Глубже - Гордон Родерик - Страница 96

«Господи, Господи, Господи».

В голову пришла нелепая мысль: если бы он мог просто убежать, прыгая прямо по ним со спины на спину, словно по крышам машин в пробке. Замечательная идея. Но они вряд ли будут спокойно стоять и ждать, пока он убежит. Это не вариант, так легко ему не отделаться. В любом случае, он ни за что не вернется в ущелье, где его до сих пор может поджидать пикирующее существо.

Доктор выхватил из огня ветку и махнул ею в сторону клещей, пытаясь испугать их огнем. Некоторые уже находились всего в нескольких метрах от основания алтаря, оставшиеся же уверенно подползали. Огонь ничем не помог, скорее наоборот — существа, привлеченные пламенем, задвигались быстрее.

В отчаянии мужчина со всей силы кинул ветку в клеща покрупнее. Но она отскочила от его панциря, не причинив вреда и нисколько его не задержав.

«Господи, Господи, Господи, НЕТ!»

В панике он повернулся к триптиху и попытался забраться на центральную панель, отчаянно надеясь, что ему удастся туда влезть, а потом — возможно, подняться по стене. Может быть, получится выгадать немного времени? Он мог думать только на несколько секунд вперед, не дальше.

Доктор скользил и сползал по пыльной поверхности изображения, не в состоянии найти точку опоры. «НУ ЖЕ, ИДИОТ!» — кричал он сам себе, но его голос заглушало клацанье пылевых клещей. Оно звучало громче и громче, словно клещей подстегнула попытка обещанного гамбургера улизнуть.

Тут пальцы Берроуза ухватились за боковые планки панели, и, приложив неимоверные усилия, ему удалось приподняться над алтарем. Задыхаясь и мыча от напряжения, он подтягивался вверх, безуспешно пытаясь зацепиться ногами.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — взмолился доктор, когда руки начали ослабевать. В этот самый миг его ноги чудесным образом нащупали опору в изображении. Этого оказалось достаточно. Он быстренько продвинул руки чуть выше, а потом, снова зависнув только на руках, нашел еще опору для ног. Так, словно гусеница, он и передвигался — руки, ноги, руки, ноги. Он карабкался вверх, борясь за жизнь.

Доктор уже исчерпал все силы, когда наконец добрался до верха панели. Его руки ухватились за край — выступ шириной не больше четырех сантиметров, а правая нога как раз встала в выемку, изображающую провал в стене. Только сейчас он смог оценить ситуацию.

Его положение было крайне неустойчивым, долго он так не продержится, руки и ноги ломило из-за тяжелого подъема. Не имело смысла обманывать себя, будто клещи не смогут вскарабкаться за ним, — он видел, как они взбирались по стенам храма. Он ждал, что они доберутся до него с минуты на минуту. Но как он может защитить себя? Единственное, что приходило в голову — это отпихивать их ногами. Так он, по крайней мере, затруднит им нападение.

Доктор посмотрел наверх, судорожно пытаясь придумать что-то еще. Оторвав дрожащую руку от выступа, он поднял ее и ощупал каменную стену над собой. «Нет, гладкая, как стекло. Бесполезно». Она была слишком ровной, абсолютно не за что зацепиться. Он снова ухватился за выступ, чувствуя, как пот капает со лба и стекает по спине. Доктор сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. Он был преисполнен мрачной решимости держаться дальше.

Доктор тихонько повернул голову, словно его мучило головокружение, и посмотрел вниз на клещей. Пока он двигался, светосфера, висящая на шее, выскользнула у него из-под куртки и осветила копошащуюся массу. Свет взбудоражил их, они задвигались вверх-вниз, еще громче щелкая жвалами, словно в каком-то бешеном крещендо.

Почему-то доктор представил китайские палочки — много гигантских китайских палочек, разрывающих его тело на части, кусочек за кусочком.

— Шу-у! Вон! Шу-у! Валите отсюда! — закричал он через плечо.

Такими же словами он часто выгонял соседского кота с задней лужайки в Хайфилде. Но сейчас была совершенно другая ситуация. Здесь его собирались сожрать тысячи гигантских жуков.

Руки свело судорогой. Что он может сделать? Рюкзак по-прежнему висел на спине, и его вес лишь усугублял ситуацию. Доктор подумал, что его стоит сбросить. Сначала с одного плеча, потом с другого. Но он испугался, что тогда не сможет удержаться. А больше ничего сделать было невозможно, да и карабкаться некуда.

Доктор снова посмотрел наверх, дабы еще раз удостовериться, что там действительно не за что схватиться и подтянуться. В мерцающем свете костра он увидел, что весь потолок покрыт тенями скопившихся внизу паукообразных, части их тел наслаивались, перекрещивались друг с другом, отражаясь в дрожащем пламени костра на алтаре внизу. Теперь они были близко. Ночной кошмар наяву.

— Господи! — в отчаянии выдохнул доктор.

Он почувствовал, как его левая рука начала сползать с выступа. Пот пропитал пыль и превратил ее в скользкую массу. Он сдвинул пальцы вдоль выступа, на новое место, одновременно пытаясь еще хоть немного подняться.

Что-то стало происходить.

Слабая вибрация заставила его тело задрожать.

«Господи, Господи, Господи».

Доктор быстро огляделся по сторонам. Светосфера раскачивалась на шее и мешала рассмотреть все как следует.

— О, нет! Что еще? — закричал он, и новая, более сильная волна ужаса накрыла его.

У него возникло странное ощущение, будто он движется… но как это может быть? Его почти полностью онемевшие руки пока еще не отпустили выступ, да и ноги надежно опирались. Нет, он вовсе не сползал вниз навстречу голодным тварям.

Вовсе нет.

Когда вибрация прекратилась, доктор, хотя его положение и оставалось по-прежнему ужасным, поздравил себя. Ему удалось еще немного подтянуться наверх.

И в тот же миг все снова задрожало, но на сей раз сильнее.

Сначала он подумал, что это подземные толчки, своего рода землетрясение. Но мысль почти тотчас улетучилась, когда мужчина понял — движется именно он, а не храм.

Центральная каменная панель, на которой доктор висел, стала медленно запрокидываться. Под его тяжестью она наклонилась вперед, прямо в стену храма.

— Помогите! — завопил доктор.

Все произошло слишком быстро, он даже понять ничего не успел. Стены превратились в размытое пятно, и доктор тут же решил, что барельеф сорвался с креплений и падает. Но он не мог видеть, что наклоняется только верхняя половина панели, как раз чуть ниже его ног.

И хотел доктор того или нет, он двигался вместе с ней. Ее падение ускорилось; в считаные секунды Берроуз, продолжая крепко держаться, горизонтально лег на ее верхнюю часть. Панель крутанулась дальше, до упора, и с громким звуком удара камня о камень резко остановилась.

Доктора выбросило вперед. Он полетел, несколько раз перевернувшись в воздухе. Полет был недолгим и закончился, едва успев начаться. У доктора едва дух не вышибло, когда он упал на спину. Задыхаясь и кашляя, он попытался восстановить дыхание, а руки в это время хватались за что-то мягкое под ним. Ему повезло — песок смягчил падение.

За спиной раздался громкий стук, и по лицу с резким шипением хлестнуло чем-то влажным.

— Что?..

Доктор Берроуз заставил себя сесть и обернулся назад, в полной уверенности, что на него сейчас набросится орда клещей. Однако во время падения он уронил очки и теперь ничего не мог разглядеть во тьме. Мужчина пошарил руками вокруг и, найдя очки, тотчас надел их.

Он тут же услышал какое-то царапанье за спиной и быстро обернулся. Неподалеку валялась членистая нога одного из пылевых клещей. Размером она была чуть меньше лошадиной и, похоже, была отсечена от тела жука где-то в районе «плеча». Неожиданно она резко распрямилась и затем тотчас снова сложилась, причем с такой силой, что даже подскочила на песке. Нога двигалась так, словно обладала собственным разумом, и насколько доктор Берроуз знал, так вполне могло статься на самом деле.

Он отполз назад, подальше от конечности, и поднялся, слегка пошатываясь. Дыхание постепенно приходило в норму, но мужчина все еще хрипел и кашлял. Он с тревогой огляделся по сторонам — клещи могли напасть в любой момент.