Глубже - Гордон Родерик - Страница 88

— Пришлось. Его пытали. И этот ублюдок Том Кокс тоже там был, помогал им, — хрипло сказала Эллиот и сплюнула на землю.

— Нет, — ошеломленно вымолвил Честер.

— И Ребекка, — добавил Уилл, продолжая глядеть в никуда.

Эллиот резко повернула к нему голову, и он продолжил:

— Она была с патрульными.

Он сделал паузу для вдоха.

— И почему-то она знала, что я там. Клянусь, она смотрела прямо на меня… и еще улыбалась, мерзавка.

— И ты только сейчас мне об этом рассказал! — обрушилась на него Эллиот. — Из-за переметнувшегося Кокса ходить на базу за снаряжением и без того было очень рискованно. Но теперь я точно так рисковать не буду. Ведь за тобой охотятся все стигийцы разом.

Уилл наклонил голову, все еще стараясь восстановить дыхание.

— Может, будет лучше, если я… если я сдамся. Тогда, может, все кончится. Это, наверное, ее остановит.

Несколько мучительно долгих секунд все глаза были обращены на Уилла, а он переводил взгляд с одного лица на другое в надежде, что никто не примет его предложение.

Потом заговорила Эллиот.

— Нет, вряд ли это что-то изменит, — сказала она почти без всякого выражения и, сняв с верхней губы кусочек папоротника, еще раз сплюнула. — Не думаю, что это поможет кому-нибудь из нас. Эта Ребекка, похоже, из таких, что всегда идут до конца.

— О да, она такая, — подавленно согласился Уилл. — Такая аккуратная, что никогда ничего не оставит несделанным.

Глава 36

— Эй постой!

Сару так занесло на повороте в лавовой трубе, что из-под ног полетели камешки, она едва поспевала за Бартлби, который рвался вперед, чуть не сбивая хозяйку с ног.

— Полегче, полегче! — крикнула она, упираясь изо всех сил, чтобы остановить его. Через несколько метров ей удалось нагнать кота. Тяжело дыша, она крепко схватила его за ошейник. Сара была рада краткой передышке; все мышцы в руках ныли, и она сильно сомневалась, что сможет долго держать охотника, если он будет вырываться.

Когда кот неохотно повернул голову, Сара увидела на широком виске большую вену, пульсирующую под шелушащейся серой кожей, и сверкающие дикие глаза.

Ноздри его широко раздувались: запах стал сильнее, и кот явно взял след.

Она обернула толстый кожаный ремешок вокруг натертой, огнем горящей руки. Приготовившись, пару раз глубоко вздохнув, ослабила ошейник Бартлби. С нетерпеливым фырканьем он помчался вперед, и поводок гулко зазвенел, вновь натянувшись до предела.

— Стой, Бартлби! — выдохнула она.

Команда худо-бедно подействовала на перевозбужденное животное, и кот немного замедлил ход.

Сара мягко заговорила с котом, увещевая сохранять спокойствие, в то же время чувствуя неудовольствие, исходившее от четырех теней, неслышно крадущихся следом. Четверо патрульных, в отличие от нее с котом, двигались молча, как привидения. Обычно они настолько сливались с окружающими стенами, что Сара их почти не видела, но сейчас они позволяли ей себя разглядеть, словно желали напомнить, кто здесь главный. Если это входило в их планы, то они своего добились.

Ей стало сильно не по себе.

Ребекка пообещала Саре, что та сможет самостоятельно разыскивать Уилла. Тогда почему ее навязали эскорт? И зачем Ребекка пошла на все это, втянув ее в преследование беглецов, в совершенно непривычном для Сары месте, при отсутствии у нее всякого опыта, когда рядом такие хорошо обученные солдаты? Какая-то нестыковка.

Все эти вопросы не давали покоя, а Бартлби опять подался вперед и потянул за собой, не заботясь, хочется ей этого или нет.

Эллиот увела мальчиков с поляны, и теперь все шли сквозь густой кустарник, причем Уилл, спотыкаясь, плелся сзади, а ветки хлестали его по лицу.

Честер с Кэлом переживали за друга, но не знали, что сказать. Выбравшись из зарослей, они обнаружили, что снова стоят на полосе прибрежного песка. Эллиот повела их по берегу, и скоро они оказались в подобии бухты, но в смоляной черноте было не разглядеть, что именно она из себя представляет.

Уиллу было совсем плохо, он едва стоял на ногах, так как действие растения, которое дала ему Эллиот, прошло и его накрыла накопившаяся усталость. Он еле переставлял несгибающиеся ноги, словно чудовище Франкенштейна, на которое мальчик еще больше походил из-за устройства на голове. Дождавшись Уилла, Эллиот внимательно посмотрела на него.

— Выдохся, надо ему немного поспать, — сказала она Честеру и Кэлу, словно Уилла тут не было, а он и вправду никак не отреагировал на ее замечание, покачиваясь на месте. — Сейчас от него пользы никакой.

Честер и Кэл обменялись озадаченными взглядами, не понимая, о чем она.

— Никакой пользы? — удивленно переспросил Честер.

— Да, и ничего хорошего в этом нет.

Она обернулась к Кэлу, пробежав по нему глазами:

— А ты как? Как нога?

Честер сразу понял, что она оценивает их, — он не знал точно, из каких соображений, но все это ему было не по вкусу. Ее слова окончательно разозлили мальчика; он прекрасно понимал, что им всем надо делать все возможное, если они хотят спастись от стигийцев. Но с его точки зрения в вопросе Эллиот таилась неприкрытая угроза.

— Нога намного лучше. Он уже отдохнул, — быстро вставил Честер, бросив многозначительный взгляд на Кэла, который был несколько удивлен таким вмешательством в разговор.

— Он что, сам за себя сказать не может? — сердито посмотрела на Честера Эллиот.

— Да, прости, — виновато промямлил он.

— Ну, так как?

— Как сказал Честер… гораздо лучше, — ответил Кэл, сгибая ногу, чтобы Эллиот сама удостоверилась.

На самом деле сгибать ее было невероятно трудно, и каждый раз, перенося вес тела на эту ногу, Кэл не знал, выдержит она или нет.

Эллиот секунду внимательно смотрела Кэлу в глаза, а потом переключила внимание на Честера, который думал, как она будет оценивать его — и останется ли довольна результатом. Но в этот момент все отвлеклись, потому что Уилл пробормотал одно слово «устал» — и после этого тяжело сел и откинулся на спину. Он тут же громко захрапел, погрузившись в глубокий сон.

— Он в ауте. Но через пару часов будет в норме, — сказала Эллиот.

А потом обратилась к Кэлу:

— Ты останешься с братом.

Она протянула ему оптический прибор.

— Следи за береговой линией… и особенно за бродом.

Девушка указала на море и непроницаемую темноту, туда, где находилась невидимая полоса берега, по которому они проходили, чтобы попасть к неразличимому отсюда броду.

— Если хоть что-нибудь увидишь, хоть какую-то мелочь, — расскажешь мне обязательно. Важно, чтобы ты был настороже… понял?

— А ты куда? — спросил Кэл, стараясь скрыть тревогу в голосе.

Он волновался и раньше, когда Эллиот с Дрейком собирались бросить его одного, а теперь, когда она потеряла Дрейка, его страх стал еще сильнее. Она что, намеревается удрать с Честером и оставить его и Уилла?

— Недалеко… на поиски еды, — сообщила она. — И за этим присмотри, — добавила Эллиот, сбрасывая рюкзак рядом с неподвижно лежащим Уиллом.

От одного этого все страхи Кэла сошли на нет — без вещей она далеко не уйдет. Он посмотрел, как Эллиот вытащила пару мешков из бокового кармана рюкзака и после этого ускользнула во тьму вместе с Честером.

— Как ты? — спросил Честер, шагая рядом с ней.

Уменьшив свет фонаря до минимума, он заслонял его рукой, как велела Эллиот, чтобы осталась только тоненькая полоска света. Самой Эллиот, как всегда, света вообще не требовалось, казалось, она обладает природным сверхъестественным чутьем.

Эллиот не ответила на вопрос, сохраняя тягостное молчание. Честер предположил, что она, должно быть, думает о Дрейке. Он понимал, насколько ее расстроила его смерть, и чувствовал, что должен ей что-то сказать, но ему очень трудно было заставить себя это сделать. Несмотря на то что он провел с ней немало времени в многочисленных вылазках, они разговаривали нечасто. Он понял, что на самом деле так и не узнал ее лучше с того дня, как Эллиот с Дрейком пленили его с Уиллом. Девушка держалась сама по себе, неуловимая, как легкий ночной ветерок — ты чувствуешь его прикосновение, но потрогать не можешь.