Сердцу не прикажешь - Хол Джоан - Страница 32

Расправившись с цыплятами, Фриско призадумалась над словами соседа. Что ж, он дал хороший совет. Во всяком случае, тут было о чем пораскинуть мозгами. Действительно, ведь годы уходили чрезвычайно быстро. Боже, ведь с тех пор как она закончила колледж, минуло уже целых десять лет. Может ли она сказать себе, что в полной мере насладилась этим временем? Едва ли. Она слишком была поглощена своей работой, своей карьерой. И чего же в итоге добилась?

Ну, приобрела небольшую, хотя и чертовски дорогую квартиру.

А что еще? Ни тебе мужа, ни тебе детей. И стало быть, в более солидном возрасте никаких надежд на то, что общение с внуками может скрасить ее старость. Раньше ей представлялось, что работа — вот главное в жизни, потому Фриско и отдавалась целиком своей профессиональной деятельности. Она была убеждена, что карьера и семья суть антиподы: либо одно, либо другое. Ибо карьера как бы изначально исключает семью, и наоборот. Ее тогдашний выбор был вполне осознанным.

Рассматривая замужество как вариант цивилизованного рабства, обставленного прилюдно данными обязательствами, она предпочла идти своим собственным путем, не будучи обремененной мужем или детьми. Единственная продолжительная связь с мужчиной лишь укрепила Фриско во мнении, что совмещать работу и семью — все равно что пытаться размешать масло в воде до полного растворения. То есть вещь немыслимая.

Не могла она тогда представить себе, что после долгих лет, потраченных на достижение профессионального успеха, придя к определенному материальному благополучию, она вдруг почувствует неудовлетворенность, пустоту, одиночество.

Фриско сейчас раздумывала о том, что наверняка есть немало женщин, отличных от Джо и ей подобных мужененавистниц, которые в один прекрасный момент готовы бросить работу и вообще забыть о карьере, всецело отдавшись семье, мужу, заботам о детях.

Конечно же, в этой жизни могут быть и другие альтернативы, но…

— Скажите, мисс, могу я забрать у вас поднос?

— Что? — Вздрогнув от неожиданности, Фриско подняла голову и увидела улыбчивого стюарда. Затем опустила глаза и, к немалому своему удивлению, обнаружила, что поднос, лежавший перед ней, оказался совершенно пустым. — Ну… да, конечно же, — и она протянула пластиковый поднос.

— Вы унеслись мыслями очень далеко, насколько я мог заметить, — сказал ее сосед Уилл Дентон, сопроводив реплику отеческой улыбкой.

— Да, всякое приходит в голову… — призналась Фриско и вежливо улыбнулась в ответ. — В последнее время есть над чем поразмышлять.

Он прищелкнул языком.

— Да, судя по всему, вам совершенно необходимо отдохнуть.

— Вы правы, — с готовностью поддержала она его, подумав в то же время, что более всего ей необходимо прекратить вести с собой диалог.

— Вы позволите мне угостить вас? Чтобы, так сказать, освежить горло? — поинтересовался Дентон, кивнув в сторону тележки, уставленной спиртным. — Выпьем за ваш отпуск, чтобы он удался, и за мой визит к внукам.

Поначалу Фриско хотела было отказаться, но передумала. А почему бы, собственно говоря, и не выпить? Поможет скоротать время, да и мысли не так будут одолевать, может статься…

— Спасибо, мистер Дентон, с большим удовольствием.

— Называйте меня просто Уилл, — попросил он, когда тележка поравнялась с их креслами. — Что бы вы предпочли?

— Белого вина, Уилл. Ну а вы в таком случае называйте меня Фриско.

— Превосходно, Фриско. — Он заплатил за две маленькие бутылочки: белого вина и красного. Белое вместе с пластиковым стаканчиком передал Фриско.

— Расскажите мне, Уилл, какие они, ваши внуки? — попросила она, отведав вина.

Ее просьба пришлась весьма по вкусу Дентону, и он с видимым удовольствием принялся рассказывать исто рии из жизни внуков, мальчишек десяти и восьми лет Хотя рассказы показались Фриско весьма забавными и милыми, но прежде чем она расправилась со своим вином, веки ее сделались тяжелыми, а глаза начали слипаться, как ни старалась она казаться внимательной слушательницей.

— Вы меня ради Бога извините, — поспешила сказать она, прикрывая ладонью зевок.

Уилл улыбнулся.

— Не переживайте. Хотите спать — спите. Как только я замечу, что вы уснули, тотчас же прекращу свою болтовню.

И как ни в чем не бывало он продолжал свой рассказ. То, что не удалось ранее Фриско, с успехом получилось у Уилла: он в буквальном смысле этого слова вогнал ее в сон.

Уилл деликатно растолкал ее, когда самолет уже заходил на посадку. Поблагодарив его, Фриско виновато улыбнулась, затем выглянула в окно.

Через стекло иллюминатора, с высоты птичьего полета, вид Гонолулу был потрясающий. Похожий с воздуха на заросли необычайных растений, город притягивал своей уникальной красотой. Лучшей рекламы курорта трудно было и представить.

Перед приземлением всем пассажирам вручили экзотические цветы. Фриско нежно касалась ярких лепестков, поспевая за Уиллом в направлении багажного отделения. Там, возле стойки, Дентона поджидала вся его семья. Заметив его в толпе прилетевших пассажиров, они принялись махать ему руками, затем кинулись навстречу.

— Очень рада была познакомиться с вами, Уилл, — с чувством сказала Фриско и протянула руку. — Надеюсь, вы тут отлично проведете время.

— Мне тоже было очень приятно познакомиться с вами, — он дружески пожал ее протянутую руку. — Вы очаровательная девушка, Фриско. И все у вас будет отлично. Только вот отдохнуть как следует нужно. В общем, хорошего вам отдыха здесь. — И с этими словами он пошел навстречу своим внукам, издалека раскрывая объятия. Через несколько шагов Уилл обернулся и еще раз взглянул на Фриско. — Кстати, у вас замечательное имя!

— Спасибо, Уилл, — негромко сказала она. — Вы изумительный человек!

В следующую секунду он оказался в окружении своей семьи. От вида счастливых улыбок у Фриско повлажнели глаза.

Вздохнув, она повернулась и направилась за своими чемоданами.

Глава 18

— Фриско звонила, — сообщила Гертруда Гарольду, как только в понедельник он вернулся домой из своего офиса. — Передавала тебе привет.

— Очень хорошо. — Он нежно улыбнулся женщине, которую любил всю свою жизнь. — Как там у нее, все нормально? Как долетела?

— Полет прошел нормально. Говорит, что остров совершенно великолепный, хочет получше узнать его. — Ее губы чуть тронула нежная материнская улыбка. — Сказала, что очень устала от полета, и как только приехала в отель, разобрала чемоданы — служба отеля принесла ей в номер закуску. Она перекусила и тотчас же уснула.

— Ну если она не кинулась сразу на пляж, должно быть, и вправду очень утомлена. — Гарольд чуть сдвинул брови. — Ты совершенно уверена, что у нее все в порядке?

— Да… Во всяком случае, судя по голосу, у нее все в полном порядке. — На мгновение у Гертруды на лице обозначилось чуть озабоченное выражение, несколько напоминающее такое же у Гарольда, однако она сразу же просияла: — Полагаю, она так устала из-за этой неприятной задержки в аэропорту Сан-Франциско. — Выражение глаз Гертруды приобрело мечтательный оттенок. — Мне так нравится бывать в Сан-Франциско. — Огонек сверкнул в ее глазах. — У меня очень хорошие воспоминания о том, как мы с тобой проводили время в этом прекрасном городе.

Прищелкнув языком, Гарольд сграбастал жену и поцеловал ее.

— Насколько я помню, когда мы с тобой впервые туда приехали, то самого города практически и не видели.

Гертруда покраснела в точности так же, как краснела, будучи невестой, и эта ее реакция восхитила Гарольда.

— Да, все тогда получилось потрясающе, — прошептала она, придвигаясь поближе к нему. — Я так надеюсь, что в один прекрасный день наша Фриско узнает то счастье, которое посетило нас в Сан-Франциско.

— Разве только в том городе мы были счастливы? — поинтересовался он.

Глазами, полными счастливых слез, она глянула на мужа.

— Ты отлично понимаешь, что именно я имею в виду.

— Да, моя дорогая, я понимаю. — Он вновь поцеловал жену, — И очень надеюсь, что вскоре и наша дочь узнает подлинное счастье.