Будущего нет! Кошмар наяву - Голодный Александр Владимирович - Страница 46

– Проверишь в командировке. Если все будет работать, по приезду оформишь три рационализаторских предложения.

Проявивший инициативу за нее и страдает. Александрову осталось ответить только привычное: «Есть».

Еще очень хотелось отремонтировать «Вегу». В караульном вагоне, не выключаясь всю дорогу, работал положенный на эшелон приемник из солдатского клуба батальона. Молодежный канал радиостанции «Юность» на УКВ крутил отличную музыку, по которой Сергей успел ощутимо соскучиться. Неплохие передачи шли и на «Маяке», того же укэвэшного качества.

«Вегу» целиком Александров тащить на сооружение не рискнул – нарушение режима. Но электронную плату без корпуса и динамика недавно пронес. В свободное время лейтенант дотошно проверял схему, выпаивая каждую подозрительную деталь. Результат уже имелся – обнаружился неисправный транзистор с нулевым коэффициентом усиления. В этой работе кардинально помогал полученный все у того же Иващенко тестер ТЛ-4М, взятый под запись во временное пользование.

Но до конца работы было еще далеко, даже без учета накрученных контуров. Вообще, в настройке радиоканала Сергей рассчитывал только на помощь начальника ЛКИП, уже отложив ему соответствующую булькающую «благодарность».

***

– Твоя задача, Константин, получить хорошее, чистое ведро. Если получится, прихвати еще мыло, и мы будем мыться горячей водой хоть каждый день, как белые люди.

Пребывая в заметном восторге, матросик-проводник с энтузиазмом приступил к выполнению поручения, резво метнувшись в роту.

В этот раз Сергею с проводником, похоже, повезло. Пусть Федоров отслужил считанные месяцы, но вагон знает неплохо, чистоту навел, сам выглядит аккуратно. Дополнительным плюсом к мнению послужили припрятанные матросом три подзатертые книги. Фантастика. Хорошее чтение.

Сам факт наличия телевизора в вагоне срочнику сразу пришелся очень по душе. Потом Сергей слазил на крышу, закрепил на дефлекторах антенну, завел в купе кабель. Качество оказалось выше всяких похвал. М-да, так бы в городке показывал.

Полярной ночью темнеет рано, или, точнее, нормальный день вообще не наступает, поэтому настольную лампу тоже испробовали сразу. При выключенном верхнем освещении она давала тот самый эффект, на который и рассчитывал Александров. Светильник создавал комфортную для чтения, почти домашнюю зону. Тут и вытащил свои книги проводник. А когда лейтенант продемонстрировал дорожный душ и объяснил, через какие вентили можно набрать горячей воды в системе…

– Товарищ лейтенант, доставил!

Чистое оцинкованное ведро, пять кусочков «Банного», мочалка и новенькая деревянная решетка.

– Федоров, а решетка зачем? Есть же в туалете?

– Будем класть, когда мыться. Специально.

– Вообще-то имеются военные тапочки… Впрочем, молодец, правильно придумал. Нечего тапки размачивать, будем стоять босиком на чистом.

– Товарищ лейтенант, может, нам еще и по простынке, заворачиваться после помывки?

– Ты еще чайник предложи с кружками, чтобы, как после нормальной бани, чайку навернуть.

– А можно?..

Офицер усмехнулся:

– Можно Машку за ляжку, в армии «разрешите».

– Разрешите, товарищ лейтенант?

– Константин, тебя не попалят?

– Нет, у меня каптер земеля.

Это многое объясняет. С другой стороны, зачем отказываться от хорошего?

– Тогда действуй. Но аккуратно.

– Есть!

«Хорошее» они испробовали через пару дней вечером, когда эшелон полным ходом шел по Октябрьской железной дороге.

Раскочегарив котел, набрали первое ведро горячей воды, и Сергей отправился проверять душ в действии. Парящее ведро на закрытую крышку унитаза, шланг в воду, насос под правую ногу, воронку закрепить проволокой на решетке потолочной вентиляции. Покачать… песня!

Немного поддувает холодом из сливного отверстия в полу, шатается тесное помещение, но в целом оценка «отлично». И, как выяснилось, двух ведер вполне хватает, чтобы замечательно вымыться. Только в следующий раз воду надо делать чуть похолоднее.

В купе тоже оказалось ощутимо жарковато, даже душно – пришлось приоткрывать дверь в тамбур, проветрить. Горела настольная лампа, со срывами вещал на первой программе телевизор, Константин подсуетился с закопченым старым эмалированным чайником.

Завернувшись в простыни, военные откушали по кружечке хорошо заваренного «тридцать шестого» с сахаром и «Юбилейным» печеньем.

– Класс! Товарищ лейтенант, прямо, как дома! Вообще здорово.

Соблюдая внешнюю невозмутимость, довольный Сергей кивнул:

– Не могу не согласиться.

Разумеется, нововведения заметили в эшелоне. Настольная лампа сразу бросалась в глаза, а отлично показывающая «Электроника» вызвала здоровую зависть у начальника эшелона с его солидной «Юностью». Пришлось пообещать помочь с антенной. Хорошо, что хоть про душ коллеги узнали только под конец командировки, а то еще и помывку всего офицерского состава устраивать бы пришлось!

На обратном пути Сергей задействовал опустевший грузовой отсек в качестве своеобразного спортзала. Сам потренировался, и матросику кое-какие азы преподал. Достаточно необычно оказалось заниматься в раскачивающемся на поворотах вагоне.

От души удалось погонять сборку с пистолетом. Боевой Макаров – совсем не макет, вес на действия влияет серьезно. Жаль, что стрелять нельзя, только вхолостую щелкаешь курком.

Две ударные тренировки в день, вечерняя помывка с чаем и нормированный сон. Так служить можно!

***

– Александров, оформляйте рационализаторские предложения, а ваши… приспособы необходимо сдать, так сказать, в фонд отдела.

Охренеть! Вот так и понимаешь значение слова «внезапно». Терентий, похоже, обнаглел в корень. Сам не парился, не помог ничем, а сейчас на готовенькое, «сдать»! Нет, ну, не козел ли он после этого?

И ведь отдать, похоже, придется. Чувствуется в происшедшем подстава начальника эшелона, близкого собутыльника главного инженера отдела.

Лампу, антенну – черт с ним, еще сделаю, даже лучше. Но душ…

– Товарищ полковник, у меня насос неисправен.

Сергей Петрович недоуменно оторвался от уставленного непонятными «терешками» графика:

– Какой насос?

– Душа.

Лейтенант вдохновенно и убедительно «погнал пургу»:

– Он же воздушный, резина слабая, взаимодействия с водой не выдержал. Боковая стенка в месте перегиба лопнула. Я думаю, неисправный сдавать не стоит?

– Разумеется. Приведете в порядок, доработаете и предоставите. А остальное сегодня же передадите моему главному инженеру.

– Есть.

Вот так, оформил рацпредложения!

Процедура оказалась несложной. С помощью Сани Кадомцева заполнил стандартные бланки, приложил чертежи. Но, знал бы о последствиях, ни за что бы не светился. Хотя лампу, да и антенну не спрячешь.

Несколько неожиданный плюс от выполненной работы проявился через неделю. На сооружение позвонил Боронтов:

– Сергей, ты почему «рационализаторские» деньги не получаешь?

Александров не понял:

– Какие деньги?

– За рацпредложения. Тебя что, Кадомцев не предупредил? Давай, выдвигайся в фино и забирай свои тридцать рублей.

Обалдеть! За это, оказывается, еще и неплохо платят!

Чуть позже Сергей Федорович окончательно прояснил ситуацию:

– На каждый отдел есть план по «рацухам», соответственно, и на группу. Ты нас сейчас хорошо закрыл, молодец. А раз у тебя голова варит, будешь теперь от нашей группы отвечать за это дело. Уяснил?

– Так точно. Когда подавать?

– Раз в месяц. Помногу не надо, минимум одну, максимум три.

– Есть.

Денежное вознаграждение однозначно благотворно повлияло на умственную деятельность. Уже сейчас Сергей мог бы предложить преобразователь напряжения, понижающий специализированное вагонное до двенадцати вольт на запитывание телевизоров и радиоприемников, поскольку техника, как правило, подключалась напрямую к аккумуляторам вагона куском полевки, что являлось грубым нарушением требований электробезопасности. И второй, уже умножитель, чтобы нормально работала электробритва. Насчет радиодеталей можно договориться с Иващенко, спаять несложные схемы прямо на сооружении.