Не сомневайся во мне - Пек Бренда - Страница 22

— Если бы я осталась в Австралии, то не встретила бы своего второго мужа, актера Кевина Гуделла. Мы прожили с ним шесть счастливых лет, хотя и окрашенных горечью, так как он уже был неизлечимо болен, когда я вышла за него. После его смерти я уже не надеялась на новую любовь, но появился Уильям, который изменил всю мою жизнь. Никогда я не была так счастлива, как теперь. Этого бы не случилось, если бы Брайан не был таким ревнивым. Вы не допускаете мысли, что за всеми нашими страданиями, как и за переменами к лучшему, кроется Божественный промысел? Двадцать лет я мечтала вернуть сына, и, когда утратила всякую надежду, появляетесь вы и уверяете, что еще не все потеряно. Порой мне кажется, что моей судьбой руководит некая недоступная пониманию сила, в которую можно только верить и смиренно следовать ее предначертаниям.

Жаклин улыбнулась.

— Безусловно, это утешает, но я была бы гораздо счастливее, если бы и Роджер тоже это чувствовал.

— Кто знает? Может, и чувствует. Вы сказали, что он невероятно упрям… К сожалению, я так мало знаю о сыне. Бог даст, он изменится к лучшему. — Мэрил отпила глоток вина. — Расскажите о Роджере. Все, что знаете, мне дорога каждая мелочь.

Конечно, Жаклин охотно откликнулась на эту просьбу. В разговорах время пролетело незаметно, и Жаклин собралась уходить только через час. Пережитые страдания, о которых женщины так откровенно поведали друг другу, сблизили их.

Разделив груз своих проблем с Мэрил, Жаклин вышла из отеля «Риверсайд» окрыленная. То, что рассказала миссис Хэнсон, помогло ей лучше понять Роджера. Она знала: путь к его сердцу будет непростым. Однако эта мысль не омрачила радужного настроения: теперь она не одинока в борьбе за свое счастье, Мэрил станет ее верным и надежным союзником.

Заглянув по дороге в универсальный магазин, Жаклин купила для сына несколько детских книжек. Когда-то она зачитывалась ими и не сомневалась, что Тони они тоже понравятся.

Жаклин поднялась на лифте, предвкушая удовольствие от теплой ванны и чашки крепкого чая. А потом она навестит Тони. Роджер не посвятил ее в свои планы на сегодняшний день, но она почему-то не ожидала застать его в номере. Однако, открывая дверь, услышала его голос. Откинувшись в кресле, он разговаривал с каким-то мужчиной, сидевшим к Жаклин спиной. Тот обернулся на звук ее шагов: ей улыбался кузен Свен.

— Свен, привет! — Жаклин облизала пересохшие губы. — Давно здесь?

Она подошла и подставила ему щеку для поцелуя.

— С полчаса, — ответил за него Роджер. — Я настоял, чтобы Свен подождал, знал, тебе будет приятно его повидать.

Скрытая угроза отчетливо слышалась в его обманчиво мягком тоне. Жаклин не торопясь разложила свои покупки на диване и опустилась в кресло.

— Приятный сюрприз, молодец, что зашел. Но что все-таки тебя сюда привело?

— Только ты, как всегда… — С широкой улыбкой Свен шутливо приложил руку к сердцу. — Если серьезно, мне звонила тетя Линда. Она просила выяснить, как у тебя дела. А кроме того, поручила подыскать подарок для Энтони, что я и сделал с большим удовольствием. — Он достал из кармана небольшую коробочку, завернутую в фирменную бумагу ювелирного магазина, и протянул ей. — Ничего особенного, просто сувенир с пожеланиями скорейшего выздоровления.

— Тони очень обрадуется, — растроганно сказала Жаклин. — Спасибо, Свен! Но это, наверное, дорогая вещь…

Кузен беззаботно махнул рукой.

— Для тебя и твоего сына, Жаклин, мне ничего не жалко. А ты напиши тете Линде, очень уж она обеспокоена.

— Неудобно получилось… Собиралась позвонить, но столько всего навалилось… Скоро напишу ей обо всем и со всеми подробностями.

Тут в разговор вмешался Роджер:

— Мы со Свеном пытались вычислить, с кем ты была на ланче. Помню, ты сказала, что у тебя свидание с каким-то родственником, но его имя вылетело у меня из головы.

Он так искусно изобразил легкую досаду из-за своей забывчивости, что Свен ничего не заподозрил. Зато Жаклин отлично поняла, что он весь кипит от гнева. А тут еще кузен подлил масла в огонь.

— Правда, с кем ты встречалась? Улоф и Ингрид приедут не раньше будущей недели. Может, с Нилом? — назвал он имена своих братьев и свояченицы.

Ну что за невезение! Жаклин подавила стон. Надо же ему было явиться именно сегодня!.. Ни к чему впутывать Свена в их сложные отношения с Роджером. Тот не разоблачил ее перед кузеном, за что она, вероятно, должна быть ему благодарна. Понятно, почему он так поступил, уж конечно, не из добрых чувств. Просто собирается разобраться с ней с глазу на глаз. Надо оттянуть эту «беседу» насколько возможно. А пока придется поддержать его игру.

— У меня есть и другие родственники, — небрежно бросила она, пожав плечами. — Приехал мой дядя Фрэнк, из Бостона. Привез кое-какие бумаги на подпись и нагнал на меня такую тоску своей чопорностью и педантизмом, что я решила немного развеяться, походила по магазинам, купила Тони книжки. Странно, что ты ничего не помнишь, — уколола она Роджера.

Откровенная насмешка промелькнула в его глазах.

— В самом деле, как это я мог забыть!..

Жаклин покраснела и потупилась. Но тут, слава Богу, Свен выручил ее:

— По-моему, я его однажды видел. Такой надутый толстяк, который занимается размещением твоего капитала?..

— Да, вы с ним вроде встречались… У дяди Фрэнка есть свои недостатки, но он знает, как распорядиться моими акциями с наибольшей выгодой.

— Не думаю, что при твоем образе жизни у тебя хоть что-то осталось после развода. — Роджер весело рассмеялся.

— Осталось после развода? — удивился Свен, но Жаклин предостерегающе подняла руку, не давая ему продолжить, и смерила Роджера ледяным взглядом.

— Выходит, Питер тебе и об этом рассказывал? Так вот знай: то не вся правда. — Интересно, что бывший муж наговорил Роджеру о ее финансовом положении? — У меня есть кое-какие средства, и, смею тебя уверить, я совсем неплохо разбираюсь в бизнесе.

— Едва ли умение тратить карманные деньги делает тебя крупным финансовым гением, — язвительно протянул Роджер.

— Мои американские дядюшки думали так же. Ведь ты о них ничего не знаешь. Питер, видимо, не счел нужным сообщить тебе об их существовании. И ясно почему: он нуждался в твоей безоговорочной поддержке, а не в осуждении. И боялся, что ты с твоим опытом и связями в деловом мире поймешь, что мои дядюшки имеют отношение к наследницам Слейтер.

Роджер резко выпрямился, его глаза сузились.

— Ты имеешь в виду знаменитых бостонских Слейтеров?

Опасения Питера были не напрасны: Роджер действительно слышал о ее дядюшках. Жаклин мрачно усмехнулась.

— Они самые. Что тебе о них известно?

— У стариков были две внучатые племянницы — маленькие девочки, которые осиротели в результате несчастного случая. Одна из них умерла несколько лет назад, об этом писали в газетах. Как же их звали? У них такие старомодные имена, насколько я помню. Вирджиния! Это та, что умерла, а другая… — Он замолчал, изумленно глядя на нее.

— Жаклин, — подсказала она. — Надо же, если задуматься, получается чрезвычайно забавно. И ты, и Питер постарались забыть это имя. Ты — потому что… в общем, понятно почему, а что касается Питера… Бедняжка, как ему не повезло! Женился не на той наследнице, а потом обнаружил, что его бывшая жена, от которой он получил приличные деньги после развода, все-таки унаследовала состояние Слейтеров. Представляю, какой это был для него удар!

Роджер вскочил с кресла и заходил по комнате, потом остановился перед Жаклин.

— Выходит, ты — Жаклин Слейтер? Неудивительно, что ты можешь себе позволить порхать по всему свету и делать все, что заблагорассудится…

Чего еще она могла ожидать? Роджера и теперь больше сердила не ложь Питера, а ее поведение.

— Могла бы, но это в прошлом. Если я и путешествую сейчас по миру, то не для развлечения. Учредила несколько благотворительных фондов для детей из неимущих семей. Мы посылаем помощь в слаборазвитые страны. Это отнимает много времени и сил. Может, слышал о Слейтеровском фонде?