Виновник страсти - Маршалл Линн - Страница 21

Интересно, что бы они сказали, узнай, что Джей не только планировала развестись с Люком, но уже и подобрала ему замену! Марго же, зная все, держала свои знания при себе.

Сюзан Куртис представляла другой полюс отношений к Джей. Она не сделала даже попытки возобновить знакомство. Но, узнав сегодня о трагедии в ее жизни, Джей не допускала и мысли обвинять Сюзан.

После смерти Каролины Бартон тоже однажды разразился гневом, когда молодой юрист пренебрежительно высказался о своей жене. Сюзан, очевидно, разделяла нелестное мнение Бартона о супругах, которые принижали своих партнеров.

Воскресная вечеринка закончилась. Люк и Джей покинули теплую роскошь дома Бейли и вышли в ночь, заполненную вальсирующими снежинками. Закутавшись в пальто, Джей дрожала от холода, пока шла к пикапу следом за Люком.

— Включи печку, — попросила она, стряхивая снег с ног.

Люк повернул ключ зажигания.

— Подожди немного, не умрешь. Дай мотору прогреться. Пережила же ты вечеринку, переживешь и небольшой холод.

— Небольшой холод! Да в Антарктиде теплее. Это же стужа. Даже белые медведи здесь не выживут.

Говорить о вечеринке ей не хотелось. Она ненавидела вводить в заблуждение людей, которые при иных обстоятельствах могли бы стать ей друзьями.

— Довольно интересно было познакомиться с местной Агатой Кристи.

Люк вытащил из-за сиденья одеяло и набросил на Джей.

— Марго — крепкий орешек. В своих романах она всегда находит уникальный способ убийства. Вот, например, в последней книге она применила косу. Вероятно, в следующей это будут лосиные рога. Похоже, ты ее вдохновила.

Джей пропустила мимо ушей язвительное замечание Люка.

— Она, должно быть, неплохо зарабатывает своими романами?

— Если ты имеешь в виду их дом, то она здесь ни при чем, он построен на деньги Ива. Его родители довольно высокого происхождения. Они страстно любили путешествовать. И погибли в авиакатастрофе, когда Иву было десять лет, оставив ему большое наследство.

— Они с Марго кажутся такими разными!

— Как день и ночь, — согласился Люк, — но они чудесно дополняют друг друга.

— А как он, богатый наследник, стал полицейским?

— Когда его родители погибли, никто из родственников не захотел возиться с маленьким мальчишкой. А он уже и тогда был гордым парнем. Ну и решил доказать, что ему до них нет дела, связался с ребятами из воровской шайки… Но в восемнадцать лет жизнь поставила его перед выбором: либо армия, либо тюрьма. Слава Богу, он выбрал армию. Она сделала из него человека, отучила от вредных привычек. После армии он закончил колледж, а затем пришел в денверскую полицию. Он полагал, что его криминальная юность поможет ему работать в полиции.

— Почему же они тогда живут в Северном Парке, а не в Денвере?

— После ранения, чтобы восстановить силы, Ив поселился у себя на ранчо. А к тому времени, как они с Марго поженились, здесь освободилась должность шерифа. Ив не хотел возвращаться в Денвер, но и на проценты со своих капиталов жить не собирался, так как считал это плохим примером для ребенка.

— А с твоими юными преступниками тебя кто познакомил?

— Кто тебе рассказал? Марго? Выброси из головы по крайней мере половину из того, что она наболтала! Марго всегда несколько приукрашивает скучную правду.

— Да ничего она мне не говорила. Только сказала, что ты сам обо всем расскажешь.

Снегопад усиливался, и дворники уже не справлялись с очисткой лобового стекла от снега.

— Пожалуй, я действительно расскажу, так как ты все равно услышишь от кого-нибудь. И, конечно, не совсем точно. — Люк внимательно всматривался в темноту. — Брат Сэмми впутал его в ограбление трех лавок и бензоколонки. Сутенер дал старшей сестре Тони — наркоманке — героин, и она умерла от передозировки. Тони избил сутенера так, что тот угодил в больницу. Сэмми было тогда пятнадцать, а Тони — шестнадцать. Ив знал, что они в общем-то неплохие ребята, им надо дать шанс. Поэтому он решил как-то этот вопрос с судьями, а я взял их к себе. Лет пять назад.

— Ну и что, Ив не ошибся на их счет?

— Кем они были, не так уж и важно, а вот кем стали, совсем другое дело. Тони, он все такой же сильный, как и раньше, теперь декан в университете в Колорадо; стал им в прошлом семестре, а Сэмми там же изучает право. Он точно станет неплохим юристом.

У Джей не возникло ни малейшего сомнения в том, кто оплатил их обучение.

— Плохие мальчики стали хорошими. Ты и Ив, Тони и Сэмми. А почему ты их взял к себе на ранчо? — И, не дожидаясь ответа, она сама высказала предположение: — Потому, что так же в свое время сделал дядя Зейн? Помнишь, ты рассказывал, что, когда влип в какую-то историю в школе, родители отправили тебя к нему сюда?

— Я как-то над этим не задумывался.

Джей залюбовалась строгим профилем Люка. Жаль, что темнота скрыла ямочку на подбородке. Джей не занималась криминальной практикой, но она — юрист, а одного этого уже достаточно, чтобы оценить ту самоотверженность, дисциплину и огромное желание помочь, которые необходимы, чтобы перевоспитать оступившегося парнишку.

Когда-нибудь Люк женится снова. У него будут дети… Он научит их ездить верхом на огромных породистых бельгийских лошадях, разводить скот. Они будут играть с ним в снежки, да мало ли что еще… Джей закрыла глаза и представила, какими будут его дети: кареглазые мальчики и девочки…

Она отвернулась и стала смотреть в окно. Внезапно к горлу подкатил комок, и Джей не смогла удержаться, чтобы не потрогать родинку над верхней губой. Да, она теперь может не беспокоиться, что ее ненавистная пухлая губа и эта отвратительная родинка перейдут к дочери или внучке.

Странно, но это не успокоило ее.

7

Печка хорошо прогребала кабину, ледышки, вылетая из-под колес грузовика, монотонно бились о лобовое стекло. Люк переключил «дворники» на учащенный ритм. Джей завороженно наблюдала за хороводом снежинок, в свете фар гипнотизирующих своим сумбурным танцем.

— Эй! Потише, ты, идиот! — завопил Люк.

Разом скинув дремоту, Джей замерла от испуга. Большое, темное пятно впереди материализовалось в грузовик, фары ослепили их. Люк зло выругался: другая машина задела бок пикапа. Пикап завихлял и накренился. Люк с трудом удержал его на дороге. Еще один угрожающих размеров грузовик задел их снова. Смачно выругавшись, Люк нажал на газ, однако тут же затормозил, так как еще один грузовик решил с ними «поиграть»: то ускоряя, то замедляя ход, он полностью лишил Люка возможности маневрировать и в конце концов как бы случайно толкнул пикап. Машина выписала кривую на дороге и только чудом не слетела в кювет.

Рев мотора сбоку усилился, и выскочивший из темноты грузовик начал таранить пикап. На этот раз удержать машину на дороге могло только чудо, но… чуда не произошло. Пикап вылетел из колеи, пропахал несколько метров по снегу и с громким скрежетом резко остановился, основательно зарывшись в сугроб.

— С тобой все в порядке? — Люк выключил мотор.

— Да. А ты как?

— Сиди здесь! Этот сукин сын… — Люк захлопнул дверцу машины и растворился в снежной мгле.

Джей перебралась на заднее сиденье. Люк не выключил фары, их свет, с трудом пробиваясь сквозь снежную пелену, слабо освещал дрожащие на ветру ивовые ветви. Окна быстро залепило снегом. Слабые звуки клаксона какой-то машины донеслись с дороги…

Люк влез в кабину, принеся с собой арктический холод. Он отряхнулся от снега и пристально посмотрел на Джей.

— Надеюсь, все хорошо?

— Да. Что это было?

— Этот подонок Паркер поиграть вздумал. Надрался, сволочь! Он еще имел наглость посигналить и помахать рукой, когда повернул обратно в город.

— Возможно, он расскажет кому-нибудь, что случилось, — пробормотала Джей, еще не осознав ситуацию.

— Не ставь на это, проиграешь! — раздраженно фыркнул Люк. Включив зажигание, он провел несколько следующих минут — то ругаясь, то молясь — в тщетных попытках раскачать машину, чтобы вырвать ее из снежно-ледяного плена. После очередной безрезультатной попытки он выключил мотор.