Не сомневайся во мне - Пек Бренда - Страница 34

— Мне надо ехать, — буркнул Роджер. — Не знаю, когда вернусь. Сейчас некогда объяснять.

— Нет необходимости. — Жаклин передернула плечами. — Я все поняла.

Он открыл рот, будто хотел что-то добавить, но передумал.

— Позвоню.

— Тони будет рад!.. — Она язвительно усмехнулась.

— Пропади все пропадом! — взорвался он, резко повернулся и вышел.

Несколько минут спустя Жаклин услышала, как заурчал мотор его машины.

— Проклинаю тебя, Роджер Томпсон!.. — прошептала она, изо всех сил пытаясь сдержать слезы.

Ненависть к нему и презрение к себе нахлынули на нее. Она совершила величайшую глупость в своей жизни: поверила, что он ее любит, что прошлая ночь для него что-то значила! Нет, кое-что, конечно, значила: он хотел овладеть ею и добился своего. А она не возражала. И это самое обидное!

Надо все как следует обдумать, решила Жаклин. Пойду прогуляюсь, может, меня и осенит…

Экономка, ставшая невольным свидетелем их перепалки, проводила ее задумчивым взглядом. Постепенно лицо Салли прояснилось. Иногда кое-кого попросту нужно вовремя подтолкнуть, подумала она и, напевая себе под нос, снова взялась за работу.

Минуло несколько дней. Роджер не возвращался. Жаклин тяжело переживала их размолвку. Она похудела, побледнела, плохо спала и никак не могла смириться со своим унижением, ругала себя за глупость и наивность. Отдавшись Роджеру с такой легкостью, она, похоже, предала себя. Если Роджер использовал ее, то сделал это с ее же согласия — вот что самое обидное.

Кэтлин и Тони почувствовали неладное, но ни о чем не спрашивали. Мальчик со свойственной ему чуткостью старался развлечь мать и не отходил от нее ни на шаг. Жаклин трогало такое внимание, и она старалась казаться веселой и беззаботной.

А вскоре Жаклин заметила, что Тони иногда шепчется с гувернанткой. Неужели они что-то замышляют? Надо бы выяснить, рассеянно думала она, озабоченная более важной проблемой. Жаклин приняла решение: когда Роджер приедет, она покинет его дом. Жаклин уже звонила в агентство по продаже недвижимости и просила прислать проспекты. Другого выхода нет: остаться с ним под одной крышей — значит подтвердить, что она не прочь продолжить их связь. Как, однако, странно все обернулось… Еще один этап ее жизни окончился, не успев начаться. Ничего не поделаешь, надо смириться. Скоро они с Тони заживут своим домом, и все наладится.

Прошла неделя после отъезда Роджера. Жаклин завтракала на террасе и вдруг услышала голос сына. Тони вихрем несся через лужайку, бедная Кэтлин едва поспевала за ним. Он взлетел на террасу. Жаклин обняла сына, чувствуя, как светлеет у нее на душе.

— Думал, ты никогда не проснешься! — пожаловался Тони, усаживаясь рядом и отправляя в рот гренок с тарелки матери.

— Но ведь еще нет и девяти, — запротестовала Жаклин и улыбнулась запыхавшейся Кэтлин.

— Хочу попросить тебя, мама… — сказал Тони с набитым ртом. — Никак не мог дождаться, когда ты встанешь.

— Прости меня, малыш. Если бы я знала, что это так срочно, я бы вообще не ложилась.

Тони рассмеялся, но тут же посерьезнел.

— Обещай, что согласишься. Я сказал Кэтлин, что ты не будешь возражать.

Жаклин насторожилась, заподозрив неладное.

— Не соглашусь, пока не узнаю, что ты задумал.

— Да я про море… — заявил Тони, будто они уже сто раз это обсуждали. — Поедем в Хартленд. У Роджера там домик, мы можем в нем пожить. Здесь такая жара! Пожалуйста!

Тони умоляюще посмотрел матери в глаза.

— Хочешь к морю? — с сомнением пробормотала Жаклин и вопросительно взглянула на Кэтлин.

— Почему бы и нет, миссис Стэнли? — Гувернантка пожала плечами. — Тони чувствует себя хорошо. Поездка пойдет ему на пользу, если он будет под нашим присмотром. Но я предупредила его, что решать вам.

Домик на берегу моря… Звучит заманчиво. Может, это как раз то, что нужно, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей. Роджер не сможет упрекнуть ее: он уехал, оставив на нее все домашние дела. И потом, она же собирается начать новую самостоятельную жизнь, так почему бы не сделать это прямо сейчас?

— Прекрасная идея! — сказала она. — Мы могли бы устраивать на пляже пикники и вообще делать все, что нам захочется.

Тони вскочил и повис на шее у матери.

— Здорово! Я знал, что ты согласишься! Когда поедем, сегодня?

Его энтузиазм передался Жаклин.

— А что нам мешает? Если только в доме найдется все необходимое. Ну и, конечно, надо собраться, купить еды…

— Скажу Салли, она нам пирогов напечет.

Стоя у матери за спиной, Тони подмигнул Кэтлин, подняв вверх большой палец, и умчался в дом, на бегу зовя Салли. Женщины переглянулись и рассмеялись.

— Кажется, зря я согласилась… — заколебалась Жаклин.

— Уверена, поездка всем нам пойдет на пользу. — Гувернантка встала. — Пойду соберу вещи, не то Тони задаст нам жару.

Жаклин тоже поднялась.

— Я вам помогу.

Они направились в дом, обсуждая детали предстоящей поездки.

Домик Роджера на побережье оказался очень старым строением. Он примостился у подножия холма в конце широкой тенистой аллеи. Его окружал заросший полевыми цветами сад, в который когда-то вложили много труда и заботы. Каменные стены были покрыты лианами зеленого плюща, достигавшими черепичной крыши. Под окнами кое-где алели дикие розы. От калитки убегала вниз извилистая тропинка, ведущая к морю. Тишину нарушал лишь равномерный шум прибоя.

Стоило Жаклин остановить машину, Тони выскочил и стремглав помчался к морю. Жаклин достала из сумки ключ, который вручила ей Салли Смоук, и направилась к двери. Войдя внутрь, они с Кэтлин оказались в просторной гостиной, к которой примыкала большая кухня. В дальнем углу виднелась деревянная лестница, ведущая на второй этаж, где находились ванная и три спальни: две довольно большие, а третья совсем маленькая, длинная и узкая, как коробка из-под обуви.

Пока женщины обходили дом, вернулся Тони, и сообща они начали устраиваться на новом месте. Разложив вещи и продукты, все отправились на пляж и пробыли там часа два перед чаем. Утомленный поездкой и новыми впечатлениями, Тони начал зевать, глаза у него слипались, и Кэтлин без труда удалось уговорить его лечь сегодня пораньше.

Часам к десяти Жаклин и сама неудержимо захотела спать. Кэтлин уже поднялась в свою комнату. Жаклин решила последовать ее примеру и заснула, стоило только голове коснуться подушки.

Дни были похожи один на другой. Большую часть времени они проводили на пляже, возвращаясь в дом, только чтобы поесть, и в одиннадцать вечера уже крепко спали.

Жаклин запретила себе предаваться тоске. Она с удовольствием прибирала комнаты, готовила еду, отвергая помощь Кэтлин. Лекарство, которое она сама себе прописала, подействовало: утомившись за день, она сразу засыпала крепким здоровым сном без сновидений и просыпалась на рассвете бодрая и отдохнувшая.

Запас продуктов к середине недели подошел к концу, и Жаклин, взяв Тони, отправилась в близлежащий городок, чтобы кое-что купить. Сидя за рулем, женщина поздравила себя с правильным решением. Здесь она почти не думала о Роджере. Между ними все кончено, пусть не надеется на продолжение отношений. Однажды она поддалась на его уговоры, проявила слабость, но больше это не повторится. Дважды в одну ловушку она не попадется. Ей нужно или все, или ничего, иначе как уважать себя! Правда, у нее сердце кровью обливается, стоит только вспомнить о нем. Но ничего, она сумеет с этим справиться.

Купив все необходимое, они с Тони осмотрели развалины старого замка, потом вынули из багажника несколько бутылок кока-колы, жареного цыпленка, хрустящий картофель и отлично пообедали прямо на пляже. Отдохнув, побегали наперегонки по берегу, радостно хохоча и обливая друг друга водой, соорудили из влажного песка настоящий дворец, хотя у них не было с собой ни ведерка, ни лопатки. Прежняя сдержанность Тони растаяла, как снег на солнце, с каждым днем мать и сын все больше сближались. Безграничная любовь окружала их золотым сиянием. Никто никогда не сможет нас разлучить, думала Жаклин, глядя в счастливые глаза сына.