Очарование - Джонс Марти - Страница 40

Адам держал пальто Бренди, пока она просовывала руки в рукава.

— В этом нет необходимости.

Его руки на секунду задержались на ее плечах, потом медленно скользнули вдоль ее рук. Спиной она чувствовала его тепло, и ей стало горячо от пронзившего ее желания.

— Нам по пути, — сказал Адам, вставая перед ней. В его изумрудных глазах Бренди, как в зеркале, увидела отражение своего собственного желания. — Сегодня я останусь у себя в хижине.

Восхитительный трепет страсти охватил ее. Впервые в жизни она желала мужчину. Не просто мужчину — только Адама. Их взгляды встретились, и сердце девушки встрепенулось.

— Тогда это было бы очень приятно.

— Дэйни уже в постели, — сказала Кармел, вкатываясь на своей каталке в холл.

— Она еще плачет?

— Немного грустна: ей жаль, что Даррел и Дэви потеряли отца. Но я объяснила ей, что они по-настоящему и не знали его. Сейчас она спит.

— Тогда я пойду.

— Я провожу Бренди. — Адам наклонился и поцеловал Кармел в щеку. — Увидимся завтра. С тобой будет все в порядке?

Кармел кивнула, провожая их до двери.

— Со мной Джин, так что все будет в порядке. Идите, пока совсем не стемнело или не похолодало.

Морозный воздух закружился вокруг лодыжек Бренди. Юбку прижало к ногам, потрепало и резко отпустило. Бренди застегнула большие деревянные пуговицы на пальто и подняла воротник.

— С каждой минутой становится все холоднее, — сказала она, потирая руки, чтобы согреться.

Адам пожал плечами и застегнул свою кожаную куртку.

— Я считал, что это похолодание пройдет. Но, наверное, в этом году будет ранняя зима. Подождите здесь. Я быстро.

Он побежал за дом, и Бренди смотрела, как мягкая кожа натягивалась на его плечах при движении. Поношенные штаны шуршали при каждом шаге мускулистых ног. Несмотря на холод, Бренди чувствовала, словно выпила сладкого вина. В животе что-то сжалось, и кровь заструилась горячей патокой.

Адам скоро вернулся, ведя серую лошадь.

— Не хотите прокатиться? — спросил он. Бренди почувствовала, как пламя страсти поглотило ее здравый смысл. Сейчас ей больше всего хотелось устроиться позади него на спине массивного животного, чтобы их тесно прижатые тела раскачивались при движении лошади. Бренди откашлялась, чувствуя, как на лбу выступил ледяной пот.

— Нет, спасибо, — неуверенно прошептала она. — Я лучше пойду.

Адам взял повод, и они пешком направились в конец улицы.

Следя за маленькими облачками пара, образующимися в холодном воздухе от ее частого дыхания, Бренди говорила себе, что должна сдерживать свои неистовые чувства. Каждый раз, когда Адам бросал на нее взгляд, в ней вспыхивало желание. Тело отяжелело, ноги налились свинцом. Чувства ее кипели от сознания своих желаний.

Лошадь фыркнула и шагнула в сторону, задев Адама и толкнув его к Бренди. Адам протянул руки, чтобы помочь ей устоять, но Бренди нервно отскочила, боясь, что его прикосновение в этот миг будет больше того, что она могла бы вынести.

Адам прочистил горло.

— Извините, — пробормотал он, отталкивая лошадь плечом и смущенно хмурясь.

Когда они добрались до раскидистого дуба, Бренди поняла, что не хочет, чтобы Адам уходил. Они остановились под деревом, и она стала разглядывать его лицо, освещенное лунным светом.

— Надеюсь, что у Мэгги все будет хорошо, — сказала Бренди, пытаясь задержать его разговором.

— Уверен в этом. Эрл любит ее. Мне кажется, что он любит ее еще с тех пор, когда они вместе ходили в школу.

Налетел холодный ветер, и Бренди задрожала. Адам подошел ближе, и мгновенно все мысли о холоде вылетели у нее из головы.

— Вам следовало бы войти в фургон. Холодает.

Кивнув, Бренди подняла лицо, чтобы взглянуть в его глаза. Стало тяжело дышать, и она вздохнула. Неожиданно ее поразило осознание очевидного факта, потрясшего ее глубиной испытываемого ею чувства. Господи, да ведь она влюбилась в Адама!

Он был красив, и ее как магнитом притягивало к нему. Все это могло вызвать то непреодолимое влечение, которое она ощущала. Но девушка понимала, что именно его душа, добрая и щедрая, заставляет сильнее биться ее сердце.

Уверенная, что он может прочесть ее чувства на покрасневшем лице, Бренди отвернулась.

— Не хотели бы зайти на чашку горячего чая?

Его глаза метнулись к ее лицу. Казалось, он был удивлен. Две тонкие линии появились у губ и между бровями.

— Я лучше пойду.

Бренди кивнула, готовая удалиться в фургон, потом остановилась. Нет, ей не хотелось, чтобы он уходил.

— К тому времени, когда вы доберетесь до хижины, будет очень холодно. Вы уверены, что не хотели бы зайти на минутку, чтобы сначала согреться?

Адам заколебался, изучая ее лицо в неясном свете. Бренди затаила дыхание, ожидая его решение, потом расслабилась, почувствовав боль в груди. От легкого выдоха в морозном воздухе возникло облачко, и Адам усмехнулся:

— Да, думаю, что зайду.

На дрожащих ногах Бренди прошла к двери. Толкнув ее, жестом пригласила Адама войти.

Адам наклонил голову, входя в низкую дверь и пытаясь разглядеть что-нибудь в кромешной темноте. Он почувствовал, как протиснулась Бренди, услышал чирканье спички и почувствовал запах серы, жмурясь от яркого света лампы, которую зажгла девушка.

— Это займет всего минуту, — сказала она, снимая пальто и открывая крошечную дверцу дровяной плиты. Она бросила несколько полешек в черное чрево плиты и разворошила горячую золу. Адам разглядывал ее зад, который четко обрисовывался под тонкой тканью юбки, потом отвернулся. Он громко вздохнул, глядя на появившееся от его дыхания белое облачко.

— Черт побери, — произнес он, потирая руки, — да здесь холодно!

Бренди закрыла дверцу плиты и выпрямилась, вытирая руки о юбку.

— Сейчас будет тепло, — сказала она, наполняя чайник водой из маленького ведра, стоявшего у плиты.

Глаза Адама, привыкшие к свету, осматривали тесный фургон. Стол, хоть и добротно сработанный, был старый и маленький. У дубовой столешницы стояло всего два грубо сколоченных стула. Он стал снимать шляпу и тут впервые заметил, что потолок нависает прямо над его склоненной головой. Койки были короткие и узкие. Он вспомнил о своей вспышке, когда узнал, что Дейни живет с Кармел, и ему стало стыдно. Неудивительно, что Бренди разрешила сестре остаться с его тетей.

Как бы подтверждая слова Бренди, в маленьком помещении скоро стало тепло, но обеспокоенность Адама только усилилась. Он снял куртку. Если фургон так быстро нагревается зимой, то что в нем творится в безжалостную летнюю жару? Здесь, должно быть, как в печке.

— Почему вы тоже не переехали к Кармел? — спросил он. — У нее много места.

Бренди засмеялась и снова потерла руки, начиная, наконец, согреваться.

— Я могу только представить, какой была бы ваша реакция.

Вспыхнув от досады, Адам неловко шагнул к ней и стукнулся головой о потолочную балку.

Когда он чертыхнулся, Бренди улыбнулась. Проклятье, но как она прекрасна! Ее потребности так просты, что она может быть счастливой, называя это место домом. Поняв, что ему хотелось бы для нее намного большего, Адаму, в конце концов, пришлось признать правду. В какой-то момент, несмотря на свои возражения и заявления, он попал под очарование Бренди Эштон. Насколько он помнил, он думал о ней больше, чем о какой-либо женщине, кроме членов своей семьи.

И он желал ее. Никогда еще не желал он женщину так долго или так сильно. Просто ее смех или улыбка могли пустить горячие ростки страсти в его чреслах. И сейчас он чувствовал, как отзывается его тело на ее близость. Ее губы манили, и на этот раз Адам не стал спорить со своей совестью.

— Над чем вы смеетесь? — спросил он, притворно хмурясь и потирая лоб.

— Простите, — сквозь смех проговорила Бренди. — Я никогда не считала своего отца маленьким мужчиной. На самом деле он казался исполином. Но он определенно не заполнял собой все пространство, как вы.

— Ну, он, должно быть, был карликом. Бренди взорвалась смехом и прикрыла рот ладошкой. Повернувшись, она взяла чашки, укутала чайник лучшей грелкой и накрыла стол.