Русская армия - Куропаткин Александр Николаевич - Страница 96

При всех недостатках существующей начальной школы, она имеет для сельского населения одно огромное достоинство: дети, окончившие обучение в этой школе, возвращаются в свои семьи и не отрываются от деревни.

Между тем, школы с общеобразовательной программой высшей, чем в начальной школе, например, двухклассные (с пятилетним курсом), в большинстве отрывают окончивших в них курс подростков и юношей от деревни и, значит, не усиливают, а ослабляют деревню.

В нашей местности, с неразвитым населением, первобытным трехпольным хозяйством и общинным владением землей, такие ученики, получившие некоторое развитие и более культурные, чем дома, привычки, не находят в деревне применения своим, в сущности скудным, теоретическим знаниям и стремятся из родных углов на какие угодно должности, только бы не пахать землю. Они ищут занятий на железных дорогах и в городах (кондуктора, приказчики, писцы и т. п. ) или мечтают продолжать обучение в других учебных заведениях, чтобы попасть в телеграфисты, землемеры, лесные кондуктора, чертежники и проч.

В одной из таких школ, с пятилетним курсом преподавания, я опросил каждого из учеников выпускного отделения и из всех них только один собирался возвратиться в деревню, помогать своему отцу, хозяину земельного участка в несколько десятков десятин земли.

Юноша, случайно окончивший курс средней школы, если он принадлежит к крестьянской земледельческой семье, вернувшись в деревню не только с общинным владением землей, но и на хуторской участок, применения своим знаниям не найдет. Знаний же и навыков, нужных для деревни, средняя школа ему не даст.

На основании всего вышеизложенного позволю себе высказать мнение, что ранее насаждения на Руси всеобщего обучения и огромного развития начальных школ необходимо: 1) упорядочить школы, уже существующие, 2) принять меры, чтобы школа усиливала, а не ослабляла деревню.

С этой последней целью, ранее введения всеобщего обучения и расхода на это, по исчислению Фальборка, свыше 200 млн руб. в год, необходимо развить большое число профессиональных школ, сообразованных с главным видом деятельности населения каждой местности и нуждами в тех или других технических знаниях и практических приемах. В особенности важно развитие простейшего типа школ, сообщающих практические сведения по сельскохозяйственной деятельности, и школ, подготовляющих различного вида кустарей.

Из опубликованных в отчетах по последнему съезду кустарей сведений в России до 12 млн душ занимаются кустарным промыслом. Надо самым широким образом помочь им.

Работа этих кустарей оценивалась на съезде в 2 млрд руб. в год. Если припомнить, что все фабрично-заводское производство в России в конце XIX века давало до 2700 млн руб., занимая только 2 млн рабочих, то значение кустарных производств в России станет вполне ясно. После энергичной помощи, в течение последних 15 лет прошлого столетия, заводско-фабричной промышленности, настала очередь оказать такую же энергичную помощь в начале XX века сельскохозяйственной и кустарной деятельности населения России.

Заслуживает глубокого внимания следующее заявление на кустарном съезде: «Кустарь Казанской губернии настаивал на том, чтобы первое место было отведено специальному техническому образованию, так как оно более жизненно важно для кустарей, чем общее образование»[247].

Действительно, как ни велика нужда населения в грамотности и в знаниях общего характера, нужда народа в увеличении его материальных средств еще большая.

В главе XXIX указано, что особенно земледельческое население центральной России оскудело и нуждается даже в хлебе насущном, которого не производит в достаточном количестве. Возможно ли при этих условиях расходовать сотни миллионов народных денег на сообщение населению таких знаний, которые не связаны непосредственно с его деятельностью и которые не могут помочь ему более производительно применить свой труд, прежде всего к земледельчеству?

Ранее перехода к средней школе выскажу следующее пожелание относительно духовных школ всех степеней — городских (епархиальных) училищ, семинарий и духовных академий. Во всех этих школах, не исключая и духовных академий, необходимо уничтожить преподавание мертвых языков и выиграть этим путем время для сообщения полезных сведений, которые могли бы облегчить будущую пастырскую деятельность воспитанникам духовных школ.

Преобразование средней школы. Относительно постановки средней школы в последние 20 лет происходит большое движение во всех государствах, особенно в Англии и отчасти Франции.

Недостатки среднего типа школ, хотя и не с такой яркостью, как в России, сказались всюду. Относительно «новой школы» уже создалась, хотя и небольшая, литература.

В России обратили внимание на труды по новой школе Эдмонда Демолэна: «L'Education nouvelle. L'ecole des Roches» и «A quoi se tient la superiorite des Anglo-Saxons». К. П. Победоносцев популяризировал эти труды в 1898 и 1899 годах, сделав обширные выдержки, особенно из второго из них, в брошюре «Новая школа».

В предисловии К. П. Победоносцев выражает следующую глубоко правильную мысль:

«Критические взгляды автора на французскую систему школьного обучения и на приемы новой школьной педагогии заслуживают полного внимания, в особенности со стороны официальных педагогов и ревнителей народного просвещения в России. Трудно не соглашаться с автором, когда он обличает школьную политику нашу в том, что она менее всего имеет в виду потребности детской души и природы, организуя школу преимущественно с отвлеченной точки зрения учителей, профессоров и начальства, когда он указывает на нравственное бессилие учителя и наставника, относящегося механически лишь к массе учеников, в механическом спрашивании уроков. Из опыта страны, лучше нашего поставившей дело воспитания, автор извлекает старые истины, которые мы забыли или о коих перестали думать, именно, что всякое учение бесплодно и мертво, если оно не есть вместе с тем воспитание ума, с возбуждением живого интереса к предмету труда, и воспитание воли к труду добросовестному; наконец, что знание нераздельно с умением и что знание тогда только прочно и действенно, когда оно на умении зиждется и возбуждается умением»[248].

Демолэн относительно классической системы обучения во Франции делает следующие выводы:

1. «Основание нынешней классической системы обучения составляют латинский и греческий языки, к ущербу всех остальных предметов.

2. Воспитанники, проведя 7 лет почти в исключительном изучении латинского и греческого языков, не знают ни того, ни другого.

Педагоги, отстаивающие эту школьную систему потому, что считают ее удовлетворительной, едва ли разумные педагоги. А те, кои отстаивают ее потому, что для них удобнее ничего не менять в привычной старой системе, прямо недобросовестны»[249].

Взяв за образец уже существующие в Англии коллегии (нового типа), Демолэн открывает «новую школу» во Франции.

Общие основания этой школы следующие:

Воспитанию отводится более важное место, чем обучению. В особенности обращается внимание на выработку характера, самостоятельности, правдивости. Дети и юноши живут с директором, воспитателями и их семьями как бы в одной общей семье. Школы строятся вне городов. При них имеются участки земли. На физическое развитие детей и юношей обращается большое внимание: занятия в саду, в поле, занятия мастерствами, игры, плавание, гребной спорт и проч., — все приспособлено к прочному и систематическому физическому развитию учеников «новой школы». Увлечения английской школы атлетикой избегнуты. Твердый внутренний порядок, заведенный в школе, не мешает вполне доверчивым, приязненным отношениям между учебным персоналом и учениками. Воспитатели, живущие с учениками, вместе с тем и преподаватели разных предметов. Каждый день начинается и оканчивается общей молитвой.