Эринкаль (СИ) - Березенкова Евгения Георгиевна - Страница 79

Но книги на свою беду я оставил в комнате, моя служанка, она же гувернантка, их нашла, прочитала названия и доложила отцу. Повелитель естественно разозлился (а как же иначе?) и своим высочайшим повелением запретил мне заниматься «чепухой». Я внял его крикам и перенес книги на чердак, в открытый не так давно тайник. Теперь читать мне приходилось в основном по ночам, когда появлялась возможность добраться дотуда незамеченным. Жаль, что в моем мире телепортация столь сложный и затратный процесс.

Итак, добравшись до тайника, я по привычке проверил следящие заклинания, настроенные на стороннее проникновение, и бережно достал одно из самых главных своих сокровищ, подаренное генералом Раналем — том по военной стратегии в горах. Книга оказалась так себе, на мой взгляд, но кое какие советы по устройству ловушек и направленных обвалов, я почерпнул именно отсюда. Единственное, что мне ужасно не нравилось, это то, что книга была написана не для защищающегося, а для нападающего и требовалось немереное количество времени, чтобы сначала переварить полученную информацию, а потом еще и придумать способ адекватной защиты от подобного маневра врага.

Но это не важно. Сейчас я просто поглаживал корешки старых книг, и скрещивал пальцы по какой-то странной человеческой привычке, навязавшейся мне еще в путешествии, привлекающей удачу. Как будет хорошо, если война обойдет нас стороной!

Глава 54

Как же давно это было. Сколько мне тогда было? Ах да, семьдесят три. За год до начала войны… я тогда еще на что-то надеялся, ждал чуда, как каждый ребенок. Чуда не произошло. Война началась… и закончилась. Закончилась нашим поражением, но не пленением. Враг так и не смог укрепиться на территории дроу. Постоянные партизанские вылазки, открытые нападения, в том числе и разбойные, на караваны людей, быстро вернули перевалам дроу былую непроходимую славу. А были еще завалы. Камни нужно убирать, расчищать дороги и ремонтировать пути, но кому это нужно? Нет, Империя потешила свое самолюбие и самоустранилась, оставив разоренную страну без возможности выжить, но зато свободной…

Или Император только считал, что выжить дроу не смогут. Мне, в отличие от него, было прекрасно известно, что кое-какие запасы сделать удалось. После смерти отца первые же мои распоряжения касались отправки основной массы населения в тыл, размещения там, и начала производства для обеспечения общих нужд. Отец, к его чести, все-таки понял ошибочность собственных прогнозов и тоже кое-что предпринял. Так что, не так уж и безобидна, оказалась захваченная агрессором родина темных эльфов.

Я все это знал. Кое-что помнил по докладам советников, кое-что рассказал Аваль, о чем-то и сам догадывался, но подтверждения официального, которому можно доверять на все сто процентов не было. Его можно получить только у самого совета или у Наместника, который правит страной последние двадцать лет и имеет полный комплект информации. Вот как раз к нему я и направляюсь, хочу узнать все из первых рук.

Вспомнив о Наместнике, я снова погрузился в волну памяти, услужливо подкатившую вовремя.

— Назад, все назад! Кому говорят остолопы остроухие! — Надрывался Гарленаль, но оглушенным отступающим было уже все равно. Дроу давно поняли, что терять осталось только жизнь и рано или поздно произойдет это с каждым. Так уж лучше рано, чего тянуть? — Что за армия, одни идиоты!

— Идиоты? — Я усмехнулся, кое-как привстав. — Если бы мог, я бы предпочел как они. Раз и все!

— Все? А как же стратегия? Нам нужно потянуть время, чтобы…

— Что бы что? — Теперь мне уже стало по-настоящему весело, и я рассмеялся. — Гарленаль, думаете, только мы с вами понимаем обреченность данного положения?

— Но, может быть, еще удастся…

— Гарленаль, — я поморщился, — зачем говорить то, что является ложью? Или вы обманываете сами себя?

— Надежда — пакостное чувство…

— Очень, — я согласно закивал, вновь сползая на плащ. Бок болел просто зверски, и пусть кровь остановилась, но ее в жилах осталось так мало… — и незачем тешить себя иллюзиями. Не мешайте соплеменникам делать собственный выбор!

— Простите, — прошептал генерал, — не думал, что закончу свою жизнь вот так, — он развел руки в сторону. — А где же романтика геройства?

— Герой не романтик, генерал, герой — идиот, пытающийся оставить о себе память.

— Вы как всегда правы, Эль'дар'нас, что является излишним доказательством правильности выбора имени.

— И вы вновь не правы, генерал. Имя показывает лишь степень ошибочности его наречением.

— Но ведь вы во всем правы! Не понимаю только, как вы могли поставить Наместником Асканаля? Он ведь разорит то, что не тронул враг!

— Это ваша родовая неприязнь говорит в полный голос, Гарленаль. На самом деле Асканаль не так уж и плох. Да он амбициозен, да у него слишком большая жажда власти, но он невероятно умен. И потом, именно он помогал править отцу последние несколько лет. У него есть необходимый опыт и хватка — а это, в нашей ситуации главное. Так что, генерал, не таким уж и плохим правителем будет ваш враг.

— Как бы я хотел, чтобы вы оказались правы!

— Трревогга, — пророкотало по коридору, и с потолка в который раз посыпались камни, — атака!

— Ну, вот и все, конец близок…

— Помогите встать, генерал, нужно хотя бы подороже продать свои жизни. Где у нас оставшиеся маги?

— Их нет, остались только вы.

— Хм, тогда попрошу вас дать мне пару минут для осуществления одной задумки…

Вынырнув из воспоминаний, я остановившимся взглядом уставился на бушующие волны внизу. Что-то зловещее было в несокрушимой силе скалы, выдерживающей подобные нагрузки многие годы, века, тысячелетия… а главное, в постоянстве, неизменности бытия.

Но холодная вода не самое приятное зрелище, особенно на продуваемом возвышении и, передернув плечами, я отвернулся в противоположном направлении, тем более что мой спутник уже проснулся и в данный момент собирал импровизированный стол для завтрака на моем походном плаще. Почему в качестве скатерти был выбран именно мой плащ, так и осталось загадкой, поскольку об этом я его не спросил, переведя взгляд на окрестности. Все было точно также, ничто не менялось, как не способен меняться веками камень, но какое-то подспудное чувство не давало вздохнуть поглубже и успокоиться.

И ведь главное, еще пять минут назад я ощущал полный покой и удовлетворение, а сейчас… что на меня нашло? Поднявшись на ноги и в последний раз окинув долгим внимательным взглядом пейзаж, я в несколько прыжков спустился вниз, с удовольствием потянувшись. Огонь приятно грел ладони, которые я, поеживаясь, к нему поднес. В нос ударил запах остро закопченного мяса. А некоторое количество фруктов отдельной кучкой, причем, предназначенных явно для меня, соблазнило еще больше. Как я уяснил за последние пару дней, кучка с фруктами перекочевала на мою сторону не от того, что мне положено больше, согласно званию, а потому, что сам Дарис их не ест. Как можно не есть плоды деревьев я понять так и не смог, а в ответ на шокированный взгляд получил настолько же обиженный и резкую отповедь «не лезть не в свое дело». Нет, конечно же, воспитанный парень сказал совсем не так, но я перевел для себя как можно ближе к истине.

Ну, я и не лез. Потерев руки друг о друга, чтобы распределить полученное тепло, я быстро подсел к трапезе и тут же уцепил ценерию, откусив почти треть. Ценерия очень редкий фрукт за границей Кэльвии, поскольку растет только здесь, зато самый мой любимый еще с детства. Рэми, прекрасно помня мои вкусы, напихал в мешок именно то, что может понравиться бывшему другу, зато, на мой взгляд, совершенно не поинтересовался вкусами Дариса, ну, это обычная проблема всех больших начальников, мелкие интересы подчиненных просто не проходят под планку.

Дарис не отставал от меня, с удовольствием пережевывая мясо, я же к нему почти не прикасался. Я не вегетарианец, конечно, и очень даже не против вкусной и здоровой пищи, но этого продукта осталось в мешке не так уж и много, всего на пару раз хватит, а я могу и фруктами с лепешкой и кайли обойтись. С удовольствием пережевывая кайли с луком-латук вприкуску, я рассматривал Дариса боковым зрением. Была в этом парне какая-то неуверенность, словно он и хочет и знает, а… боится, что ли? Хотя, с другой стороны, по словам Рэми он отличный воин, вот уже и рыцарь, хотя и молод. Вообще-то сейчас почти все рыцари молоды, за почти полным отсутствием старшего поколения. А те старики, кто остался, либо слишком стары, либо на руководящих должностях. И совсем даже не по соответствию занимаемой должности, а просто, потому, что начальник обязательно должен быть старше подчиненного, иначе откуда уважение?