И не вздумайте болтать о том, что услышали. Все остается по-прежнему.

К его величайшему неудовольствию, судя по выражению лиц, ему никто не поверил.

Линнет устало прислонилась спиной к стволу дерева, вытянув ноги. После того как Кеннет освободил ее от веревок, ей все время приходилось выполнять требования похитителей и ухаживать за ранеными под страхом постоянных угроз в адрес Робби.

У нее не было выбора, и она выполняла каждую прихоть. Спина так болела, что она ходила сгорбившись, как старуха.

Наконец в туманный серый предрассветный час на второй день после похищения ей разрешили побыть с Робби. Он мирно спал, свернувшись калачиком рядом с ней, укрытый изношенным одеялом, которое набросил на него кто-то из людей Кеннета.

Почти все уже спали. Бодрствовали только Кеннет и еще несколько человек. Он присел у догорающего костра с кубком вина и тихо говорил о чем-то с наглого вида парнем, который поднял пустую кружку, требуя, чтобы Линнет подлила ему вина.

Линнет не двинулась с места, лишь молча посмотрела на него ледяным взглядом.

По правде говоря, у нее просто не было сил подняться.

– Кажется, наша леди слишком утомлена и не хочет прислуживать своим ничтожным спутникам, – усмехнулся парень.

Кеннет раздраженно фыркнул:

– Может быть, она изменит свое мнение, когда мы все по очереди покажем ей, каким приятным занятием может оказаться обслуживание мужчин низкого происхождения. Скоро у нас появится такая возможность.

– О-о! Если бы она видела, какой у тебя огромный…

– Хватит, – ухмыльнулся Кеннет. – Не хочу, чтобы она страдала от тоски по нему. У нее будет достаточно времени, чтобы подробно изучить мое мужское достоинство, а потом и твое.

Он посмотрел на Линнет, и похоть в его взгляде заставила ее вздрогнуть.

– Ей так понравится, что она предпочтет нас моему угрюмому братцу.

Кеннет направился к ней. Стараясь не выдать своей тревоги, Линнет нащупала в складках плаща крошечный флакон в кожаном футляре.

Она едва не забыла о нем.

Во флаконе был крепкий настой валерианы.

Ее единственная надежда на спасение.

Кеннет подошел и, не говоря ни слова, пнул ее ногу носком сапога, поддев край плаща, задрал его, открывая ее лодыжки и икры. Забыв предосторожность, Линнет нахмурилась.

– Оставь меня в покое, свинья, – прошипела она, сжимая флакон. – Только посмей ко мне прикоснуться, и при первой же возможности я лишу тебя твоего мужского достоинства.

Раздались смешки и грубые замечания. Кеннет побагровел.

– Придержи язык. Мой брат плохо объездил тебя. – Он с трудом сдерживал бушующую в нем ярость. – Но я с удовольствием исправлю эту его оплошность. В его же постели, как только выкурю из логова, которое должно принадлежать мне.

Линнет, поджав губы, с негодованием смотрела на него.

Ее молчание лишь распаляло его гнев. Он схватил ее за плечи и рывком поднял, кивнув в сторону парня, протягивающего кружку.

– Налей нам вина, – приказал Кеннет.

Линнет не отвела взгляд.

– Отпустите меня, тогда налью.

Он убрал руки и, прищурившись, добавил:

– И следите за своими манерами, леди. Мне приходилось иметь дело с куда более капризными девками, чем вы.

Линнет демонстративно отряхнула рукава и, высоко подняв голову, зашагала к куче припасов. Там, недалеко от места, где были привязаны лошади, лежали фляги с вином.

Лошади были великолепные, наверняка краденые. Но не это волновало Линнет, она сама собиралась украсть одну из них, как только Кеннет крепко уснет после вина с валерианой.

– И побыстрее, – крикнул он. – Нас мучает жажда.

Линнет улыбнулась.

Чем больше они выпьют, тем лучше.

Линнет схватила глиняный кувшин. По спине побежали мурашки, но она взяла себя в руки и достала из складок одежды флакон.

Оглянувшись через плечо, открыла пробку, вылила содержимое в кисло пахнущее вино и быстро вернулась к костру.

Кеннет протянул ей кубок.

– Из тебя получится отличная служанка. Скоро тебе придется предлагать нам не только вино. – Он окинул ее пристальным взглядом. – А гораздо больше.

Линнет молча наполнила до краев его кубок.

Один раз, потом еще и еще. У Кеннета стал заплетаться язык, слипались глаза.

Она вернулась на свое место и стала ждать.

Ждать и наблюдать.

Ей казалось, что прошла целая вечность. Она внимательно разглядывала бандитов, особенно Кеннета.

Наконец в лагере воцарилась тишина, нарушаемая лишь храпом. Костер погас.

Затаив дыхание, Линнет легонько коснулась плеча Робби. Он открыл глаза и хотел что-то сказать, но Линнет приложила к его губам два пальца.

– Тише. Нам пора уходить.

Робби испуганно посмотрел на нее и кивнул.

Линнет тоже кивнула и погладила его по щеке. Затем поднялась и, взяв Робби за руку, шагнула за деревья.

Они задержались за раскидистыми ветвями тиса, подождав, пока глаза привыкнут к темноте, и направились к лошадям. Животные стояли смирно, и только одна из лошадей посмотрела в их сторону и тихо фыркнула, словно здороваясь.

Робби сжал руку Линнет.

– Мы украдем лошадь? – спросил он.

Линнет зажала ему рот ладонью и замерла от страха.

Неподалеку кто-то спал, положив голову на седло и громко храпя. К несчастью, в нескольких шагах от быстроногого скакуна, которого она приметила.

Неожиданно спящий со стоном перевернулся на бок. Линнет решила не рисковать и подсадила Робби на ближайшую лошадь, которая нравилась ей меньше.

Еще раз оглянувшись на спящего гиганта и сделав знак Робби молчать, она поставила ногу на поваленный ствол, влезла на лошадь позади Робби и прижала его к себе.

Никогда еще Линнет не приходилось скакать на лошади без седла.

Она сомневалась в том, что это вообще возможно, если бы даже под ней оказалась старая кляча.

Хорошо еще, что есть уздечка. Вздохнув с облегчением, Линнет взялась за повод свободной рукой и послала лошадь вперед.

Оставалось лишь надеяться, что у животного хватит сил увезти их достаточно далеко, прежде чем Кеннет придет в себя и обнаружит их исчезновение.

Глава 19

Дункан увидел, что Мармадьюк спускается по склону соседнего холма, возвращаясь из очередного рейда, и придержал лошадь. Англичанин мчался с такой скоростью, словно за ним по пятам гнались все дьяволы ада.

Это было дурным знаком.

– Их там нет, – сообщил Мармадьюк, вытирая пот со лба.

Дункану показалось, что он получил удар под дых. Он всматривался в лицо друга в надежде, что тот ошибся.

Однако вид англичанина не давал для этого никаких оснований. Выражение его лица было мрачным. Взмыленная лошадь с потными боками лишний раз свидетельствовала о том, что просто так он не мчался бы во весь опор.

Сердце Дункана болезненно сжалось.

– Ты уверен?

Мармадьюк кивнул.

Гнев, ярость и страх навалились на него. В глазах потемнело.

Когда туман рассеялся, он ничего не чувствовал. Ни боли от многочисленных ран, ни судорог душевных мук.

– Как далеко отсюда? – спросил он спокойно.

– Верхом совсем близко. Эти негодяи еще спят, лагерь охраняют лишь несколько человек, я легко смогу их убрать.

Дункан приподнялся в стременах и наклонился к другу.

– Я сам должен отомстить за жену и сына. Быть может, их уже нет в живых?

Мармадьюк выехал вперед и повернулся лицом к строю суровых воинов Маккензи.

– Только благодаря Всевышнему ваш господин смог проскакать так далеко. – Он с упреком посмотрел на Дункана. – Его раны открылись, и только его гнев заглушает боль. Он может погибнуть, если поедет дальше и вступит в бой.