Приют мертвых - Ливайн Дэвид - Страница 24

— Подожди. — Бэр на мгновение задумался, сходил к машине 11, вернувшись к Дэннелсу, протянул ему свернутый флаг. Тот прекрасно знал, что это такое.

— Его родные хотели, чтобы я тебе передал это.

— Вот как? — Дэннелс не сводил глаз с зеленого полотнища.

— Я упомянул, что собираюсь к тебе заскочить, и они попросили.

— Спасибо, Фрэнк. — Дэннелс протянул ему руку. — Спасибо.

Бэр вышел из дома и направился к машине. У него появилось новое направление, куда следовало двигаться.

Глава двадцатая

Он прикрыл глаза руками и заглянул в окно погруженного в полумрак тренировочного центра Франковича. Там, в недрах кирпичного строения, дремал и тайские груши для отработки силы и скорости ударов; перед зеркалом был возведен невысокий деревянный помост для прыжков через веревку и боксирования с воображаемым противником; в углу лежали гири, гантели, стояли тренажеры, шведская стенка и другие спортивные снаряды. Отгороженное восьмиугольное пространство включало в себя несколько сотен квадратных футов мата. Ничего не скажешь — фабрика, да и только. Но в воскресенье во второй половине дня здесь никого не было. Бэр, прежде чем уехать, окликнул Франковича, но не получил ответа — не оправдалась слабая надежда на то, что тот тренируется или занимается чем-то в своем центре.

Теперь надо рулить домой и начинать углубляться в дело «Каро», но Бэр никак не мог заставить себя покинуть эти места. Он прокатился по узким безлюдным улочкам, миновал несколько розничных магазинов на Макгаллард и остановился у закусочной Боба Эванса, где за чашкой кофе скоротал еще полчаса, после чего возвратился к центру Франковича и увидел, что на этот раз ему повезло. В помещении горел свет, и на мате было заметно движение. Бэр открыл дверь, и ему в нос ударил тяжелый, нездоровый дух человеческого пота, как в любом зале или додзе, [21]где идут постоянные тренировки и не хватает времени как следует проветрить помещение перед каждой из них. В таких местах влага накапливается и превращается в облако — и это еще одно испытание для тех, кто сюда приходит. Разминалась небольшая группа бойцов в пляжных шортах и легких защитных куртках. Они шли вокруг матов, словно цепочка цирковых слонов, и возглавлял их человеческий эквивалент Джамбо. [22]В любой спортивной школе и секции всегда отыщется тяжеловес — свой, местный монстр. Здешний молодой образец от пяток до белобрысой макушки был ростом шесть футов восемь дюймов и в весе тоже наверняка тянул немало. Одним словом, нехилый малый.

— Присели и сделали так, как нравится вашим девушкам! — пророкотал он командирским голосом.

Бэр был в уличных ботинках и держался в стороне от мата. Когда группа повернула, великан заметил его.

— Сегодня нет занятий. Это тренировка. Расписание на дверях.

— Я не на занятия. Мне надо поговорить с Деннисом Франковичем. — Бэр подошел ближе.

— Не наступать в ботинках на мат! — закричал великан.

— Как видите, я держусь в стороне! — крикнул в ответ Бэр.

— Продолжай, Тинк. — Великан повернулся к следующему в цепочке спортсмену среднего веса и покинул группу. Бэр заметил, что у великана длинные жесткие волосы, постриженные так, что не оставалось бачков, отчего он казался явившимся из средних веков истуканом. Его кожа уже покрылась капельками пота, и Бэр невольно задался вопросом, сколько времени эта туша мяса может продержаться в бою.

— Деннис по воскресеньям не приходит. Что вам нужно? — Парню, кажется, доставляло удовольствие возвышаться над собеседником.

Бэр не часто испытывал подобное чувство — пожалуй, со дней своих футбольных баталий, и надо сказать, все это его мало волновало. Он бросил взгляд поверх плеча великана и снова удивился, как много здесь собралось крепких балбесов — любителей боевой забавы. Вечером в воскресенье восемь грубых самцов решили поразвлечься со штангой. У всех волосы торчком либо обритые черепа. У всех татуировки. У кого — отличительные племенные наколки, у кого — рисунок колючей проволоки вокруг бицепсов, у некоторых — красочные картины или выполненные на манер тюремных надписи готическими буквами — как, например, у юнцов, у которых из-под ворота рубашки видно заверение: «Готов выпить!» Можно не сомневаться еще в том, что все эти игры, если должным образом раскрутить их, способны стать источником больших денег. В основном участники их были не просто скандалистами — хотя и не без этого. Кроме ударов руками и ногами, они усвоили, как осуществлять захваты и защищаться от них и как добиваться поражения противника. В общем, предприятие рискованное и с непредсказуемыми последствиями, если всему этому обучать современных подростков.

— Когда бывает Франкович? — спросил Бэр.

— Я у него не секретарь, — последовал ответ. — В чем дело?

— Мне необходимо поговорить с ним лично. — Бэр начал уже уставать от пререканий.

— Скажи мне, кто ты такой, ну а я ему скажу, кто к нему приходил. — Великан поводил плечами и разминал шею.

— Я сам это сделаю, когда с ним увижусь. — Бэр не собирался заранее давать Франковичу понять, о чем пойдет речь — хотел посмотреть на его спонтанную реакцию.

— Заявляешься сюда, задаешь вопросы, но не желаешь назваться? — В глазах великана появилась злость.

— Именно так.

От этих слов великан рассердился не на шутку.

— В таком случае выкатывайся! — Он ухватил Бэра за галстук, и тот почувствовал, как в нем тоже закипает злость. Несколько мгновений она свободно бурлила внутри, но ему удалось ее обуздать, и, разомкнув стиснутые челюсти, Бэр пообещал:

— Я еще вернусь.

— Валяй! — Они отвернулись друг от друга и увидели, что вся группа следит за их перепалкой. — Тинк, я тебе что сказал? Продолжать тренировку! — закричал великан, возвращаясь к спортсменам. — Ну-ка, бездельники, приседания с прыжками.

Группа принялась выполнять упражнение.

Направляясь к двери, Бэр услышал негромкий комментарий, несомненно, в свой адрес, за которым последовал смех. На улице, прежде чем сесть в машину и уехать, он полной грудью вдохнул освежающий воздух.

Глава двадцать первая

Прежде чем Бэр успел добраться до «Донахью», на город опустился тягучий сумрак. День выдался долгим, как и все выходные, как и вся неделя, но прежде чем она завершится, надо было хотя бы немного заняться расследованием по делу «Каро». Ему хотелось пива, и требовалась информация, а Бэр знал, что нет лучшего места, чем «Донахью», где можно получить то и другое. Он приоткрыл дверь, и на него пролился янтарный свет. Посетителей было мало: с полдюжины человек вполглаза смотрели по установленному высоко в углу телевизору игру, в которой участвовала городская футбольная команда «Индианз». Бэр заметил Пэла Мерфи — тот сидел в своем хозяйском закутке, ярко выделяющийся в белой рубашке и очках в золотой оправе, и просматривал бумаги. Было бы неправильно сразу соваться к нему, и Бэр, присев на углу стойки, показал Арчу Карри палец; бармен кивнул и повернулся к кранам. Осенью и зимой палец означал «Беке» темное, а летом «Оберон».

— Спасибо, — кивнул Бэр и ощутил холодное пощипывание пива. — Мне бы перемолвиться с боссом, когда он освободится.

— Конечно. Одну минуту. — Арч направился к шефу. Бэр и Пэл обменялись немыми знаками, и Мерфи кивнул еще до того, как бармен успел возвратиться на место.

— Он ответил: «Разумеется», — передал Арч. — Подождите немного.

— Жду. Как у вас дела?

— Сегодня спокойно. — Арч принялся протирать бутылки.

Бэр кивком поздоровался с Кейтлин, которая у стойки листала бульварную газетенку. За одним ее ухом торчала ручка, из-под другого выбивалась прядь обесцвеченных волос.

Получив второй бокал «Оберона», Бэр поднял глаза на Пэла. Тот отодвинул в сторону бумаги и кивнул.