Урок для леди - Дьюран Мередит - Страница 34

— Тогда каким образом вы оказались воспитанником графа Рашдена?

На лице Сент Мора мелькнула печальная улыбка.

— Ваш отец считал, что я недостаточно подготовлен, чтобы удостоиться чести получения графского титула.

— Значит, ваша мать… — после секундного колебания сказала Нелл, — она просто разрешила ему взять вас на воспитание? Она вас отдала ему?

На щеках Сент Мора задвигались желваки. Ее вопрос задел его за живое. «Это хорошо, что оно у него есть, живое», — подумала Нелл.

— У Рашдена был настоящий талант убеждать окружающих в огромной важности собственной персоны. Полагаю, моим родителям и в голову не пришло возражать ему.

Как ужасно!

— Значит, у нас с вами есть кое что общее, — произнесла она, пораженная его словами. — Если вы не ошибаетесь насчет моего происхождения, нас обоих оторвали от родной семьи.

Их взгляды встретились.

— Пожалуй, да, — сказал он. — Только ваши родители хотели вас вернуть.

В его словах не прозвучало ни тени жалости к себе, но подчеркнуто ровная интонация сама по себе свидетельствовала о значительном усилии говорить без эмоций.

Ей вдруг стало стыдно. Она всячески поддевала его ради удовлетворения собственного самолюбия и вот теперь получила наконец доказательство того, что у него тоже есть чувства. Предательство родителей терзало его сердце.

Смягчившись, Нелл коснулась его руки.

— Мне очень жаль…

Саймон посмотрел на ее руку, лежавшую на его предплечье.

— Не надо. Что было, то было.

— Вы поддерживаете отношения со своими родителями?

— Какое это имеет значение? — удивился Сент Мор. — Отец уже умер, а что касается матери… Полагаю, у нас достаточно теплые отношения.

Он неуловимым движением отстранился, и Нелл смущенно спрятала руку в карман, сжав ее в кулак. Там, где она воспитывалась, дружеское прикосновение было обычным делом.

Меняя тему разговора, Сент Мор кивнул в сторону портрета графини:

— Видите книгу у нее на коленях? Это великолепно иллюстрированная «Божественная комедия» Данте. Скорее всего вы любовь к чтению унаследовали от нее.

— У вас есть эта книга? — послушно сменила тему разговора Нелл. — Мне бы хотелось почитать ее.

— Нет, — помрачнел Сент Мор. — Все книги графини были проданы.

— Ах вот как, — с сожалением вздохнула Нелл и перешла к предмету, который наверняка не мог расстроить Сент Мора. — Мне бы хотелось иметь такое платье, как у нее.

Платье графини было щедро украшено светлыми кружевами. Должно быть, они стоили целое состояние и могли бы составить неплохую финансовую страховку для девушки из бедного квартала.

— Оно несколько старомодно, впрочем… почему нет? Закажите такое вашей модистке, если хотите. — Саймон засмеялся. — Создайте новый стиль, верните такие платья в моду.

Разумеется, он шутил.

— Теперь вы понимаете, что именно я вам предлагаю, — посерьезнел он. — Не просто деньги, но власть и высокое социальное положение, которыми вы сможете пользоваться как вам будет угодно.

Нелл не видела особой разницы между деньгами и властью, но вежливо кивнула в знак понимания и согласия.

Но ей не удалось обмануть Сент Мора.

— Нелл, дорогая моя, — вздохнул он, — разве у вас нет воображения? Разве вы не знаете, как всем этим воспользоваться?

Она нахмурилась, услышав слова «дорогая моя». Она постоянно слышала их от ирландских парней, но в устах Сент Мора они звучали по иному, как то волнующе. Такие, как он, называли девушек, таких как она, «дорогой» только в шутку, не иначе. «Дорогуша, будь лапочкой, принеси мне еще стаканчик» или «Дорогуша, я плачу тебе не за то, чтобы ты болтала».

— Я не совсем вас понимаю, — покачала она головой.

Он подошел к ней ближе. И еще ближе.

— Дорогая моя девочка, — нежно проговорил он, прикасаясь к мочке ее уха.

Нелл невольно отступила. Разум велел ей держаться на расстоянии, но глупое тело тянулось к Саймону. У нее забилось сердце.

— Нет. Только после свадьбы, — выдохнула она.

— Всего несколько прикосновений, — пробормотал он, поглаживая мочку ее уха. — Никакого секса, обещаю.

Его рука скользнула по ее шее.

Даже простого прикосновения оказалось достаточно, чтобы заставить ее сердце бешено колотиться. У Нелл закружилась голова, и она почувствовала, что теряет способность разумно мыслить.

— Уберите руки, — хрипло сказала она.

— Но ты просто неотразима. Такая правильная, строгая…

Она решительно оттолкнула его руку и сделала еще один шаг назад.

— Я вовсе не собиралась вас соблазнять.

Их взгляды встретились.

— Ты меня боишься? — спросил Сент Мор.

Разумеется, она его боялась. Надо было совершенно не иметь мозгов, чтобы не бояться его, пэра Англии. Разве он не понимал, что все эти разговоры насчет ее знатного происхождения и богатого наследства не стоили ни гроша, пока он оставался единственным, кто знал об этом? Он может сколько угодно рассказывать ей сказки о том, как хорошо быть графиней. Они ничего не значат, пока она не получит реальные деньги.

— Вы себе льстите, — ответила она Сент Мору.

— Да мне это просто не нужно.

Он продолжал смотреть на нее своими умными, проницательными глазами, которые, казалось, видели ее насквозь. Она его явно недооценила или же просто забыла о его сообразительности.

— Так случилось, что ваши интересы совпадают с моими, — сказал он. — Уже одно это должно вас успокоить.

— Вы правы, я совершенно спокойна. Не могли бы вы показать мне других членов моей семьи?

Он не поддался на уловку.

— Да, через минуту, — кивнул он, но не тронулся с места и продолжил пристально смотреть на нее. Что его так заинтересовало? В ней не было ничего, что могло бы привлечь такого мужчину, как он. Если ему нужна такая девушка, как она, стоило только выйти на улицу — там он мог купить себе на ночь десять, двадцать подобных девушек.

Но не ее. Она не будет его игрушкой. Или она станет его супругой, или останется для него никем.

Саймон снова шагнул к Нелл, и она тут же поспешно отступила.

— Ну вот, — огорченно покачал он головой, все понимая, — но это же не имеет смысла. Почему вы так пугливы? Ведь вы вовсе не из робкого десятка.

— Я вовсе не пуглива, — возразила Нелл, но прерывистое дыхание выдало ее с головой.

Его взгляд лениво скользнул по ее шее вниз и остановился на груди с нескрываемым сексуальным интересом. Потом, без тени стыда, переместился на бедра и снова поднялся к губам, мгновенно пересохшим под его откровенным взглядом. Девушке с минимальным чувством собственного достоинства не понравился бы подобный оценивающий осмотр, которому мужчина обычно подвергает купленную им проститутку.

Но Нелл не могла себе лгать. Перед ней стоял мужчина, который вызывал в ней искреннее восхищение. Будь он животным, он бы выиграл все конкурсы на лучший экстерьер, поскольку являл собой великолепнейший экземпляр своего вида. Люди тоже в некотором смысле животные, но никогда прежде она не осознавала этого так остро, как сейчас, когда по всему ее телу разливалась горячая волна желания.

Ее прерывистое дыхание не осталось незамеченным. Он посмотрел ей в глаза и неожиданно игривым тоном спросил:

— Неужели так страшно стать моей женой?

Нелл мучительно покраснела, поняв подтекст. «Стать женой» означало «заняться любовью».

— Я совсем вас не знаю, — сквозь зубы процедила она. — Может, и не страшно. Откуда мне знать?

— Для вас я открытая книга. — Он снова шагнул к ней, и на этот раз Нелл не двинулась с места. К черту его откровенные взгляды и запугивание!

Это не укрылось от его внимания.

— Нет, вы все таки боитесь, — тихо сказал он. — Обещаю, прелестная Нелл, не соблазнять вас… до ужина.

С этими словами он протянул руку, чтобы погладить ее шею. Нелл следила за его движениями, с трудом сдерживаясь, чтобы не отстраниться. Тогда ее нерасположенность к такому тесному общению станет очевидной.

«Все нормально, — мысленно говорила она себе, пытаясь успокоить бьющееся сердце. — Графу хочется всего лишь прикоснуться к девушке, на которой он собирается жениться, и в этом нет ничего страшного».