Виновник страсти - Маршалл Линн - Страница 24

Джонни и Хондо топтались на месте. Облака пара вырывались из ноздрей, небольшие сосульки свисали с морд. Лошади казались огромными, снежными, сказочными.

Люк бережно опустил Джей в сани, заботливо защитив ее от ветра и снега кипами сена. Потом, сгибаясь под порывами ветра, он направился к машине. Вскоре Люк вернулся, держа в руках пакет, который он примостил рядом с Джей.

— Твоя сумка и ботинки! — прокричал он.

Вой ветра заглушил ответные слова благодарности.

Загадочно улыбнувшись, Люк вытащил из-под сена, уложенного невысокой горкой на передке саней, мешок и торжественно развязал его. Примостившись рядом с Джей, он достал из мешка термос и отвинтил крышку. Божественный аромат вырвался наружу.

— Кофе! — Радости Джей не было предела. — Кофе!

Люк налил кофе и сделал маленький глоток обжигающего напитка.

— Что мне за это будет? — Он почти срывал голос, чтобы Джей хоть что-то смогла услышать.

— Все что угодно! — завопила она.

Расстегнув спальник, Люк помог ей освободить руки и протянул кружку. Джей закрыла глаза и глубоко вдохнула благоухающий аромат. Кофе согревало, успокаивало, перечеркивало все трудности дороги. Несколько минут неземного блаженства…

Открыв глаза, она увидела лицо Люка. Его губы шевелились, но за ревом ветра Джей не смогла разобрать ни слова. Люк уже не улыбался. Подняв вожжи, он прикрикнул на лошадей. Сани тронулись.

Джей сделала еще глоток. Да, она не расслышала Люка, но и читать по губам не было необходимости. Она почувствовала, интуитивно поняла, что он хочет. Он хочет ее.

Лошади еле тащились, с огромным трудом переставляя ноги. Спальный мешок и укрытие из сена довольно хорошо хранили тепло, однако Джей трясло как в лихорадке. «Все что угодно», сказано довольно опрометчиво. Двусмысленно. Ну конечно же Люк пошутил! А если нет? Джей допила кофе и задумалась, что ей делать, если Люк попытается затащить ее в постель снова.

8

Вчерашняя пурга, казалось, канула в Лету. Яркое солнце согревало воздух, белые пушистые облака безмятежно плыли по ярко-синему небу. Джей с трудом верилось, что менее суток назад она мерзла в спальном мешке, пока породистые громадные лошади боролись с бураном, чтобы довезти их домой. Но сейчас ей хотелось снова очутиться в санях…

— Вот такого ты уж точно в Денвере не видела. — Люк кивком указал направление, куда надо смотреть.

Джей повернула голову и вгляделась. Две огромные коричневые птицы круто взлетели с земли и начали по спирали набирать высоту. Лошади осторожно переступили через окровавленный снег и растерзанные кроличьи шкурки, оставленные птицами на снегу. Джей быстро отвернулась. Вид крови вызвал у нее приступ тошноты.

— Это соколы? — спросила она, поудобнее усаживаясь в седле.

— Нет, золотые орлы. Наверное, они здесь зимуют.

Джей вспомнила о ноющих мышцах.

— Я же говорила тебе, что никогда не ездила верхом. Мог бы дать мне лошадку и поспокойней. — Приподнявшись в стременах, она потерла ушибленный зад. — Будь он хоть чуточку потолще, не было бы так больно. А тебя, Фру, за такие дела даже лошадью назвать нельзя! — Фру фыркнула, выпустив клубы пара в холодный воздух. — Не обижайся, Фру, — Джей потрепала кобылку по лохматой холке, — но мне как-то не хочется остаться на всю жизнь с синяком на заднице.

Люк расхохотался:

— Давай двигайся, новичок! А то мы никогда не доберемся до места. Беда, если ветер повалил изгородь, коровы могли разбрестись по долине.

— Не все, как ты, родились с седлом между ног, — заворчала Джей, подпрыгивая в седле и заваливаясь набок, точно мешок с зерном. С явной завистью она наблюдала, как легко и свободно держится Люк. В седле он сидел непринужденно, как в кресле.

— Я уверена, что на машине куда удобнее, чем на лошади, — заныла Джей.

— По-моему, тебе теперь известно, что машины лучше бегают по вспаханной дороге, чем по невспаханному пастбищу, — съязвил Люк.

Позвонив шерифу и рассказав ему о том, что случилось на дороге и какую роль во всем этом сыграл Эд Паркер, Люк послал трактор за пикапом.

— Твои работники всегда используют трактор, чтобы кормить коров. Им не приходится ездить верхом, — продолжала жаловаться Джей.

— Хватит ныть. Ты лучше посмотри-ка вокруг. Да выброси из головы все свои ушибы.

— Я не голову ушибла!

Люк усмехнулся, но благоразумно удержался от комментариев.

— Перед вами Северный Парк, — сказал он, подражая экскурсоводу. — Это межгорный ледовый бассейн. Здесь истоки реки Платт, которая, будучи многоводной, здорово подпитывает Миссури, в которую впадает. Долины многочисленных притоков Платт и других больших рек давно привлекали внимание людей. Летом здесь охотились индейцы Юты; золотоискатели и охотники приходили сюда в поисках добычи. Географы и другие исследователи бродили здесь. Но в конце восемнадцатого века сюда потянулись фермеры-переселенцы, которые обустраивали свои ранчо…

— В том числе и предки твоего Стирлинга?

Люк кивнул.

— Здесь кругом земли, которыми владеют потомки первых переселенцев. Несмотря на Великую депрессию, разгул стихии, капризы рынка, они сумели не только выстоять, но и укрепить свои владения. — Люк с удовольствием огляделся кругом. — Все это — награда за их труды.

— Что все? Солнце, обжигающее кожу, мороз или разбитая задница? Да я держу пари, что они все, да и Стирлинги тоже, только и ждали подходящего момента, чтобы сбежать в город. Ведь большинство предпочло бы работать в офисе, чем каждый день в морозы, бураны или в жару пасти коров. Нет, мне этого не понять.

— Я никогда не смогу покинуть землю. Работа на ранчо не работа, это образ жизни. Да, работать приходится много, но ты спишь крепко, дышишь свежим воздухом. Посмотри, какой простор. Здесь есть где развернуться. Разве пошлешь все это очарование к черту? Здесь я — хозяин жизни. И мне это подходит, — добавил он просто.

Многое внезапно открылось Джей. Да, он хозяин себе, сам распоряжается, где ему быть, что делать. Ковбой, плотник, строитель, механик, бизнесмен и… любовник.

Фру неожиданно тронулась. Джей с трудом удержалась в седле, судорожно вцепившись в луку. Она осторожно переместилась на краешек седла и решила впредь быть внимательней.

— Проклятье! — прорычал Люк.

— Я же не виновата, что у нее пляска святого Витта!

Люк недоуменно посмотрел на Джей, затем перевел взгляд на кобылку.

— Ты это о ком?

— Да ты что, дурак? Как о ком?

— Посмотри вниз. Вон там ветер опрокинул забор и его занесло снегом. Коровы могли здесь спокойно пройти. Нам необходимо перегнать их на другое пастбище.

— А почему нельзя покормить их здесь?

— Это не наша земля. К тому же, если мы не перегоним их, все стадо может найти этот проход.

— Почему бы не вернуть их тем же путем, каким они ушли?

— Похоже, это невозможно. Посмотри, снег на южном склоне вчера днем подтаял, а ночью подморозило. Держу пари, что там скользко. Очень скользко, как будто намазали жиром. Коровам там не пройти. По льду они абсолютно ходить не могут. Нам, пожалуй, надо проверить, не переломали ли они ноги. — Люк направился к большим белым воротам в заборе. — Давай за мной!

— Нет уж, — возразила Джей, — мне не хочется ломать себе ноги из-за каких-то коров.

— Хорошо, тогда я один спущусь и соберу их. Фру — добрая кобылка. Только держись позади стада и медленно гони его к воротам. Ничего с тобой не случится. — Бросив на нее скептический взгляд, Люк направился к небольшим ивовым зарослям и быстро исчез из виду.

Джей посмотрела на поредевшее стадо. Коровы явно не собирались двигаться к дальним воротам. Они смотрели в ее сторону и как бы поддразнивали ее: «Не поймаешь нас, не поймаешь нас!»

Джей вспомнила, как в детстве она играла с младшим братом и тот так же заводил ее криком: «Ну-ка, поймай меня!» Джей сразу и не поняла, что сама выкрикнула то же самое.

От неожиданности Фру вздрогнула, фыркнула и слегка взбрыкнула, и… Джей ощутила себя в полете. Она плашмя шмякнулась на покрытый ледяной коркой снег. Удар как будто выбил из нее весь воздух. Она скрючилась от боли и лежала так до тех пор, пока снова не задышала. Одновременно с первым вздохом Джей осознала, что вокруг нее столпились коровы. В ужасе она закрыла глаза и приготовилась к самому страшному. Сейчас эти огромные ужасные животные растопчут ее. Она уже слышала, как трещит под их копытами раскалывающийся череп…