Приют мертвых - Ливайн Дэвид - Страница 44

«Десятым калибром? — промелькнула во время падения отрывочная мысль. — Неужели я закончу, как Аурелио?» — Пол стремительно приближался. Удар! Он перевернулся и понял, что не потерял сознания. А затем увидел, что получил по голове не ружьем, а битой. И молодой блондин ростом выше шести футов, поигрывая мускулами, замахивался снова. Блондин подошел ближе, наклонился и готовился к удару, словно голова Бэра была софтбольным мячом. Жертвуя руками, Бэр закрылся, и новый удар пришелся в плечо. Но он умудрился ухватить биту и потянуть противника на себя. И когда тот падал, поднял ногу и со всей силой нанес встречный удар. Нога угодила блондину в челюсть. Дело завершилось бы чистым нокаутом, если бы парень не сообразил рвануть биту назад и отпрянуть. Но и такой удар не прошел даром: Бэр заметил, как голова блондина дернулась и его колени подкосились.

Используя инерцию удара, Бэр вскочил на ноги. Бита вновь взлетела вверх, но на этот раз не так уверенно. Фрэнк бросился вперед, ускользая из радиуса действия оружия, блокировал правую руку противника и левым предплечьем треснул его по зубам. Блондин качнулся назад, наткнулся на стул и упал бы на пол, если бы Бэр по-прежнему не держал его руку. Замах левой ногой получился небрежным и совсем не техничным, но дал свой эффект. Бэр сбил противника с ног, и тот плашмя рухнул на стул, ударившись грудной клеткой — было слышно, как из его легких вылетел воздух. Бита грохнула о пол и откатилась в сторону.

Бэр наклонился, чтобы добить блондина, но в это время сам скрючился от боли, когда его шею сдавили удушающей хваткой.

«Еще один», — мелькнуло у Бэра в голове, но не было времени оценивать ситуацию, потому что на тело и лицо обрушилась серия ударов коленом. Были разбиты губы, но зубы остались целы, и у него еще хватило сил повернуться и ухватить нападающего за торс. Он втянул голову в плечи, притупляя удары коленом, затем умудрился сцепить руки замком вокруг пояса противника. Выбросил вперед правую ногу, завел ее за ступню нападающего и повалился на землю, давая возможность силе гравитации сделать всю остальную работу. Второй противник с силой ударился о пол, и Бэр немедленно его оседлал. Он имел дело с еще одним мускулистым юнцом, на несколько лет моложе того, что орудовал битой. У парня были темные волосы ежиком, и Бэр вспомнил, что видел его на тренировке у Франковича. Он постарался не отвлекаться на подобные мысли и уперся коленом ему в грудь, но юнец, повернувшись на бок, оттолкнул его колено обеими руками и откатился в сторону, продемонстрировав хорошую технику высвобождения. Прыжком встал на ноги, и во время мгновенной паузы Бэр увидел нечто такое, от чего у него по коже поползли мурашки — на шее парня на шнурке висело распятие.

«То, которое принадлежало Аурелио», — мелькнуло в голове у Бэра.

Юноша бросился к задней двери. Бэр хотел было погнаться за ним и выбить из него ответы, но не успел ступить и шага, как на него навалился прежний бэттер, [36]пытаясь обхватить руками.

Бэр повернулся к нему лицом, прижал к себе, и они принялись кружиться и стонать от напряжения — каждый пытался взять над противником верх. Бэр услышал, как открылась задняя дверь и один из парней убежал. Но в тот же момент хлопнула передняя дверь, и до него донеслись отрывистые голоса. Бэр повалил противника на пол — и вовремя, — чтобы увидеть свирепого вида мужчину примерно его возраста с полицейской дубинкой. Послышались новые крики и стук по полутяжелых подошв.

— Немедленно прекратить! — это была первая связная фраза, которую Бэр разобрал. В дверь вошли трое мужчин в форме, и от их присутствия в баре сразу стало тесно. Сильные руки скрутили Бэра, а двое других патрульных не давали свирепому мужчине приблизиться к нему. Тот забился в их руках и завопил.

— Отпустите! Этот подонок ворвался сюда и начал избивать моих сыновей! Я все равно его достану!

Бэр заметил, что его угольно-черные глаза сверкнули яростью, и понял, что имеет дело с семьей. Те, с кем он дрался, приходились этому типу сыновьями, а может быть, и тот, которого он догонял на машине. Блондин поднялся с пола и ожег Бэра взглядом.

— Довольно! Разнимите их к чертовой матери! — приказал полицейский с усами дугой и лейтенантскими нашивками. Копы толкнули блондина и его отца в глубину бара, а лейтенант потянул к выходу Бэра. — Руки настойку! — Бэр понимал, что лучше не спорить, и положил ладони падубовую поверхность.

— Револьвер справа подмышкой. — Он не сомневался, что полицейский все равно найдет оружие. Тот выдернул револьвер из кобуры.

— Проверьте, нет ли оружия утех! — крикнул лейтенант своим подчиненным и снова повернулся к Фрэнку: — Чем ты тут занимаешься, приятель?

— Я был…

— Ничего не хочу слышать. Дай мне взглянуть на твои документы. Только медленно. — Бэр без оружия чувствовал себя голым. Он покосился и увидел в глубине бара отца и сына, сидевших на полу и громко протестовавших — полицейские обходились с этой парочкой точно также, как лейтенант с ним. Бэр выплюнул кровь на пол и достал водительское удостоверение, но так, чтобы лейтенант заметил его жетон.

— Вот права, разрешение на оружие и лицензия детектива.

— Так, так, хорошо. — Лейтенант сравнил Бэра с фотографией на правах, затем изучил остальные документы. — Ну, так что здесь произошло?

— Что произошло? Вошел в бар и получил удар битой. Вон тот парень и еще другой набросились на меня.

— Какой битой? — спросил лейтенант, и Бэр показал в темноту. — Что за другой парень?

— Убежал в заднюю дверь, — объяснил Бэр. В баре стало тихо. Сидящие на полу мужчины перестали кричать и только недовольно бормотали.

— Ты утверждаешь, что на тебя напали? Оставайся на месте. — Лейтенант пересек зал и что-то сказал своим подчиненным, но Бэр не разобрал слов. Вскоре лейтенант вернулся. — А они заявляют, что зачинщик ты. Будешь настаивать на своих обвинениях? Так что здесь произошло? Драка в баре?

— Это они вам так сказали? Нет, это была не обычная драка в баре. — Бэр повернулся от стойки и прочитал фамилию на табличке на груди лейтенанта — Бастеймант.

— А что же, если не драка? Ну-ка, расскажи мне, что ты здесь делал! — потребовал лейтенант Бастеймант. — Я знаю этих людей. Они, конечно, не подарок, но не дикие — нормальные владельцы бара. — Бэр не ответил. — Объясни, чем ты тут занимался, иначе мне придется отвести вас всех в участок, — тон лейтенанта стал спокойнее. — Ты проводил частное расследование?

Бэра так и подмывало отвести лейтенанта в сторону и объяснить обстоятельства своего появления в баре. Он даже подумывал, не признаться ли, что Помрой нанял его для расследования другого дела. Но что-то его удерживало. Внезапно он понял, что именно — жетон с фамилией Бастеймант. Знакомой ему фамилией. Занимаясь лотерейными домами, он обнаружил, что недавно женщина с такой же фамилией приобрела несколько объектов недвижимости. Совпадение? Или она — его жена. Фамилия не слишком распространенная. Возникло неприятное ощущение внутри — захотелось вернуть револьвер и как можно скорее убраться отсюда. Прежде чем заговорить, он постарался справиться с дыханием.

— Ладно, давайте мы все забудем.

— Вот как? — Бастеймант пристально на него посмотрел.

— Вот именно. Ну погорячились, не поняли друг друга. — Бэр говорил ровным голосом. — Больше такое не повторится. Когда-нибудь я сюда еще зайду, и, если хозяева поведут себя дружелюбно, мы выпьем мировую.

— Хорошо. Я смотрю, ты одумался. Это избавит меня от лишней писанины. — Бэр протянул руку, и лейтенант осторожно положил ему на ладонь револьвер.

Пока Фрэнк шел к выходу, он чувствовал из темноты ненавидящие взгляды. Адреналин упал — закружилась голова и зашумело в ушах. Неверной походкой он добрел до машины и в последний раз обернулся на дом. По фасаду бежал белый свет — но это была не луна, а освещенная вывеска над дверью, изображающая накренившийся бокал для мартини, чокающийся с пивной кружкой. «Перевернутые танцульки». Тут до Бэра дошло: Бигби, следователь «Каро», — это в его комнате на Валу-Стэй он нашел спички с таким же логотипом. Откуда они у него? Где-нибудь подобрал? Кто-нибудь ему дал? Или он побывал в этом баре. Сам по себе этот факт ничего не значил — книжечка спичек, не более того. Но чем яснее Бэр сознавал, что к чему, тем сильнее кружилась его голова.