Последняя любовь миссис Галлахер - Грин Билли - Страница 14

— Вы смеетесь надо мной? — обвиняюще сказала она.

— Ну, конечно, смеюсь, — ответил он. — Не кажется ли вам смешным ехать на машине вокруг собственного дома?

Какое-то мгновение Хелен смотрела на него, а затем тоже рассмеялась.

— Да, догадываюсь, что это действительно весело. Я просто ничего другого не могла придумать, чтобы уйти из дома, не отвечая на множество вопросов. Если бы я просто сказала Петти, что сегодня не хочу ужинать, она бы вызвала мне доктора.

Том улыбнулся ей.

— Теперь это уже не имеет значения, так как вы здесь.

Он направился к автофургону.

— Не хотите ли пройти в мою скромную гостиную?

— Честно говоря, вы сегодня немного напоминаете паука, — сказала Хелен, взглянув на его черные слаксы и рубашку.

— Так лучше съесть вас, моя дорогая!

Она хихикнула, медленно осматривая его жилище. Здесь было не очень просторно, но удобно. Каждый дюйм использован по назначению. С одной стороны средней секции стояла кухонная стойка с раковиной, встроенная плита и холодильник. С другой стороны располагались две двери, которые, как ей показалось, вели в ванную и туалет. Впереди располагались места для водителя и пассажира, ниша для еды и кушетка. И несмотря на то, что она не собиралась так тщательно рассматривать его жилье, в конце фургона Хелен увидела откидную кровать.

И тут Хелен заметила, что Том следит за ней.

— Ну, что вы думаете о моем скромном жилище? — спросил он, внимательно изучая ее лицо.

— Это изумительно! — она развела руками. — На такой маленькой площади разместить столько вещей. Но при этом вы не страдаете клаустрофобией.

— Плод современного мастерства. Ни дюйма лишнего. Кушетка и стол, например, превращаются в дополнительные кровати. Очень удобно для импровизированных оргий, — произнес Том, наклоняясь к ней и злобно покручивая воображаемые усы. Затем кивнул в сторону кушетки. — Присаживайтесь, а я приготовлю напитки. Предполагаю, что вы предпочитаете белое вино? Если нет, то у меня еще есть пиво и виноградная «Кул-Эйд».

Хелен засмеялась.

— Как ни странно, я люблю белое вино. И, пожалуйста, никаких комментариев по поводу цвета.

Она вдохнула воздух.

— Как вкусно пахнет! А что у нас на ужин?

Том самодовольно ухмыльнулся.

— Представьте себе: цыплята по-киевски.

Хелен восхищенно присвистнула, отдавая ему должное, чего он, явно, ждал.

— Я потрясена! Это как раз одно из моих любимых блюд.

— Знаю, — сказал он, взглянув на нее как-то по-мальчишески озорно. — Я спросил у Петти.

Какое-то мгновение она молчала, а затем с подозрением спросила:

— Предполагаю, что она и рецепт вам дала?

— Ну… честно говоря, Петти сама это и приготовила.

Его огорчение по поводу того, что обнаружили его ложь, было, явно, фальшивым, и Хелен поспешила ему напомнить об этом.

— Вы ужасны! — произнесла она, покачивая головой.

Он поднял бокал, соглашаясь с ней.

— Я не ходил попрошайничать, — объяснил Том. — Во время обычного разговора я упомянул, что буду ужинать не один. При этом я сказал ей, что хочу приготовить что-нибудь особенное, и спросил, что предпочитаете вы. Я сказал Петти, что было бы очень вежливо воспользоваться вашим вкусом, как образцом элегантности.

— И вы, конечно, льстили ей пуще эльфа из графства Корн, — сказала Хелен. — Я предполагаю, что вы так печально смотрели ей в глаза, что она предложила приготовить вам ужин. — Она осуждающе посмотрела на него. — Я знаю Петти. Она слишком доверчива. Петти, наверное, считает, что ей повезло, так как на этот раз вы у нее не попросили денег. Она дала бы их вам из своей заначки, не моргнув глазом. Да, вы действительно кое-что!

— Что я могу поделать, если родился с гораздо большим очарованием, чем у обыкновенных людей? — простодушно молвил он. — Петти сказала, что я напоминаю ей первого мужа.

Какое-то мгновение Хелен смотрела на него, затем искренне рассмеялась.

— А что в этом смешного?

Она беспомощно мотнула головой.

— Петти рассказывала мне о своем первом муже, который провел больше времени в тюрьме, чем с Петти. Думаю, его семья отпраздновала тот день, когда его переехал грузовик, сразу после того, как он украл сбережения у нескольких пожилых людей.

Какое-то мгновение Том старался выглядеть оскорбленным, но, не сумев долго сохранить такое рассудительное выражение лица, он понимающе усмехнулся.

— Я ее проучу за это, — добродушно произнес он и повернулся, чтобы достать ужин из духовки.

Смех и разговоры не прекращались весь вечер при мерцающих свечах и пении Эдит Пиаф. Хелен не проводила так хорошо свое время уже несколько лет, не разговаривала так много и охотно со студенческой поры. Они говорили в этот вечер обо всем на свете.

Когда посуда была убрана, Хелен потянулась через стол, чтобы достать наполовину выпитую бутылку вина. Она пробормотала, наливая вино:

— Я не могу понять вас. Вы один из самых разумных людей, которых я встречала, но почему-то скачете с места на место. Неужели вы никогда не пытались что-нибудь изменить? Неужели вам не хотелось сделать что-нибудь… о, я даже не знаю, как лучше выразиться, — ну, что-нибудь стоящее?

Он приподнял брови, кривая усмешка появилась на его волевых губах.

— Стоящее? — повторил он. — А скажите-ка мне, что по-вашему стоящее в этой жизни? Я подозреваю, что наши представления об этом не совпадут. — Он пожал плечами. — Джонни Эпплсид делал то же, что и я. Вы не считаете его жизнь стоящей? А как насчет Торео?

Она мягко засмеялась, не подозревая, что отношения между ними как-то неуловимо изменились.

— Вы причисляете себя к той же категории людей? — спросила она, подперев подбородок рукой и рассматривая его.

Том уставился на дно стакана, который держал в руке, и вдруг взглянул на нее со странным выражением на лице.

— Может быть, и нет, — тихо произнес он. — Но тогда бы вас не было здесь со мной, если бы я не был тем, кто я есть.

Сейчас его улыбка была немного печальной.

— Во всех отношениях я что-то вроде запретного плода, не так ли?

Хелен опустила свой стакан, на ее лице отразилось замешательство.

— Нет-нет, вы все искажаете. Это совсем не так, — она потерла висок. — Я имела ввиду, что с вами я испытываю какое-то ощущение свободы, и в этом нет ничего недозволенного.

Тихо вздохнув, он откинулся на сиденье.

— Я просто констатирую факты, какими они мне видятся. Вы отказываетесь иметь что-либо общее с мужчинами вашего круга. — Когда она строго взглянула на него, он продолжил: — Да, да, я видел вас в ту ночь, когда была вечеринка. Вы были в саду с красивым парнем. Сначала вы просто разговаривали, но когда остановились и прислонились к дереву, он принял это за приглашение. — Том мрачно улыбнулся. — Вы на него так посмотрели! Бедный парень выглядел так, как будто ему на голову свалился кирпич. — Он покачал головой, как бы подтверждая сказанное. — Всю ночь я наблюдал, как вы раздавали окружавшим вас мужчинам эту любезную, стерильную гримасу, которая считается улыбкой. Если правду сказать, меня чуть не стошнило.

«Как он смеет! — Хелен молча кипела от злости. — Он шпионил за мной и воспринимал это как что-то обыденное».

Хелен была в ярости и не собиралась скрывать этого.

— Итак, вы видели меня, а точнее, шпионили за мной, — с трудом произнесла она. — По-вашему, я должна была позволять мужчине лапать меня руками? И что это доказывает?

Он наклонился вперед, облокотившись на стол.

— А мне же вы позволили «лапать» вас руками и не раз. Почему?

— Потому что я не могла помешать вам. Потому что у вас дурацкие манеры.

— Возможно, вы и правы насчет моих манер, но я не думаю, что причина в этом. Предполагаю, что вы позволили мне так поступать, потому что я здесь ненадолго.

Когда Хелен попыталась встать, Том схватил ее за талию.

— Нет уж, выслушайте правду до конца. Я уверен, что вы позволили себе это потому, что я скоро уеду. А вы потом снова продолжите свою прекрасную, удобную и стерильную жизнь.