Не сомневайся во мне - Пек Бренда - Страница 5

Как-то раз, отдыхая во время уик-энда на берегу океана, в Провиденсе, Жаклин познакомилась с Питером Стэнли. Ей польстили ухаживания красивого обходительного англичанина. Изголодавшаяся по вниманию и человеческому теплу, Жаклин увлеклась им со всем пылом юности. Позднее она поняла, что приняла за любовь жгучую потребность любить и быть любимой. Когда она сообщила опекунам, что выходит замуж, те пришли в ужас, обозвали Питера авантюристом и охотником за приданым, но Жаклин ничего не желала слышать. Питер нужен был ей как воздух.

Воспрепятствовать браку было невозможно, к тому времени ей уже исполнилось восемнадцать. Короче, дядюшки сдались, но все же приняли меры предосторожности при составлении брачного контракта. Поскольку Жаклин воспитывалась в семье, где юридической стороне любого дела придавалось большое значение, она не усмотрела в этом ничего особенного. Ее радовало, что старики дали согласие на брак и что не придется воевать с ними. А вот Питер был вне себя от ярости и обвинил Жаклин в том, что она и ее семья ему не доверяют. Ей бы в тот момент насторожиться, но куда там! Жаклин стала уверять его, что он ошибается, что брачный контракт — всего лишь формальность, и вздохнула с облегчением, когда Питер сменил гнев на милость и подписал документ.

Свадьбу сыграли с большим размахом. Количество гостей перевалило за три сотни. Это был незабываемый день. Жаклин вся светилась от радости и счастья. Преисполненная самых радужных надежд, она отправилась с Питером на Багамы, чтобы провести там медовый месяц. Обстановка была самая что ни на есть романтическая, но, увы, идиллия быстро кончилась. Первая брачная ночь на многое открыла Жаклин глаза.

Сначала они долго ласкали друг друга. Все было так, как она и ожидала. Поцелуи Питера понемногу ослабили нервное напряжение, в котором она находилась, смущенная своей неопытностью. Однако, когда Питер вдруг перевернул ее на спину и грубо ей раздвинул ноги, Жаклин испугалась. И не напрасно. Она заранее приготовилась к некоторому дискомфорту, но никак не ожидала такой ужасной, раздирающей все тело боли. Приятное возбуждение мгновенно пропало, Жаклин пыталась остановить мужа, просила немного подождать, не делать ей больно, но Питер не обратил внимания на ее робкие мольбы, стремясь лишь к одному: удовлетворить собственную похоть. Жаклин неподвижно лежала под ним, кусая губы, чтобы не закричать. Наконец пытка кончилась. Когда он скатился с нее, пробормотав: «Потрясающе!», и тут же заснул, она расплакалась от обиды и разочарования.

Поначалу Жаклин все же попыталась оправдать его бесчувственность, уверяла себя, что он невольно причинил ей такую боль, но к концу медового месяца перестала притворяться. Розовые очки, сквозь которые она смотрела на мужа, разбились вдребезги. Она любила не реального Питера Стэнли, а некий идеал, созданный ее воображением. Настоящий Питер оказался эгоистом во всем, включая секс. Он заботился только о собственном удовольствии, забывая о жене. Когда она решилась сказать ему об этом, Питер пришел в ярость.

— Никогда и никто не жаловался! — кричал он. — Сама виновата, потому что холодна. С тобой спать все равно что со Снежной королевой!

Чувства, которые она еще испытывала к мужу, окончательно умерли. Жаклин словно очнулась от долгого сна. Ее начало одолевать сомнение: а любит ли он ее? Ей никогда не забыть ту ночь, когда, получив свое и оставив жену, как обычно, неудовлетворенной и обиженной, Питер обозвал ее фригидной стервой. Жаклин не выдержала и спросила напрямик, почему он на ней женился.

Ответ потряс ее до глубины души.

— Да потому что ты — Жаклин Слейтер, дорогая, сейф, набитый деньгами, который теперь принадлежит мне. Ты красива, но это так, необязательное, хотя и приятное дополнение. Честно говоря, я женился бы на тебе, даже если бы ты была страшна и уродлива. Я возбудился бы от одной мысли о твоем богатстве. Деньги — лучшее приворотное зелье. — Он самодовольно засмеялся. — Понятно? Ну, хватит разговоров, Жаклин, иди ко мне и постарайся доказать, что ты все-таки женщина.

Откровенность мужа глубоко оскорбила ее, чего он конечно же и добивался. Лежа в темноте спальни и глотая слезы, она почувствовала, что в ней пробуждается дух сопротивления. Слейтеры никому не позволяли унижать себя, выставлять на посмешище. В ней заговорила фамильная гордость. Да, она совершила ужасную ошибку, но не хотела ни жалости, ни снисходительных улыбок, ни понимающих взглядов. А именно это ждало ее, сбеги она от мужа домой. Даже брак с Питером казался меньшим злом.

Медовый месяц закончился, они вернулись в Англию. Жаклин испытала огромное облегчение и вскоре с удивлением поняла, что почти счастлива. Питер целыми днями отсутствовал, и она могла заняться домом и садом, почувствовать себя хозяйкой. Если бы вдобавок и в постели муж оставил ее в покое, она была бы вполне довольна жизнью. К сожалению, его страсть к ней не уменьшалась, несмотря на ее равнодушие и пассивность. Исполнение супружеских обязанностей стало для Жаклин тяжкой повинностью.

Она понимала, что в один прекрасный день Питер обязательно заговорит о деньгах. И вот однажды он явился домой полный грандиозных планов: скупить близлежащие земли и построить на них элитарный клуб. Жаклин осторожно спросила, сколько ему нужно денег. Названная мужем сумма потрясла ее.

— Нет у меня таких денег, — просто сказала она.

Питер злобно рассмеялся.

— Всем известно, что вы, Слейтеры, миллионеры, так что не притворяйся, дорогая.

Жаклин затрясло от отвращения.

— Увы, это не относится ко мне. У меня всего несколько тысяч, которыми я смогу распорядиться лишь после того, как мне исполнится двадцать один год.

Красивое лицо Питера перекосилось от злости.

— Надуть меня хочешь? Я знаю: ты старше своей кузины, а значит, все деньги твои.

Жаклин покачала головой. Наконец-то ей представилась возможность отплатить за непрерывные оскорбления той же монетой. Просто бальзам на душу!

— Ты женился не на той сестре. Да, я старше Вирджинии, но мой отец был младшим сыном в семье. Основное состояние дедушка оставил старшему, Дональду, отцу Джинни. Так что главная наследница семейных капиталов — она, — сообщила Жаклин, не скрывая злорадства.

Их отношения с этого дня резко изменились. Питер возненавидел Жаклин и начал мстить за обманутые ожидания. Сначала он надолго пропал, а вернувшись, стал открыто изменять ей с кем попало. Однажды она упрекнула его в неверности, и его лицо исказилось в язвительной усмешке.

— Не нравится мое поведение? Тогда почему бы тебе не убраться домой, к своим родственничкам? Нет, ты слишком горда, дорогая, чтобы вернуться, поджав хвост, правда? Бедняжка, никто тебя не любит…

Вместо того чтобы отступить и зализывать раны, Жаклин взбунтовалась. С какой стати она должна жить с человеком, который беспрерывно оскорбляет ее словами и действиями! Из ложной гордости она хранила ему верность, проявила слабость, позволив безнаказанно издеваться над собой, но теперь с нее хватит. Она разведется с Питером и начнет новую жизнь.

Впрочем, сгоряча действовать опасно. Следует все хорошенько обдумать. Питер наверняка начнет чинить ей препятствия. Надо тщательно подготовиться к разводу, а это невозможно, пока они находятся под одной крышей. Жаклин сказала мужу, что хочет поехать куда-нибудь отдохнуть, и он не стал возражать. Она подозревала, что его сговорчивость объясняется появлением новой любовницы.

Жаклин уехала в Швецию. Много лет назад, перебирая бумаги, оставшиеся после смерти матери, она узнала имена ее родственников, завязала переписку с ее родной сестрой. И вот теперь тетя Линда с радостью приняла племянницу, отметив, разумеется, отсутствие обручального кольца на ее руке. Жаклин сняла его еще до того, как самолет покинул лондонский аэропорт Хитроу. Линда не задавала лишних вопросов, но, когда Жаклин сама завела откровенный разговор, сочувственно выслушала ее. Возможность довериться близкому человеку сняла с души огромную тяжесть. Сомнений у Жаклин не осталось: развод — единственное правильное решение, самый разумный выход из создавшегося положения. Фактически она уже бросила мужа, покинув Англию. Теперь она ненадолго вернется — только для того, чтобы собрать вещи и уйти навсегда.