Зеленоглазая гадюка едет в Хогвартс - Лу Психея - Страница 44

– Кстати, я нечаянно услышал, как Снейп угрожал К-квирреллу, – понизив голос и оглянувшись, добавил Невилл. – Он чего-то требовал от него, а тот чуть не п-плакал. Это, наверно, связано, – он перешел на шепот, – с философским камнем.

– Да ерунда же! Зачем Снейпу философский камень? – удивилась Эри. – Я так думаю, если бы он хотел золота, мог бы этого легко добиться. Зелья свои продавать, например.

– Ты не понимаешь, – Рон тоже старался говорить тихо. – Я слышал, Снейп был в числе сторонников Того-Кого-Нельзя-Называть. Может, он хочет возродить его с помощью этого камня. Мы же читали, он не только превращает все в золото, из него можно сделать Эликсир Жизни, который делает человека бессмертным.

– Снейп? Был сторонником Волдеморта? – Эри уставилась на него во все глаза. – Который убил моих родителей? Не-а, не верю.

– Эр, ну что ты! – вскипел Рон. – Какого Мерлина ты ему доверяешь? Что он к тебе не цепляется на уроках последнее время? Откуда ты знаешь, что он делал раньше, каким человеком был?

– Рон, я все понимаю. Профессор Снейп – вредный, противный тип, ненавидящий всех гриффиндорцев и тебя, почему-то, – особенно. А ко мне он относится… по-моему, я его забавляю. Но он никогда, никогда не сделал бы ничего плохого ученикам. Даже тебе. Никому. Что касается разговора, который ты подслушал, Нев… Снейп ведь хотел сам стать учителем Защиты? Может, он требовал от нашего заики отказаться от должности, – она улыбнулась. – Злобно угрожать – это как раз в его стиле.

– Квиррелл и так уйдет, это место проклято, больше года ни один учитель не выдерживает, – пожал плечами Рон. – Ради этого не стоит пугать его. А что именно ты слышал, Нев?

– Что-то в-вроде «я хочу знать, на чьей ты стороне, и тебе лучше сказать правду».

Повисло многозначительное молчание.

– Ты по-прежнему считаешь, что разговор шел о должности профессора ЗОТИ? – не выдержала Гермиона.

– Давайте не будем говорить об этом. Не хочу с вами спорить, – Эри выглядела заинтересованной, но отнюдь не переубежденной. – Смотрите, Хагрид пришел, – она порадовалась, что неприятный разговор можно закончить.

Первокурсники увидели за стеллажами массивную фигуру лесничего и повскакивали с мест, чтобы поздороваться. Полувеликан в библиотеке – зрелище экзотическое, даже веселее, чем профессор Снейп на метле.

– Хагрид, привет! – Эри огляделась по сторонам – поблизости никого – и сладким голосом спросила: – Ты, наверно, собачку пришел навестить?

Лесничий вздрогнул:

– Откуда вы знаете про Пушка?!

Он старался говорить шепотом, да только от этого шепота стены содрогнулись. Эри взмахнула палочкой, ставя заглушку – успела вовремя, прежде чем Рон выпалил, не понижая голоса:

– Мы даже знаем, что именно сторожит твой Пушок. Философский камень!

– Эк вы… ребятишки… нельзя вам об этом знать, – Хагрид шумно засопел, встревоженно глядя на первокурсников.

Эри поставила еще один круг тишины. Мало ли что – сотрут память всем четверым, и привет. Она уже поняла, что в волшебном мире с правами человека дело обстоит не очень.

– Так ты пришел к своему з-зверю? – спросил Невилл.

– Нет, я тут просто так… – Хагрид попытался спрятать стопку книг, которые держал в руках. Разумеется, гриффиндорцы мгновенно заинтересовались:

– Хагрид, ты взял книги о драконах? И как много, – удивилась Гермиона.

– У меня брат-драконолог, я тебе много могу рассказать, – похвастался Рон.

А Невилл осуждающе сказал:

– Это очень плохо, что ты не навещаешь Пушка. Любому домашнему животному нужен хозяин, а собаке тем более. Не сомневаюсь, он без тебя скучает!

– Ребята, – Эри с трудом сдерживала смех, – у меня сейчас заглушка слетит!

– Кстати, Хагрид, – Гермиона не обратила внимания на ее слова, – Я почитала о трехголовых керберах – они очень привязчивые существа, ты хоть раз в неделю приходишь – погладить его, поговорить с ним?

– Да… как раз по пятницам, директор сказал… Ребята! Да что ж такое! – Хагрид засопел. – Все, ухожу. Давайте у меня дома поговорим, раз вы до всего сами дознались! Приходите завтра, я вас чайком напою…

– Конечно, придем – снова улыбнулась Эри, и вдруг словно услышала, как рвется тонкая стеклянная нить. Это слетела наспех поставленная заглушка. Библиотекарша растерянно приподняла голову:

– Мистер Хагрид? Я не услышала, как вы пришли… Эти книги нельзя брать на абонемент, но, так и быть, одну я вам дам на руки… Первокурсники, вам помочь?

– Нет, мадам Пинс, – и гриффиндорский квартет удалился на свое место.

Ситуация оказалась даже хуже, чем предполагала Эри. Хагрид, очумелый зоолог, не просто хотел обзавестись драконом. Он у него УЖЕ был.

– Что это?! – страшным шепотом спросила Грейнджер, глядя на огромное, чуть меньше страусиного, черное яйцо, лежащее в пылающем очаге.

Вопрос явно был риторический – чтобы заучка не знала, как выглядят драконьи яйца…

– Выиграл в карты у одного типа, – Хагрид глядел на закопченное яйцо с нежностью. – Всегда хотел живого дракончика!

– Хагрид, ты живешь в деревянном доме, – Гермиона беспомощно покачала головой.

Лесничий выглядел, как наркоман, дорвавшийся до своего зелья. Он тихонько мурлыкал, подкладывая дров в очаг, и улыбался, не обращая внимания на первокурсников.

– Безнадежен, – прокомментировала Эри. – Что-то мне расхотелось чаю. Пошли?..

– Ты знаешь, что за нелегальное разведение драконов ему светит Азкабан? – взволнованно спросила Грейнджер.

Девочки были в библиотеке вдвоем, последнее время мальчишки пропадали у Хагрида, им идея с драконом явно пришлась по душе.

– Даже так? Я думала, его просто уволят. Тоже невелика радость, – мрачно отозвалась Эри. Она листала толстенный том «Уложение о магических законах», но не так аккуратно и методично, как Гермиона, просто картинки рассматривала. – А может, директор его отмажет? Хагрид ведь… как бы сказать… не слишком умен.

Эри и Гермиона встретились взглядами. Хорошие девочки вслух такого не говорят, но в зеленых и карих глазах явственно читалось: «да он просто тупица, но это НАШ тупица!».

– Если его уволят, куда он пойдет? – жалостливо спросила Грейнджер. – В магловском мире никому не нужен полувеликан. Если только в цирк устроится. А в магическом – ты знаешь, что у него даже палочки нет?

– Ага, ее обломки он в зонтик спрятал, и пытается колдовать, обычно безуспешно… Интересно, за что у него палочку сломали?

– Я спрашивала, но он так посмотрел… по-моему, это больная тема. Как у Невилла с родителями, – добавила Гермиона.

У Эри предсказуемо испортилось настроение, когда она подумала о родителях Лонгботтома. Она так и не узнала, живы ли они, а если умерли – каким образом. Девочка запихала мысли о Еиналеж подальше, и вернулась к теме:

– Предлагаю настучать на Хагрида директору или Макгонагалл. Пока дракон не вылупился, еще ничего страшного не произошло, и он не понесет наказания.

– Профессору Макгонагалл, Эри… Нехорошо, он так радуется… Может, пусть дракончик вылупится, а потом его отправить в заповедник?

– На какие шиши? – Поттер пожала плечами. – Ладно, я пока устраняюсь, а ты подумай, что делать.

– Нет, ребята, это никуда не годится, – решительно сказала Поттер, изучая цилиндры с баллами в Большом Зале. – Мы теряем наше преимущество!

Когда после исторической «драки с Драко» Гриффиндор потерял пятьдесят баллов, а Слизерин сто, профессор Снейп как будто выполнил ее просьбу – не особенно зверствовал на Зельях, пытаясь избавить красно-золотых от лишних пятидесяти рубинов. Снимал баллы, конечно, но ничего особенного. Но когда Гриффиндор выиграл квиддичный матч и уверенно вышел на первое место в межфакультетском соревновании, зельевар разошелся вконец – причем исключительно на первом курсе. Гермиона в последние несколько дней пребывала в растрепанных чувствах (прямо как ее прическа). Настроение ее менялось от бешенства к депрессии. Снейп снял с нее десять баллов за то, что она «невыносимая всезнайка». Грейнджер впервые наказал преподаватель, не считая истории с троллем (за которую она не считала себя виноватой), а уж причина этого была, что соль на рану.