Драконы - Стрэн Джонатан - Страница 102

— Извините, сегодня я драконов не принимаю! — отрезал он. — Приходите в следующий вторник. — И он захлопнул дверь.

Все, конец. Последняя капля. Джим Эккерт с глухим стуком плюхнулся задом на землю. Все закружилось у него перед глазами: на заднем плане небольшая лесная поляна с неправдоподобно крошечным прудом, звенящим, как китайские стеклянные подвески-колокольчики, ухоженная лужайка с ведущей к дому дорожкой, посыпанной белым гравием, и пышные клумбы, где исхитрились одновременно расцвести астры, тюльпаны, циннии, розы и ландыши, под указателем с надписью: «С. Каролинус». Ему больше не вынести этого. Того и гляди, он совсем спятит и вообразит себя арахисом или кокер-спаниелем. И все это дело рук Гроттвольда Хансона. Теперь доктору Хоуэлсу придется искать другого ассистента для кафедры английской филологии. Энджи…

Энджи!

Джим снова забарабанил в дверь. Она приоткрылась.

— Дракон! — с яростью завопил С. Каролинус. — А не хочешь ли ты превратиться в жука?

— Но я не дракон! — горестно возразил Джим.

Чародей уставился на него, потом жестом отчаяния дернул себя за бороду и принялся яростно жевать ее.

— Где это видано, — гневно начал он, — чтобы у дракона хватило мозгов на то, чтобы вообразить себя не драконом? Ответьте мне, о силы всемогущие!

— Информация верна физически, но не физиологически, — отозвался могучий бас прямо из воздуха примерно в полутора метрах над землей.

Джим решил было, что вопрос носит чисто риторический характер, и теперь вздрогнул от неожиданности.

— Вот как? — С. Каролинус поглядел на Джима с любопытством. — Гм… — Он выплюнул пару волосков. — Ну ладно, входи, Аномалия — или как ты себя там называешь.

Джим протиснулся в дверь и оказался в просторной комнате. Она была уставлена разномастной мебелью и алхимическим оборудованием.

— Гм… — изрек С. Каролинус, закрыв дверь и в задумчивости обойдя Джима. — Если ты не дракон, то кто?

— Ну, на самом деле меня зовут Джим Эккерт, — пояснил Джим. — Но я почему-то оказался в теле дракона по имени Горбаш.

— И тебя это беспокоит. Потому ты явился ко мне. Очень мило, — с сарказмом отозвался чародей. Он поморщился, помял живот и зажмурился. — Может, ты знаешь, что помогает от постоянной боли в животе? Разумеется, не знаешь. Ладно, продолжай.

— В общем, я хотел бы вернуться назад в свое тело. И забрать с собой Энджи. Это моя невеста, и я могу послать ее обратно, но я не могу одновременно послать обратно себя. Видите ли, этот Гроттвольд Хансон… ладно, наверное, надо рассказать все с самого начала.

— Блестящая идея, Горбаш, — одобрил Каролинус, — или как там тебя зовут.

— Ну так вот, — произнес Джим. Каролинус дернулся от нетерпения, и Джим поспешил продолжить: — Я преподавал в учебном заведении под названием Ривероук-колледж, это в Соединенных Штатах, — вряд ли вы слышали о нем…

— Дальше, дальше, — поторопил его Каролинус.

— Я был младшим преподавателем, то есть ассистентом. Профессор Хоуэлс, заведующий кафедрой английского языка и литературы, еще год назад пообещал перевести меня на ставку преподавателя. Но так и не перевел. А Энджи — Энджи Гилман, моя невеста…

— Ты уже говорил о ней.

— Ну да, в общем, мы слегка повздорили. Ну, насчет того, идти мне к Хоуэлсу или нет, чтобы узнать, собирается ли он повысить меня в должности на следующий год. Я-то думал, не стоит идти, а она считала, что иначе мы не сможем пожениться. Вот тут туда и вошел Гроттвольд Хансон.

— Куда и кто вошел?

— В гриль-бар кампуса. Мы там выпивали. А Хансон раньше встречался с Энджи. Он специализируется по психологии. Длинный такой, тощий, выглядит чокнутым, да он такой и есть. Вечно затевает что-нибудь эксцентричное…

— Словарь! — внезапно провозгласил Каролинус. Огромный том возник ниоткуда и повис у него перед глазами. — Ох! — выдохнул Каролинус, потирая живот. Страницы перелистывались сами по себе. — Не обращай на меня внимания, — сказал он Джиму, — продолжай.

— На этот раз он свихнулся на идее Брайди Мерфи. [34]Гипноз. Ну то есть…

— Не так быстро, — велел Каролинус. — Брайди Мерфи… Гипноз… ага…

— Он толковал о блуждании эго, о гранях реальности и обо всем таком. Он предложил загипнотизировать кого-нибудь из нас, чтобы продемонстрировать, как это действует. Энджи разозлилась на меня и поэтому тут же согласилась. Я отошел к барной стойке. Я был зол как черт. Когда вернулся, Энджи не было. Она исчезла. Испарилась.

— Испарилась? — спросил Каролинус.

— Испарилась. Я насел на Хансона. «Блуждает где-нибудь — сказал он, — не только ее эго, но и вся она целиком». — «Верни ее сейчас же», — потребовал я. «Не могу — сказал он. — Похоже, она отправилась в эпоху Святого Георгия с его драконом. Когда мужчины были мужчинами и не боялись требовать повышения по службе». Хансону надо было послать кого-нибудь вдогонку за ней, чтобы разгипнотизировать ее и вернуть обратно. Я согласился как последний идиот. Ха! Я ведь знал, что он придурок. Он не способен сделать ничего путного, даже если ему заплатят. И вот я тут, да еще в шкуре дракона.

— А девица?

— Да, она тоже здесь. Промашка в несколько веков. Когда действительно существовали драконы. Фантастика!

— Почему фантастика? — спросил Каролинус.

— Ну, в общем, что-то в этом роде, — туманно пояснил Джим. — Дело в том, что они ее захватили, то есть драконы. Огромный дракон по имени Анарк наткнулся на нее во время ее блужданий и посадил в клетку. Они собрались в пещере и стали решать, что с ней делать. Анарк хотел использовать ее в качестве приманки, чтобы поймать побольше людей, — драконы называли их георгиями…

— Они, мягко говоря, туповаты, — сурово заявил Каролинус, глядя поверх словаря. — У них в мозгах хватает места только для одного названия. Святой произвел на них такое неизгладимое впечатление, что они запомнили его имя — на все про все.

— Они там все вопили одновременно. Голосищи у них жуткие.

— Вот именно, точь-в-точь как у тебя, — иронически отметил Каролинус.

— Ой, простите. — Джим заговорил потише: — Я пытался предложить, чтобы мы потребовали выкуп за Энджи… — Внезапно он замолчал. — Ничего себе, — сказал он. — Я и не подумал об этом. Я на каком языке говорил, на драконьем? А сейчас на каком? Драконы ведь не говорят по-английски?

— Почему бы и нет? — сварливо возразил Каролинус. — Раз это британские драконы?

— Но я же не дракон, то есть…

— Но ты здесь! — отрезал Каролинус. — Ты и твоя девица. Других же как-то переводили, почему бы и тебя не перевести? Продолжай.

— Я почти все рассказал, — мрачно признался Джим. — Я уже практически отчаялся, когда драконий старейшина встал на мою сторону. «Придержим Энджи для выкупа», — сказал он. Его послушались. Похоже, он у них пользуется влиянием. Я прихожусь ему внучатым племянником и единственным родственником, то есть этот Горбаш, в чьем теле я оказался, приходится. Они заперли Энджи в пещере и послали меня сюда, к Звенящему Роднику, чтобы я нашел тебя и попросил начать переговоры о выкупе. А приватно он велел мне передать, чтобы ты не ставил слишком жестких условий георгиям, то есть людям; он хочет, чтобы драконы наладили с людьми хорошие отношения. Он опасается, что драконам грозит полное исчезновение. Я сумел украдкой поговорить с Энджи наедине. Мы решили, что ты сумеешь вернуть нас обратно.

Тут Джим замолчал и с надеждой уставился на Каролинуса. Чародей в задумчивости жевал собственную бороду.

— Смргол, — бормотал он. — Исключение из правил. Крайне умен для дракона. И к тому же опытен. Гм…

— Вы поможете нам?! — взмолился Джим. — Послушайте, я покажу вам…

Каролинус вздохнул, зажмурился, помотал головой и снова открыл глаза.

— Давай проверим, правильно ли я все понял, — заговорил он. — Ты поссорился с девицей, с которой помолвлен. Назло тебе она обратилась к никудышному шаману, и тот по ошибке отправил ее из Соединенных Штатов (в каком бы пределе космоса это ни находилось) сюда, а потом усугубил свою ошибку, послав вслед за ней тебя, и твоя душа сумела воплотиться только в тело дракона Горбаша. Девица находится в лапах драконов, а тебя прислал ко мне твой двоюродный дед Смргол.