Забавы колдунов. Часть вторая - Кузнецова Вероника - Страница 101

— Или ход не кончается тупиком, — послышался голос Ивана, — или здесь есть какие-то отверстия, по которым проникает воздух.

— Я предпочёл бы первое, — пропыхтел Марио.

Он был много массивнее и девушки, и Ивана, и ему было не очень легко пролезать по первому, более узкому участку пути.

Иван решил ползти вперёд, пока нора это позволяет. Порой у него мелькала мысль: а что будет, если после долгого пути под землёй, он упрётся в тупик? Развернуться невозможно, а ползти назад, пятясь, очень трудно. А что их ждёт позади, кроме дива?

Адель уже выбивалась из сил из-за непривычного способа передвижения, а Марио заговорил сам с собой:

— Хорошо дождевому червю, он создан для таких нор. Вон у него тело как приспособлено для ползания в узких норах! Оно у него сжимается и разжимается, как пружина. А человеку этот манёвр не повторить. Здесь и змея бы, наверное, не проползла, потому что она привыкла извиваться. Как же! Поизвиваешься тут!

Адель поняла, что итальянец совсем измучен, и это её приободрило, а то, не слыша жалоб друзей, она думала, что только у неё совсем не осталось сил.

— Не падайте духом, — донёсся до неё голос Ивана, — мы проползли не так уж много. Просто мы устали, вот нам и кажется, что ход ведёт нас неведомо куда.

— А если бы мы не устали, нам было бы ведомо, куда ведёт ход? — поинтересовался Марио.

Иван не ответил, но не оттого, что не нашёл слов, а потому что ход внезапно расширился и он вылез в коридор, обложенный камнем.

— Сейчас вы отдохнёте на просторе, — сообщил Иван.

Адель и Марио, наконец-то, смогли встать на четвереньки. Высота коридора не позволяла вытянуться во весь рост, но после неудобства их прежнего передвижения возможность менять положение тела была счастьем.

— Здесь всё, и стены, и пол, и потолок, выложены камнем, а в том месте, где наша нора, кусок камня отскочил от стены, — сообщил Иван, ощупывая пространство вокруг себя. — Наверное, какой-нибудь зверь вырыл нашу нору.

— Или начал рыть, — уточнил Марио, — а крот закончил.

— Знать бы ещё, куда идти по этому коридору, — сказала Адель.

— Пойдём налево, потому что там уклон наверх, — решил Иван. — Вдруг мы выйдем на поверхность?

— Интересно, зачем кому-то понадобилось рыть этот коридор, да ещё облицовывать его камнем? — спросил Марио, но не получил ответа.

Им пришлось ползти на коленях, и Адель придерживала подол юбки. Сначала такое передвижение казалось путешественникам более удобным, чем ползанье, но потом они устали. А коридор, сначала чуть поднимавшийся, начал спускаться. Все это заметили, но никто не стал вслух об этом говорить. Что толку гадать, если не представляешь даже приблизительно, что ждёт впереди.

— Отдохнём немного, а потом двинемся дальше, — решил Иван, и его спутники с радостью растянулись на полу, давая отдых телу.

Все молчали, одинаково тревожимые неизвестностью. Куда они попали? Выберутся ли отсюда? Сколько времени им суждено ползать в полной темноте? Сумеют ли они найти воду, чтобы утолить жажду, которая уже начала их мучить?

Адель представила, что им так и суждено ползать здесь, пока они не умрут.

— Как мухи, — пробормотал Марио.

— То есть? — не понял Иван.

— Мухи тоже бьются о стекло, а на волю выбраться не могут.

— Подожди думать о мухах, — посоветовал Иван. — Нам надо не о стекло биться, а искать выход.

— Где искать? — поинтересовался итальянец.

Он чувствовал себя уверенно только среди людей, которых мог обворовать и обеспечить себе этим пропитание и одежду, а в лесах, лугах и особенно здесь, в каком-то непонятном подземелье, он чувствовал себя совершенно беспомощно.

— Раз мы куда-то ползём, то, значит, куда-то выйдем.

— Если это не круговой коридор, — уточнила Адель, вспомнив блуждание вместе с моряком Джоном по анфиладам комнат во дворце, где было жилище колдуньи, и куда они шли за золотым сердечком с красным камнем.

— Это надо принять во внимание, — ответил Иван после долгого молчания. — Когда побредём дальше, ощупывайте стены, вдруг обнаружите какой-нибудь проход.

Сначала Адель в точности выполняла указания молодого человека, но потом устала и уже не так часто проводила рукой по стене. Однако именно она обнаружила пустоту там, где должен быть камень.

— Я что-то нашла, — сообщила она.

Иван и Марио сейчас же присоединились к ней и стали ощупывать проход.

— Мы можем продолжать путь по коридору, но можем пойти сюда, — размышлял Иван. — Вопрос, выиграем ли мы от того, что пойдём сюда.

— Я могу слазить вперёд и посмотреть, что там, — предложил итальянец.

— Лучше нам не разлучаться, — возразила Адель. — Ты можешь заблудиться, а в одиночку блуждать здесь ещё хуже, чем вместе.

Иван молчал, изучая проход.

— Знаете, а ведь здесь не пора и не коридор, а щель, словно земля треснула, — сказал он. — Не знаю, куда она нас приведёт, но она точно сделана не человеческими руками, а значит, не с целью запутать незваных гостей. Пошли здесь.

Все трое втиснулись в узкую земляную щель и пошли по ней, неловко переставляя ноги, иногда с трудом протискиваясь между земляных стен. Сплошная темнота сменилась полутьмой. Очевидно, трещина выходила наверх и позволяла слабому свету проникать внутрь.

— Даже как-то веселее стало, — заметил по этому поводу Иван.

Адель не жаловалась и не давала понять своим спутникам, что ей здесь нехорошо. Неровные стены, между которыми она пробиралась, вызывали в ней тоску и беспокойство. Ей казалось, что они сейчас сомкнутся и раздавят их. Но жалобы не помогли бы ей и только доставили бы лишние хлопоты её друзьям. Щель от этого не расширится, а нытьё ещё никогда не способствовало поддержанию бодрости духа. Сколько они уже идут? Наверное, страшно долго, но останавливаться на отдых надо лишь в крайних случаях, когда без этого нельзя обойтись. Им надо спешить, ведь у них нет воды.

— Щель закончилась, — сообщил Иван. — Здесь что-то типа комнаты для хранения вещей.

В слабом свете, падавшем откуда-то сверху, Адель увидела помещение, заставленное ящиками, сундуками и ларцами из дерева, камня и металла, кувшинами и сосудами разной формы и размера, деревянными столами с наваленными на них полуистлевшими одеждами, рулоны ветхих ковров, кухонная и прочая бытовая утварь.

— Хотелось бы мне знать, сколько всему этому лет? — произнёс Марио.

— Или веков, — уточнил Иван. — По-моему, эти вещи сложены в этот тайник в незапамятные времена, а хозяин умер или погиб, так ими и не воспользовавшись.

— И вырыл тот коридор? — спросила Адель.

— Кто знает, какую роль играл этот коридор. Может, он отводил лишнюю воду?

— Стало быть, у этих вещей теперь нет хозяина, — сделал вывод Марио.

Он не стал обременять себя бесполезными домыслами, а принялся обследовать хранящиеся здесь предметы. Особенно его интересовали ящики и кувшины.

— Подумать только: не заперто, — удивился он, откидывая крышку деревянного ларя. — Н-да… Эта рухлядь никуда не годится. Когда-то это были очень дорогие материи, но сейчас ими пренебрёг бы последний нищий. А это… Это было зерном…

Адели стало тягостно.

— Может, не стоит пересматривать эти вещи? — спросила она.

— Так они же ничьи, — возразил итальянец. — Тот, кто их сюда положил, уже никогда сюда не придёт.

Он заглянул под крышки некоторых кувшинов и торопливо их захлопнул, потому что их содержимое давно превратилось в гниль.

— А это что? — спросил он. — Боже!

Иван и Адель торопливо подошли к нему и обнаружили наваленные друг на друга скелеты.

— Обратите внимание: у них у всех сломан позвоночник, — сказал Иван. — Брось всё, Марио, и поищем скорее выход.

Он стал обходить стены. Адель шла за ним, боясь отдалиться от него даже на пару шагов. Ей было жутко в этой комнате, заваленной вещами и скелетами. А Марио никак не мог оторваться от сундуков. Одни он легко открывал, другие были заперты, и он пользовался своей волшебной отмычкой.