Забавы колдунов. Часть вторая - Кузнецова Вероника - Страница 73

У девушки отлегло от сердца. Этот кот был способен развивать невероятную скорость.

Впереди послышался какой-то шум.

— По-моему, настигли наших приятелей, — предположил Марио. — Явно дерутся. И здорово же дерутся! Вот не ожидал от наших коротышек!

— Бежим туда! — не задумываясь предложил Иван и первый бросился на помощь.

— Ай, глупец! — простонал итальянец. — Силы неравные. Куда суётся? Гибнуть за компанию? А куда бегу я? Мне надо в другую сторону.

Но он спешил вслед за своим другом, удивляясь и недоумевая. Адель бежала рядом.

На краю большой поляны путь им преградил Базиль.

— А вы куда?! — закричал кот. — Здесь и без вас бойцов достаточно.

— Надо помочь им! — говорил Иван, торопясь вмешаться в схватку. — Всё-таки мы были вместе… Пустите меня!

Марио с трудом удерживал друга. Базиль фыркал, шипел и подскакивал, загораживая дорогу.

— Кому? — спрашивал он. — Здесь нет карликов, они чешут от этого места, как одержимые.

Адель только сейчас обнаружила, что на поляне идёт самое настоящее побоище, но с дикарями дерутся не четыре карлика, а стая больших обезьян.

— Это обезьяны! — закричала она. — По-моему, я узнаю нашу обезьяну.

— Да-да, это она! — обрадовался Марио и отпустил Ивана. — Ишь как лихо дерётся! А дикари уже отступают! Где им устоять против такой дикой оравы?

Одна из обезьян, в которой все узнали их знакомую, увидела их и побежала к ним. Адель забеспокоилась, как бы крупное и сильное животное в возбуждении не причинило им вреда.

— Бегите отсюда! — закричала обезьяна, размахивая длинными руками и скаля умную морду. — Я привела наших, чтобы вас спасти, но вы убегайте поскорее и от них тоже. Наши так разошлись, что могут покалечить и вас вместе с дикарями! Скорее, вас уже увидели! Туда! В ту сторону! А потом — через пустыню и реку!

Марио потянул за собой Ивана, Иван — девушку, а Базиль уже спешил прочь, оглядываясь и торопя людей. Обезьяна бросилась навстречу трём своим сородичам, намеревавшимся расправиться с новыми врагами. Адель видела, оглянувшись напоследок, что каким-то способом обезьяне удалось вернуть своих сородичей назад и направить вслед удиравшим без оглядки дикарям.

— Тпру… — сказал Иван, замедляя шаг. — Теперь можно не спешить.

— Хорошая обезьяна, — одобрительно мурлыкал Базиль. — Славная обезьяна.

— Да, она со своими соплеменниками разрешила все наши проблемы, — подтвердил Марио, смеясь. — Нам даже не надо выяснять отношения с недомерками. Было бы глупо после драки с дикарями драться ещё и с ними.

— Боюсь, что после драки с дикарями ни мы, ни карлики уже не смогли бы ни с кем драться, — высказала своё мнение еле отдышавшаяся Адель.

— Это ты правильно говоришь, — ухмыльнулся Марио. — Я тоже весьма сильно опасаюсь, что в финале нашей последней встречи мой зажаренный окорок исчез бы в желудке вождя. Надеюсь, что он был бы хорошо зажарен, по всем правилам кулинарного искусства.

— Почему именно вождя? — спросила Адель, удивляясь неуместности своего вопроса.

— Да, ты, Марио, уж слишком высоко себя ценишь, — серьёзно согласился Иван. — Поверь, ничего особо привлекательного в тебе нет… с точки зрения людоеда.

— Будто в тебе есть, — деланно обиделся итальянец.

— Самая незавидная добыча получилась бы из меня, — сказал Базиль. — Всем, кроме собак, известно, что кошатина — отвратительная вещь… в отличие от кошек.

— А мне один знакомый людоед прямо сказал, что меня надо сперва откормить, — вспомнила Адель.

— Вы все рассуждаете с точки зрения человека, а не людоеда, — объявил Марио. — Если бы правы были вы, то мы были бы в безопасности даже среди дикарей, потому что при виде нас они бы не почувствовали аппетита. Но Адель права в одном — её, действительно, надо откормить, а вернее, подкормить. И нас вместе с ней. Ты не потеряла хлеб, Адель?

— Нет, не потеряла, — с большим удивлением сказала девушка. — Как он уцелел?

— Нет, не сейчас, — остановил Иван наметившуюся трапезу. — Сначала уйдём из этих мест. Пока мы будем обедать и отдыхать, вернутся обезьяны. Наша знакомая очень приятна в общении, не спорю, но мы не знаем, что можно ожидать от её родных и друзей. И не надо забывать о дикарях. Нашим дикарям сейчас, конечно, не до нас, но здесь может оказаться ещё одно племя.

— Убедил, — согласился Марио. — Извини, Адель, пообедаем позже.

Девушка устала, но безропотно приняла распоряжение Ивана. Необходимо идти, значит, она найдёт в себе силы идти. Надо только отгонять мысли об усталости. Сколько они шли, она не знала, ей казалось, что очень долго, но, наконец, лес закончился, и путники вышли на каменистую равнину без единого кустика и даже без травы.

— Остановимся здесь, на опушке, — распорядился Иван. — Нам надо поесть, отдохнуть, а главное, найти воду.

Да, пить очень хотелось. Адель не смогла бы сейчас съесть ни кусочка хлеба, настолько пересохло во рту.

— Воду, наверное, лучше поискать мне, — решил кот.

Он осмотрелся, принюхался и степенно удалился.

— До чего неприветливая страна! — подвёл Марио итог путешествию. — Везде чувствую себя легко и комфортно, зная, что полиция может меня сграбастать, только если накроет на воровстве, а здесь меня хватают ни за что, за одно лишь присутствие на этой земле. Что за беспредел?!

— Здесь и собственных граждан казнят почём зря, — напомнил Иван.

— Меня предупреждали, что это страшные места, — сказала Адель. — А как, скажите мне, я теперь пойду? Я выгляжу совершеннейшей оборванкой. Где мне найти платье? У меня и денег-то нет, даже если кто-то будет продавать одежду. Карлики всё отобрали.

— Выходит, что я хорошо сделал, что опередил их и заранее отобрал у тебя хлеб, — обрадовался Марио. — Теперь не надо думать о еде. А о деньгах ты не горюй: платье я тебе достану.

— Каким способом? — спросил Иван.

— Приемлемым при тех обстоятельствах, которые возникнут, — туманно разъяснил итальянец, прищёлкнув пальцами и смеясь.

Иван не стал развивать эту тему и лишь скосил глаза на свою одежду.

— Мы с Марио оборванцы не лучше тебя, Адель, — сказал он. — У нас только Василий Котофеевич отличается богатой шубой.

— Главное, целой, — уточнил Базиль, неслышно появляясь около людей. — Я нашёл ручей совсем рядом, вон под тем деревом.

Было решено перейти на сотню метров вбок и там поесть и отдохнуть.

— Хорошо! — восхищался Марио, засовывая в рот куски хлеба.

— А я думал, что вы, итальянцы, любите в основном макароны, — сказал Иван.

— Почему-то нам приписывают усиленную любовь к макаронам, — согласился Марио. — Это очень хорошая еда, особенно под острым соусом, но существует много и других вкуснейших блюд. Вы пробовали пиццу? Не пробовали? А жаль! Притом настоящую пиццу умеет готовить только истинный итальянец. Если вы хоть раз попробуете пиццу…

— То уж больше не захотим есть ничего другого, — закончила Адель, смеясь.

— Нет, вы захотите съесть другую пиццу, а потом ещё одну и ещё… Пицца бывает многих видов. Что только туда не кладут! И ветчина, и мясо, и колбаса, и сыр… А уж специй-то! Специй!

— Убедил! — с чувством проговорил Иван. — При случае пообедаю пиццей.

— Свежее молочко, сливочки, сметанка… — мечтал Базиль.

— А знаете, сколько ещё у нас в Италии вкусных кушаний?..

И Марио весело и с удовольствием принялся описывать всякие лакомства. Иван слушал с улыбкой, а Адель представила, какие разговоры бы пошли, если бы здесь оказались Авдей, Любим Парамоныч и Рудольф. Каждый вспоминал бы свои любимые блюда, спорили бы, кричали… Где они сейчас?

— Да, вкусно! — с чувством сказал Иван. — Как будто побывал в хорошем трактире!

— Фи, трактир! — возразил Марио. — Считай, что вышел из первоклассного ресторана!

— Нет, позволь! — деланно возмутился Иван. — В хорошем трактире…

Адель слушала описания вкусных яств и молча жевала хлеб, запивая его зачёрпнутой горстью водой. Аппетит разгорался, но она слишком устала, чтобы воображать перечисляемые кушанья во всех подробностях. Ей хотелось наесться чем угодно и заснуть.