Не сомневайся во мне - Пек Бренда - Страница 11

— Я не делала из этого тайны и не стыдилась своего поведения, — ответила Жаклин, ничуть не смутившись. — Тетя ничего не имела против, — добавила она.

Роджер удивленно поднял брови, но в ту же секунду его лицо приняло прежнее холодное выражение.

— Ты говорила, она художница?

— Она и сейчас занимается живописью, — сухо подтвердила Жаклин, чувствуя, что в ней закипает гнев. — Думаешь, я не понимаю, к чему ты клонишь? Намекаешь, что она ведет богемный образ жизни и одобряет моральную распущенность? К твоему сведению, тетушка очень порядочный и чуткий человек, у нее совершенно нормальный взгляд на отношения между мужчиной и женщиной. Она не считает жен рабами мужей, обязанными молча страдать и терпеть выходки своего господина и повелителя. Женщина тоже имеет право на счастье!

— Выходит, клятвы, которые ты давала перед алтарем, для тебя пустой звук? — зло выпалил Роджер.

Жаклин едва сдержалась. Она не заслужила такого упрека! Как он смеет судить, ничего не зная о ее жизни?

— Но мужчины тоже клянутся в верности, что не мешает им с легкостью изменять своим женам.

— Кто утверждает, что мы ангелы во плоти?.. — пожал плечами Роджер.

— А женщины обязаны, по-твоему, ими быть? — огрызнулась Жаклин. Она вскочила и пересела на диван. — Можешь смеяться надо мной сколько душе угодно, но я была верна Питеру… До того дня, когда встретила тебя. К тому времени мой брак превратился в фарс, но я ни разу не изменила мужу. Даже тогда, когда он раскрыл свое истинное лицо и заявил, что женился на мне из-за денег. Не знаю, что меня удерживало — гордость, самолюбие, — но я помнила о своих клятвах.

Роджера будто пружиной подбросило.

— Выходит, это я сбил тебя с пути истинного?! — возмутился он. — Предположим, так оно и было, но почему именно я удостоился подобной чести? Что во мне особенного?

Неужели он ждет, что она предаст свои чувства к нему?

— Я полюбила тебя.

Если Жаклин ожидала, что искреннее признание растрогает его, то глубоко заблуждалась.

— Думаешь, любовь оправдывает предательство? — холодно спросил Роджер.

Разумеется, бесполезно объяснять, что к тому времени она уже не считала Питера своим мужем. Фактически их брак уже распался, оставалось только оформить развод… Может, все же сделать еще одну попытку?

— Пока ты не рассказал мне о своей матери, я не сомневалась, что ты поймешь все правильно…

— Как трогательно! — фыркнул он. — А потом ты быстренько разлюбила меня и вернулась к Питеру.

Это задело Жаклин за живое.

— Ты же меня бросил! — горячо запротестовала она. — Я вернулась в Англию, потому что ты не оставил мне другого выхода!

Роджер недобро улыбнулся.

— По-моему, ты лжешь. Очевидно, не так уж плохо тебе было с Питером, если ты продолжала с ним спать, — ядовито заметил он. — Скажи наконец правду: ты любила меня?

Так любила, что без колебаний отдала бы за тебя жизнь! — мысленно воскликнула она. Но гордость продиктовала другой ответ. Пожав плечами, она сказала:

— Какая теперь разница?..

— Я был для тебя всего лишь мимолетным курортным увлечением. Понятно…

Могла ли она стерпеть это?

— Ничего подобного!

Он встал и подошел к ней.

— Признайся, ты считала меня круглым дураком, да? Увидев тебя через год на приеме у родственников Питера, я понял, почему ты лгала. Я и не подозревал, что ты жена моего двоюродного брата!

Жаклин развела руками.

— Ты мне все равно не поверишь… Я понятия не имела, что вы с Питером братья. И думала, мы с тобой никогда больше не увидимся.

— Надеялась, что не увидимся, — уточнил он. — Ты же пришла в ужас, встретив меня. Боялась, я тебя выдам!

— Но ты же ничего не сказал…

Роджер с досадой покачал головой.

— Бог знает, почему я промолчал.

— Спасибо и на том…

— Ты тут ни при чем!.. — вспыхнул Роджер. — Не смей благодарить меня! Просто я не люблю публичных скандалов. И потом, не хотелось огорчать Питера. Каково ему было бы узнать, что жена его обманывала? И с кем? Со мной!

— Теперь понятно, чего стоила твоя любовь, — печально произнесла она. — Может, оно и к лучшему. Все уже в прошлом…

Роджер опять предал ее. И теперь ей было не менее больно. А может, еще больше…

Он подался вперед.

— Ты не будешь оправдываться? Большинство женщин на твоем месте так бы и поступили.

Жаклин взглянула на него негодующе.

— Я — это я, а никакое не большинство. Мне незачем оправдываться перед кем бы то ни было. Но если ты хочешь меня выслушать, я тебе все расскажу.

Роджер широко улыбнулся и опустился в кресло, положив ногу на ногу.

— Староват я, чтобы слушать сказки, Жаклин. Твоя грешная жизнь подробно описана в бульварных газетах. При желании я могу в любой момент узнать все, что мне надо.

Говорить с ним — все равно что биться головой о стену. Жаклин сдалась. Вздохнув, она откинулась на спинку дивана, поджав под себя ноги.

— Веришь всему, что написано в газетах? — насмешливо спросила она.

— Тебя, конечно, оклеветали…

Его самодовольный вид требовал ответа.

— Кое-что соответствовало действительности. Я и правда совершала некоторые поступки, о которых потом сожалела.

А кто-нибудь спрашивал, почему она так себя вела? Роджера это тоже совершенно не интересует.

Он бросил на нее уничтожающий взгляд, но Жаклин уже обвыклась в его презрении.

— Если намереваешься хоть изредка видеться с Тони, тебе придется обуздать свою любовь к ночным эскападам. Вряд ли это придется ему по вкусу, да и тебя не приблизит к желанной цели. Если твое имя будет метровыми буквами появляться в желтой прессе, Тони возненавидит тебя еще больше.

Собрав все силы, Жаклин подняла на него глаза. Уязвленная в самое сердце, она не сразу нашлась с ответом.

— Странно, что ты до сих пор не понял, что этого не случится. Тони мне так же дорог, как и тебе. Ему будет трудно ко мне привыкнуть — слишком неожиданно я появилась в его жизни. Однако я не собираюсь навязывать ему свою любовь. Да, он очень мне нужен, но я хочу, чтобы он полюбил меня, а не просто примирился с моим присутствием.

Роджер смотрел на нее в упор.

— Но если он не захочет?

— Если это случится, я придумаю, что делать… — спокойно ответила Жаклин.

После долгого молчания Роджер бросил взгляд на часы. Если он и пришел к какому-то выводу, то сообщить ей о своем решении не счел нужным.

— Уже поздно. Нам обоим необходим отдых. Можешь укладываться первой. Я подожду здесь.

Жаклин вздохнула и подавила зевок.

— Спасибо, так и сделаю. — Она встала. — Спокойной ночи.

Пройдя в спальню, Жаклин плотно притворила за собой дверь и на секунду привалилась к стене, чувствуя огромную усталость. Потом вынула из шкафа ночную рубашку и направилась в ванную, чтобы переодеться. Еще не хватало, чтобы Роджер застал ее раздетой!..

Однако он, видимо, и сам не желал этого, потому что появился, когда Жаклин уже лежала в постели. Сквозь опущенные ресницы она видела, как Роджер расстегивает пуговицы на рубашке. Какие у него красивые руки!.. Пальцы длинные, сильные… Руки художника или музыканта. Она хорошо помнила нежность этих рук… Жаклин крепко зажмурилась, чтобы не расплакаться. Не время предаваться воспоминаниям.

Роджер скрылся в ванной, пройдя совсем рядом с ее кроватью. Жаклин уткнулась лицом в подушку и разрыдалась. Неужели ей никогда не удастся забыть его? Нет, наверно, она обречена всю жизнь страдать и терзаться.

Жаклин закрыла глаза, и сон постепенно сморил ее.

Глава четвертая

Разбудил ее шум льющейся воды. Какое-то время она не могла сообразить, где находится. Потом память вернулась: Роджер, путешествие в Англию, Тони… Жаклин села в постели. В этот момент из ванной вышел обнаженный до пояса Роджер в джинсах, обтягивающих узкие бедра. Его влажные после душа волосы блестели. Не обращая на Жаклин внимания, он подошел к гардеробу и достал чистую рубашку. Жаклин не могла оторвать взгляда от его мощного торса — ни унции жира! Кровь застучала у нее в висках. Она желала его с той же страстью, что и в первые дни их знакомства. Но еще больше хотелось, чтобы он обнял ее, приласкал и утешил. Она жаждала любви, которую он не может ей дать, а одной страсти недостаточно.