Очарование - Джонс Марти - Страница 5

Некоторые уже купили лекарства у Бренди, а еще больше людей ждали своей очереди. Честно говоря, она не могла понять, почему в таком маленьком городке торговля идет так хорошо, но не собиралась поворачиваться спиной к фортуне. Слишком давно Бренди занималась этим делом, чтобы позволить себе не обращать внимания на редкий миг везения, когда он выпадал на ее долю.

— Почему бы владельцу самому не решить этот вопрос, шериф? Как видите, мой товар пользуется большим спросом.

По толпе прошел ропот, и Бренди показалось, что шериф вздрогнул. «Прекрасно, — молча порадовалась она. — Пусть попробует вышвырнуть меня, если считает, что сможет сделать это на глазах всего города».

— Я уже принял решение.

Адам замолчал, и Бренди была уверена, что он сделал это, чтобы дать ей время осмыслить его слова. Она увидела, что его не разочаровала ее реакция. Рот ее непроизвольно раскрылся от удивления. В смятении она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Так, значит, владельцем земли был он! Сердце у нее упало, но Бренди сразу же собралась с силами. Она всегда говорила себе, что если хочет выиграть, то должна усыпить бдительность своего противника. Поэтому, улыбаясь самой чарующей улыбкой, она наклонилась вперед и нежно положила руки ему на плечи.

— Если бы вы были так добры, шериф, — промурлыкала она, ожидая его реакции. На этот раз это она была вознаграждена его удивленным видом.

— Помоги малютке слезть, Адам! — крикнул кто-то из толпы.

Бренди, никогда не упускавшая возможности, если та предоставлялась, медленно похлопала ресницами и прошептала нежнейшим голосом:

— Адам, да? Как мило!

Казалось, ее слова побудили его к действию, и Адам сдернул ее с платформы точно пушинку. Он закружил ее, потом осторожно поставил на землю рядом с платформой.

Глаза Бренди не могли оторваться от его глаз. Они уставились друг на друга, их дыхание смешалось, пока вокруг них оседала пыль. Его руки продолжали крепко держать ее за талию, и от их теплоты ей было трудно дышать.

— А как зовут вас? — спросил он.

Его низкий голос прозвучал рядом с ее щекой. Она проглотила комок в горле и ей показалось, будто вся пыль Оклахомы осела в ее горле.

— Вы знаете мое имя, — проговорил он. — Будет только справедливо, если я узнаю ваше.

— Девчушку зовут Бренди, Адам! — выкрикнул тот же голос из толпы. — А мы все знаем, как утешает бренди в холодную зимнюю ночь. Да и в любую ночь, если на то пошло.

Толпа захохотала, и молодые люди отпрянули друг от друга. Шериф откашлялся и бросил убийственный взгляд на весельчаков.

Бренди быстро оправилась. Все эти шуточки по поводу своего имени она слышала уже много раз, и они больше не смущали ее. Но она видела взгляд этих ярко-зеленых с золотистыми искорками глаз так близко! На какой-то миг в них отразилась игра его воображения, где они были бы вместе в холодную ночь. Чувство взаимной близости охватило их.

«Что за глупость, — подумала Бренди. — Возможно, у шерифа Маккаллоу есть жена и куча детей». Она проезжала через подобные городки всю свою жизнь. Казалось, у каждого кто-то есть. Даже сейчас люди вокруг нее разгуливали парами. Запад — безлюдное место, и люди остаются здесь одинокими не дольше, чем это требовалось, чтобы подцепить кого-нибудь.

Как будто от этих мыслей Бренди, словно из воздуха возникла женщина. Толпа расступилась, и высокая потрясающе красивая блондинка встала рядом с Адамом. Взяв его за руку, она соблазнительно прижалась к нему грудью.

— Вот ты где, милый, — сказала она. — А я всюду тебя искала.

ГЛАВА 3

Бренди поняла, что ее план очаровать Адама Маккаллоу развеялся теплым ветерком. Разочарование, смешанное с каким-то более сильным чувством, охватило ее. Придется ей найти другой способ получить разрешение на пользование его землей.

— Что я могу сделать для тебя, Сюзанна? — спросил Адам красавицу, беря ее за руку.

Женщина окинула быстрым взглядом ярко-желтую с низким вырезом блузку Бренди, зеленую юбку и пыльные коричневые башмаки. Губки Сюзанны сложились в некое подобие презрительной усмешки, прежде чем она снова повернулась к шерифу, явно посчитав Бренди не стоящей внимания.

Чувство, чем-то напоминавшее стыд, охватило Бренди. Тут она впервые обратила внимание на воздушный розовый наряд этой женщины. Платье из поплина в тонкую полоску украшали метры кружев и лент. В свободной руке она держала такой же зонт. Светлые волосы были зачесаны вверх в шиньоне, который напомнил Бренди сахарную вату, которую она ела на ярмарке прошлым летом.

Рядом с ней Бренди выглядела неряшливой и неуклюжей. Ей всегда нравились яркие одежды, но сейчас Бренди чувствовала себя жалкой в своем стареньком дорожном костюме. Волосы, перехваченные лентой, свободно ниспадали на спину. К этому времени они обычно безнадежно спутывались. Бренди прикоснулась к щеке, уверенная, что пыль, клубящаяся вдоль дороги, осела на ней разводами. Поморщившись, удивилась, как только ей могло прийти в голову, что она сможет очаровать такого мужчину, как Адам Маккаллоу.

— Обед будет сегодня немного позже, дорогой. Я была у твоей тети, и мы потратили просто уйму времени, разглядывая выкройки из нового журнала мод.

— Прекрасно, Сюзанна. У меня есть здесь кое-какие нерешенные дела.

Ясные серые глаза Сюзанны снова обратились к Бренди, словно заново оценивая ее. Явно успокоенная, что женщина, стоящая по другую сторону Адама, не представляет реальной угрозы ее собственности, она обратилась к Адаму:

— Хорошо. Тогда я увижу тебя через час? Она потрепала его по щеке и ушла, даже не дождавшись ответа, явно уверенная, что он последует ее указаниям.

— Итак, мисс…

— Эштон, — подсказала Бренди. Взглядом проводив Сюзанну, она повернулась к шерифу. — Бренди Эштон.

Она протянула руку, зная, как теперь ей надо себя вести.

Люди были ее бизнесом, и она гордилась, что умеет обращаться с ними. Первое правило, которое она усвоила, было таково: с женатым мужчиной, особенно при такой жене, как эта слащавая Сюзанна, следует обращаться совсем по-другому, нежели с холостяком.

Адам пожал ее руку, и она снова почувствовала тепло его прикосновения. «Счастливая дамочка эта Сюзанна. Во многих смыслах», — подумала Бренди.

— Если бы вы соблаговолили пройти со мной в мой офис, я был бы счастлив продолжить там наш разговор.

Адам бросил косой взгляд на взбудораженную толпу, и Бренди подавила улыбку. Итак, шерифу не нравится аудитория. Она могла понять это. Особенно если он собирается выгнать ее из города.

— Простите, шериф, я не могу оставить фургон без присмотра. Нам придется разговаривать здесь.

Адам нахмурился, и на его лице появились глубокие, не по его возрасту, морщины. «От силы ему тридцать два — тридцать три года, — предположила Бренди, — но, кажется, он чаще хмурится, чем улыбается». У девушки от жалости сжалось сердце.

Ее собственная жизнь была наполнена смехом, несмотря на постоянные трудности, и она полагала, что, когда на ее лице появятся морщины, они расскажут о женщине, которая наслаждалась каждым мгновением своей жизни.

Возможно, в Адаме Маккаллоу скрыто больше, чем, кажется с первого взгляда. Почему человек такого общественного положения, занимаясь, судя по всему, спокойной работой в городе, полном друзей, имея заботливую жену, так много времени проводит в мрачных раздумьях? Это и в самом деле было загадкой.

— А где ваша маленькая помощница? — спросил он, выводя Бренди из задумчивости.

— Моя сестра отошла на несколько минут, чтобы размяться, — солгала Бренди, надеясь в душе, что Дейни не соблазнилась оставить себе какую-нибудь из безделушек, которые должна была вернуть.

— Я здесь, Бренди, — отозвалась Дейни с другого края платформы.

У Бренди вырвался вздох облегчения, когда Дейни подбежала к ней. Слава Богу, ее сестре удалось выполнить свою задачу без осложнений!

— Так теперь мы пойдем? — спросил Адам.

Торопливо сообщив Дейни, куда идет, Бренди позволила Адаму крепко подхватить себя за локоть и увести от толпы. Она повернула голову и увидела, как Дейни залезает на платформу. Какое-то время сестра сможет управиться с делами. Если покупатель будет жаловаться на болезнь, от которой Дейни не знает лекарства, она просто попросит его прийти попозже, когда будет Бренди. А так ей надо просто читать названия лекарств на бутылках и получать деньги, что она проделывала сотни раз.