Найти себя - Назаров Андрей Сергеевич - Страница 125

— Нет, Удола, когда меня поместили в Кристалл, моя Сила не рассеялась. Мне повезло, что меня ударила Секирой Удина, а не Катир. Иначе я бы сразу умер. А так, хотя мое тело и умерло, я сам, моя суть, еще не умерла. После того, как Кристалл разбился, мне удалось заключить в себя часть той энергии смертных, которую всё это время копила в Кристалле Удина. И мне удалось некоторое время удержать мою Силу от рассеивания. А потом…, потом мой сын создал для меня это тело. Познакомься, Удола, это мой сын. Я думал, что он мертв. Ты же сама хотела убить его, помнишь? Но теперь он здесь! И он жив! И он не полубог, как я раньше думал. Он Бог! Высший Бог! Только Высший Бог смог бы создать для меня тело, хотя бы и такое…

— Отец, отец, я рад, что ты живой, но у меня к тебе просьба, — перебил монолог Бога Ветров Аторн.

— Проси чего хочешь, сын!

— Ты сможешь что-то сделать, чтобы тело этой Богини, — Аторн показал на Руилу, — никогда не касалось пола.

— Смогу ли я? Сын! Я чувствую, что теперь я тоже Высший Бог! Я поглотил столько силы смертных, когда был в этом проклятом Кристалле, что стал Высшим. Теперь, я чувствую это, я сам могу создавать ветер! Да, я смогу сделать то, что ты просишь!

Остриб смешно вытянул губы и дунул. Видимые для всех потоки воздуха устремились к телу Руилы и, подхватив ее, еще немного приподняли вверх.

Теперь вокруг огненного кокона, внутри которой находилась Руила, образовалась воздушная прослойка — постоянно циркулирующие по кругу плотные потоки воздуха.

— Я добавил туда немного своей Силы, сын. Пока я жив, Руила будет под моей защитой. Не беспокойся. И ты, Богиня Красоты, не беспокойся, и скажи спасибо моему сыну.

— Сын, — опять обратился Остриб к Аторну. — А кто же такая Жубара? Кем всё-таки была твоя мать?

— Она была Древней Богиней этого мира, отец. Она обманула тебя, притворившись смертной. Поэтому я полноценный Бог.

— Ты сын Остриба? — переспросила Удола. Наконец, она вспомнила, где видела его. Этот наглец когда-то поцеловал ее руку. И она его убила. Точнее, хотела убить. Он оказался Богом, и ее сил не хватило. Хорошо, что не хватило. Иначе бы Хаос захватил бы и этот мир… Но он остался тем же наглецом, что и раньше — опять посмел коснуться ее! И не просто коснуться, а схватить на руки! Хотя он очень привлекателен, и она что-то почувствовала, когда недолго находилась в его руках…

«О чем я сейчас думаю?! — прервала свои мысли Удола. — Только что погиб мой отец и моя мать…».

— А что происходит там, снаружи Дворца? — вдруг вспомнила Удола, — Мы совсем забыли о Катире и о Клинках Хаоса!

Не успела она это сказать, как в зал ввалился Скреден, сжимающий в руках большой металлический лук.

— Удола! — вскричал он. — Здесь Клинки Хаоса! Где Великий Лик! Где Удина! Все ее монстры сошли с ума и напали на нас!

— Мы знаем, Скреден. Великий Лик и Удина погибли, — ответила Удола. — Сюда вторглись Клинки Хаоса. Катир с ними, он перешел на сторону Хаоса. Где он?

— Катир… Катир… я убил его… Как погибли?!

— Да, Хаос обманул нас. Когда Хаос пришел в Одэл, и мы сбежали из него, он запустил свою частичку в Удину. И в Катира. Удина раскрыла Врата Хаоса, Кристалл создавался для этого. В общем, нам удалось их закрыть, но моего отца и Удины больше нет. Их уничтожил Хаос.

— Теперь всё понятно…, - помолчав, сказал Скреден. — а я подумал, что Катир сошел с ума вслед за монстрами Удины.

— Я наблюдал за тренировками полубогов, — продолжал рассказывать Скреден, — когда на нас напали. Появился Катир и Клинки Хаоса, за ним гаргулы… Катир… По-моему, он продолжал сопротивляться Хаосу… Да… Я уверен, он смог бы уклониться…

— О чем ты, Скреден? — спросила Удола, — говори внятней. И чего мы здесь стоим, нужно убить всех посланников Хаоса!

— Они уже все убиты, Удола. Мы побили их. Правда, осталось всего два полубога. Ну и я… Как знал… Я совсем недавно сделал этот лук, и он спас нас. Полубоги едва справлялись. Эти гаргулы и Клинки Хаоса — они ведь все умеют летать! Они нападали на нас сверху. А где-то рядом всё время возникал Катир и поражал полубогов одного за другим. Что они могли сделать с Богом Войны? Но всё-таки они сразили двоих гаргул и пятерых Клинков Хаоса. Всех остальных убил я… Из этого лука! — с этими словами Скреден отшвырнул лук, который упал прямо к ногам Аторна.

— Я не хочу больше видеть его! — чуть ли не прокричал Скреден. — Я убил из него своего брата, Катира! Хотя я теперь понимаю, что он дал себя убить. Он же Бог Войны, он до конца вёл бой за свое тело и свой разум…Наверное, Хаос так и не смог поглотить его, и он специально не увернулся от моей стрелы…

Аторн поднял лук.

— Хороший лук, — сказал он, легко растягивая его. На выгнутой тетиве появилась стрела, постепенно охватываемая пламенем. — Вот такой и нужен моей Ликее.

Внезапно Аторн повернулся к Скредену, и стрела полетела в его сторону.

Разминувшись с лицом Бога Ремёсел буквально на волосок, стрела прошла мимо.

— Всех убил, говоришь, а это кто? — спросил Аторн.

Все Боги посмотрели вслед за стрелой… — в конце зала, рядом с входом, лежал Клинок Хаоса, в груди которого виднелось оперение стрелы.

— Теперь точно все, — подтвердил Аторн, — я больше никого не чувствую.

— Ты спрашивал, отец, кем была моя мать? — чуть погодя спросил Аторн. — Да, она была Древней Богиней Сатара. Я до сих пор не пойму, зачем Вы убили всех Старых Богов Сатара, ее детей? Неужели Вам нельзя было существовать всем вместе? А вы даже не стали разговаривать с ними.

Аторн прислушался к себе. После того, как в него вошла сила Великого Лика, он стал ощущать какие-то призывы к нему. «Это смертные молят к Великому Лику, — понял Аторн. — И его Сила, которая теперь находится внутри меня, слышит эти молитвы…».

— Что-то совсем нехорошее происходит у смертных, — сказал Аторн. — Боги, Боги! Вы совсем забыли о них, о смертных. А ты, Удола! Зачем ты убивала несчастных влюбленных?! Я не могу понять Вас. Сейчас мне пора, потом мы с вами еще поговорим. Запомните, меня зовут Аторн.

С этими словами Аторн отправил лук куда-то в пустоту, и он исчез. Потом за спиной Аторна появилась два полыхающих огненных крыла, приподнявшие его в воздух. Он взмахнул крыльями и вылетел из зала.

— Кто это был, Удола? О чем он вообще говорил, и куда…, куда он дел мой лук?

— Это… это Аторн, сын нашего Бога Ветров и Древней Богини Сатара. Он не сказал, зачем он приходил сюда, но чувствую, мы чудом остались в живых. Думаю, Остриб расскажет нам поподробнее, откуда взялся этот сын, и что он вообще обо всем этом думает.

— Глупышка! Теперь я тоже Высший Бог! Я поглотил столько силы смертных, что стал Высшим! Теперь, я чувствую это, я сам могу создавать ветер! Я хочу попробовать это! И я теперь могу летать! Летающая голова! Это смешно, нужно поработать над своим телом. А говорить Вам об Аторне? Зачем? Он сказал, что скоро увидится с нами. Вот сами и спросите всё у него. И, Удола, будь с ним повежливее, ты ведь чувствуешь его мощь?! Не нужно его сердить.

Остриб вырвался из зала вслед за Аторном и с радостным криком пропал в небе Сатара.

Маркиз Давин и Верховный Жрец Богини Жизни Империи Дан с ужасом смотрели на то, что вытворяли с замком Самуила II дэвоны. Этим монстрам пора уже было остановиться, и вообще, их целью было убийство Императора, а не полное разрушение всего замка и смерть всех находящихся там людей. Богиня Жизни просила, чтобы жертв было не слишком много. Не было нужды убивать всю знать Империи Новых Богов, находящуюся в замке, а тем более всех других присутствующих там людей. Теперь же после таких жертв Империя Новых Богов может и не пойти на соглашение с Даном XVIII.

Всегда можно было найти представителей высшего дворянства Империи Новых Богов, которые бы поддержали план Дана XVIII по соединению империй в одну. При условии сохранения им некоторых привилегий, конечно. Тем более, что маркиз Давин долго и кропотливо вел эту работу. Но теперь, теперь все они могут озлобиться. Среди погибших в замке наверняка будут родственники тех, кто не приехал к Самуилу II, и тех, кого удалось переманить на свою сторону маркизу Давину. Вряд ли им понравится такая бойня. Да и армия Империи Новых Богов, в первую очередь баронская тысяча Императора и Божественная Сотня, вряд ли простит Дану XVIII гибели ее элитного отряда.