Заговор двоих - Майдлер Джоэль - Страница 10

Объявили выход Мэтта.

Сабина вскочила на ноги. Она не была уверена, что способна смотреть на это. Ее дед поднялся вместе с ней.

— Идем, — сказал он. — Мы не обязаны здесь оставаться, если ты не хочешь.

Но Род схватил Сабину за руку и потянул вниз.

— Ни одна уважающая себя жена не уйдет в такую минуту, — сказал он, сурово глядя ей в лицо. — Это то, чем занимается Мэтт, и если ты не в состоянии смотреть на это, то не годишься ему в жены.

Сабина перевела смущенный взгляд со старого ковбоя на своего деда.

— Но…

— Никаких «но», — возразил Род. — В этом городе развестись так же легко, как и жениться. Поступай, как знаешь, Бина.

Выпустив ее руку, он повернулся к арене, намеренно игнорируя девушку. Секунду Сабина колебалась, но потом, не говоря ни слова, опустилась на свое место. Род был прав, и она это знала. Она будет смотреть. Она должна.

Бык рванулся вперед. Когда он достиг обозначенного места старта, барьер, сдерживавший двух наездников, опрокинулся, и лошади бросились в погоню. Рыжий жеребец Мэтта в два прыжка поравнялся с быком, и всадник спрыгнул с седла, пытаясь ухватиться за изогнутые рога.

Ему это удалось, но через мгновение он выпустил их из рук и упал головой вперед прямо под ноги лошади второго наездника. Род объяснял Сабине, что это загонщик, который должен следить, чтобы бык бежал прямо. Лошадь взбрыкнула и подпрыгнула, едва не сбросив своего седока. Трибуны затаили дыхание. Когда стало ясно, что катящемуся по земле человеку удалось избежать удара, раздался общий вздох облегчения.

Мэтт встал на ноги, прижимая к туловищу левую руку. Приподняв шляпу, чтобы поприветствовать зрителей, он повернулся и зашагал к выходу с арены.

Лайонелл наклонился к внучке.

— Сабина, с тобой все в порядке? Ты побелела, как полотно.

Она перевела дыхание и твердо сказала:

— Все нормально.

Бормоча сквозь зубы ругательства, Мэтт одной рукой расседлал Гранта и бросил седло на ворох сена, лежащий у стены. Конь поднял на хозяина огромные умные глаза.

— Прости, приятель, — сказал Мэтт, похлопывая коня по шее. — Я выглядел как последний дурак, но ты тут ни при чем. Я думаю, все поняли, что это не твоя ошибка.

Смолли, загонщик Мэтта, одобрительно хрюкнул.

— Еще бы. Я не знаю, о чем ты думал, но ясно, что не о родео… Постой-ка! — Смолли оперся о бок своей большой черной лошади. — Я совсем забыл, что ты вчера женился. Так, значит, твои мысли были заняты этой малышкой…

— А ты как думаешь? — прорычал Мэтт.

— Я думаю, что если бы мне сказали, что Мэтт Кросби женится на женщине в тот же вечер, когда познакомится с ней, то я продал бы все, что у меня есть, и побился бы об заклад, что этого никогда не случится! Черт, я бы продал даже свою лошадь! — Он повернулся к своей кобыле и погладил ее по морде: — Не обижайся, Красотка.

— Да я и сам поступил бы так же, — пробормотал Мэтт.

Придерживая больную руку, он подвел своего коня к стойлу, открыл дверцу и впустил его внутрь.

— Похоже, это падение не пошло на пользу твоей левой руке, — заметил Смолли.

— Да, я снова упал на нее, — сказал Мэтт, потирая больной локоть.

Смолли порылся в кармане джинсов.

— У меня еще остались эти таблетки…

— Так это был ты! — Мэтт резко повернулся к приятелю. — Это ты дал мне вчера таблетки! — Он выхватил у Смолли пакетик и уставился на него.

— Ну, да, я, — спокойно подтвердил тот. — У тебя же болела рука. Кстати, лекарство тебе помогло, если помнишь.

— В том-то и дело, что я ничего не помню. — Мэтт хмуро разглядывал пакетик, на котором не было никаких надписей. — Что это за дрянь?

Смолли пожал плечами.

— Я точно не знаю. Их дал мужу моей сестры зубной врач, когда выдрал у него сразу шесть зубов.

Мэтт застонал. Должно быть, он сошел с ума, если решился выпить одну из этих загадочных пилюль. Благодаря лекарству и паре бокалов пива его жизнь теперь кардинально изменилась.

— Ну, так как твоя малышка? — с хитрой улыбкой спросил Смолли.

— Она здесь. — Мэтт успел убедиться, что Сабина забрала билеты в кассе. — Послушай, приятель… Я хотел кое-что выяснить насчет вчерашнего…

— Что именно?

— Я смутно помню детали, — осторожно начал Мэтт. — Все никак не могу вспомнить, кто из нас, я или Сабина, первым заговорил о свадьбе?

— Ты, — не раздумывая, ответил Смолли. — Насколько я помню, ты решил спасти ее от дедушки. Она сначала подумала, что ты ее разыгрываешь, а потом Род дал ей монетку, и она выбила джек-пот. Тут все решили, что это судьба… Что с тобой, Мэтт? Может, проводить тебя к врачу?

Но тот только задумчиво покачал головой и направился по коридору к выходу. То, чего он боялся, получило подтверждение. Значит, именно он, а не Сабина, виноват в случившемся. А раз это он втянул ее в эту историю, то теперь должен помочь ей выпутаться. Вопрос в том, как это сделать?

Все еще погруженный в эти размышления, Мэтт вышел на улицу. Он боялся обидеть Сабину. Эта девушка так беззащитна, так доверчива…

И вдруг, прежде чем он успел сообразить, что происходит, она оказалась в его объятиях. Он инстинктивно привлек ее к себе и заглянул в сияющее лицо. Зеленые глаза Сабины блестели, а нежные губы улыбались ему.

— Это было замечательно, — прошептала она, прижимаясь к нему. — Я так горжусь тобой!

Поднявшись на цыпочки, Сабина коснулась его рта мягкими губами в быстром, смущенном поцелуе, и Мэтта охватили тревожные предчувствия. Но не успел он прийти в себя, как она уже выскользнула из его объятий.

— Поужинаем сегодня у нас в номере, хорошо? — спросила девушка. Ее лицо отражало надежду и страх одновременно. — Нам надо объяснить все дедушке. — И, не дожидаясь ответа, она исчезла.

Мэтт застыл, ошеломленно глядя, как Сабина бежит к стоящим у ворот Роду и Грэхему. Глаза Лайонелла гневно сверкали, а старый ковбой сиял.

Добежав до них, Сабина обернулась и помахала Мэтту на прощание. День был солнечным, и ее золотистые волосы искрились в ярких лучах света.

Мэтт провел рукой вдоль рта, которого несколько мгновений назад коснулись ее губы, и ему показалось, что он еще чувствует их вкус.

Это просто смешно, сказал он себе. Ты должен думать о том, как избавиться от этой женщины, а вместо этого…

Выругавшись про себя, Мэтт круто развернулся и пошел в направлении, противоположном тому, в котором исчезла Сабина.

5

Когда они встретились вечером в номере, Мэтту показалось, что Сабина испытывает такую же неловкость, как и он, в то время как выражение лица ее деда было исполнено мрачной решимости.

Может быть, она тоже вспомнила о том импульсивном поцелуе? Маловероятно, и все же…

— Я взял на себя смелость заказать ужин, — объявил Лайонелл Грэхем. — Его подадут с минуты на минуту. Надеюсь, никто не возражает?

Мэтт подумал, что этому властному человеку, скорее всего, наплевать, возражает кто-нибудь или нет. Тем не менее он вежливо пожал плечами.

— Меня это устраивает, хотя я пришел сюда не для того, чтобы есть.

Сабина неуверенно улыбнулась.

— У меня нет аппетита. Спасибо за билеты на родео, Мэтт. Я никогда не видела ничего подобного. Мне очень понравилось.

Он не смог сдержать слабую улыбку.

— А ты понимала, что там происходит?

— Конечно. — Ее улыбка стала еще более обаятельной и обезоруживающей. — С нами был Род, он все мне объяснил.

Она так старалась угодить ему, что Мэтт смягчился и его улыбка расползлась еще шире.

— Неужели все?

Сабина кивнула, потом прикусила нижнюю губу.

— Я так радовалась, когда ты выиграл первые соревнования, а потом… Ты не поранился, когда… ну, ты понимаешь…

— Когда упустил быка? — подсказал он, забавляясь ее смущением.

Он сам был сконфужен, когда это произошло, а потом жутко разозлился на себя, но ее застенчивое упоминание о происшедшем подкупало своей мягкостью. Упоминать же о больной руке в качестве оправдания своей неудачи Мэтт не стал бы ни при каких обстоятельствах.