Случайные знакомые - Бучестер Пэт - Страница 21

— Что затем? — спросила Сильвия, задохнувшись от его оглушающей и сокрушающей откровенности.

Он, не отрываясь, смотрел на нее тяжелым взглядом, полным откровенного желания.

— Тебе уже двадцать восемь лет, Сильвия. Только не убеждай меня, что ты не знаешь, зачем люди ложатся в постель вдвоем? Что тебе не ясно? О чем ты еще хочешь спросить?

Сильвия покраснела, не зная, как объяснить, потом нашлась.

— С моей точки зрения, это очень важно. Что будет после того, как мы станем любовниками?

— Черт возьми, Сильвия, — натянуто сказал он. — Здесь вовсе не подходящее место и время для подробных объяснений того, что намерен делать с тобой в постели. Даже думать об этом достаточно трудно. А уж говорить о том, как мы будем заниматься любовью, вовсе невозможно. Я могу сойти с ума.

— Ты говоришь не о том, что я имею в виду, — ответила Сильвия дрожащим голосом, внутри у нее все дрожало и трепетало. — У меня раньше не было любовной связи ни с кем. Мне хотелось бы знать, сколь долго протянутся такие отношения?

— Невозможно что-либо конкретно предположить. Я и понятия не имею, сколь долго буду хотеть тебя. Почему ты думаешь о том, когда отношения оборвутся, если мы их еще не начинали?

Она пожала плечами.

— Я думаю, что слишком практична, потому меня и интересует это. Однако, мне кажется, я знаю ответ на собственный вопрос. Наши отношения будут длиться до тех пор, пока я не вернусь в Нью-Йорк.

Он усмехнулся и возразил:

— Ты неправа. Ты вернешься в Нью-Йорк завтра.

— Тогда это будет самая короткая любовная связь в истории человечества, — она откинулась на спинку кресла и тяжело вздохнула. — Тебе не кажется, что ты слишком быстро меняешь решения?

— Наша любовная связь уже началась. Я еду с тобой.

Глава 6

Неужели прошло только три дня с тех пор, когда Сильвия сидела в офисе Джона и просила о помощи? Столько всего произошло за короткие три дня. А сейчас они подъезжали к главному входу в здание, где располагалась ее квартира. Конечно же, Сильвия понимала, что получила гораздо больше, чем просила. Но самым поразительным среди всех событий было предложение Джона. Он четко и понятно разъяснил ей, чего хочет от нее. Он предложил ей любовную связь, но не «после этого они жили вместе долго и счастливо». Но самое удивительное было то, что она согласилась.

Что же случилось с независимостью и самостоятельностью Сильвии? Как теперь относиться к стремлению твердо стоять на ногах без посторонней помощи? Она и сама недоумевала.

Шагая к лифту рядом с Джоном, она вспоминала о предыдущем вечере. О том, как они вернулись в его дом из ресторана.

Входя в дом Джона, Сильвия надеялась, что сейчас он обнимет ее, поцелует, прижмет к себе. И начнется их любовная связь, которой он ожидал так долго и страстно. Но Джон не сделал ни одного движения в ее сторону. Она спросила, не хочет ли он выпить чашечку кофе. Однако он отказался, долго и пристально глядел на нее, опершись на дверной косяк. Она ждала от него хоть каких-нибудь слов, каких-нибудь действий. Чего-нибудь.

Показалось, что прошла вечность, прежде чем он прошел мимо нее и, на ходу распуская узел галстука, направился к телефону.

— Ты бы лучше отдохнула немного, Сильвия, — предложил он ровным, деловым тоном, даже не повернувшись в ее сторону.

Она молча и разочарованно смотрела, как он поднял телефонную трубку и стал набирать номер. Сильвия была совершенно сбита с толку и растерялась от его сдержанного и холодного отношения. Она ничего не понимала.

Интересно, кому он собирается звонить в столь поздний час? Сильвия недоумевала.

— Похоже, что наше свидание закончилось? — спросила она.

— Похоже, что так, — согласился он, набирая номер. Потом повернулся и спокойно посмотрел ей в глаза. Ничего нельзя было прочесть в его взгляде.

— Спасибо за цветы и ужин, Сильвия, — поблагодарил он ровно и бесстрастно. Печально улыбнувшись, добавил: — Конечно же, ты устроила мне настоящий день рождения. Мне кажется, я запомню его надолго.

— Не за что, — поспешно ответила Сильвия. — Спокойной ночи, — она удалилась, смущенная его безразличием.

Выходя в коридор, она услышала, как он сказал в трубку:

— Ник? Да, это я. Что тебе удалось узнать?

Сильвия вошла в спальню и закрыла за собой дверь. Ник был другом Джона. Джон просил Ника провести предварительное расследование в доме, где жила Сильвия в Нью-Йорке.

Она разозлилась. Он теряет даром время, звонит Нику, едва переступив порог квартиры. Если он понимает начало их любовной связи таким образом, тем хуже для него. Сильвия была очень раздражена и решила больше об этом не думать.

Но когда она легла в постель, то сразу же вспомнила, что они поменялись ролями на сегодняшний вечер. Джон просто предложил ей сценарий. И, согласно сценарию, она должна была соблазнить его, когда они вернулись из ресторана.

Он вовсе не изменил отношения к ней и по-прежнему хочет ее. Он вынужден ждать и надеяться, но не более того. Наконец-то она поняла, что он просто принял ее решение, когда она не сделала ни шага, ни полшага в его сторону. Он не высказал недовольства и обиды. Он просто согласился с ней.

Предатель.

Сильвия перевернулась на живот и со злостью ударила по подушке кулаком. Хоть она и выросла в мужском обществе, но никак не могла теперь понять, о чем думают мужчины. А раньше считала, что очень хорошо их понимает.

Но в ту ночь она не понимала даже себя.

Утром они отправились в Нью-Йорк. Во время полета Джон был неразговорчив и по-прежнему сдержан. Когда самолет набрал высоту и можно было отстегнуть ремни, он спокойно и деловито открыл кейс и принялся изучать компьютерные данные. Сильвии было скучно, она изо всех сил сдерживалась, чтобы он не заметил ее раздражения и обиды. Как деловой и здравомыслящий человек, она хорошо понимала, что ему необходимо быть в курсе всех дел компании. Она уговаривала и успокаивала себя, считая, что должна быть благодарна за то, что он оставил фирму, бросил все и полетел с ней в Нью-Йорк.

Она никак не могла отделаться от мысли, что он летит с ней только потому, что обязан помочь дочери Кинга Найта. И это раздражало ее больше всего.

Возможно, если бы они стали любовниками прошлой ночью, она была бы более уверенной в нем и в мотивах его поведения. А может быть, и нет. Она еще никогда в жизни не была такой неуверенной и растерянной. Но она была уверена в одном: она хотела Джона Ломакса.

Шофер такси плохо говорил на английском. Дорога от аэропорта была долгой и мучительной. Сильвия очень устала и облегченно вздохнула, когда они, в конце концов, подъехали к дому, где располагалась ее квартира. У здания не было ни собственного «лица», ни очарования, присущего дому, где жил Джон. Но именно эту стандартную «многоэтажку» в течение четырех лет Сильвия называла домом.

Возле двери в ее квартиру Джон остановился и приказал ей подождать, пока он хорошенько не обследует все комнаты. Он поставил чемоданы в прихожей и сказал:

— Постой здесь. А я пройдусь и осмотрю все вокруг.

По пути Сильвия вынула из почтового ящика кипу писем и рекламных проспектов и сейчас не спеша просматривала конверты. Она уже собиралась выбросить рекламные проспекты и просьбы различных общественных организаций о пожертвованиях в корзинку для ненужных бумаг, когда обнаружила белый конверт. Ее имя и адрес были надписаны печатными буквами. На письме не было марки. Почерк совершенно детский.

Джон уже осмотрел ее кухню, спальню и ванную. Он стоял рядом с ней, внимательно глядя на конверт.

— Что это?

— Я нашла это среди почты, — Сильвия протянула ему конверт. — Оно было доставлено с посыльным. На нем нет ни марки, ни почтового штемпеля.

— Конечно, мало надежды, что мы сможем обнаружить на нем отпечатки пальцев, — сказал Джон и, взяв ее за запястье, повел к небольшому кофейному столику, — но все-таки надо попытаться.