Забавы колдунов. Часть вторая - Кузнецова Вероника - Страница 93

Лес менялся мало. По-прежнему лиственные и хвойные деревья росли вперемежку. Лишь иногда встречались участки ельника, сосняка или березняка. Хорошо было лишь то, что совершенно исчезли заболоченные места, и лес стал заметно суше.

— Мне кажется, что мы уходим от болот. — предположил Иван.

— Знать бы ещё, куда мы идём, — вставил Марио.

— Увидим.

— Если идти всё время прямо, то куда-нибудь выйдешь, — философски сказал козёл.

— Ты уверен, что мы идём прямо? — спросила цыганка.

— Не уверен. Я говорю, ЕСЛИ идти всё время прямо.

— По крайней мере, мы удаляемся от болот, значит, не плутаем по одному и тому же месту. Я думаю, что полезно будет сделать какой-нибудь сосуд для воды, а то как бы мы не вступили в места, где трудно найти ручей.

Адель в который уже раз пожалела о фляге Пахома Капитоныча. Но умелый Иван быстро сплёл берестяное ведёрко вроде тех, которые они использовали при переходе через пески и бросили дорогой, набил мокрым мхом, чтобы кора разбухла, и путники пошли дальше.

Адель, не евшая уже больше суток, устала довольно быстро, но молчала, понимая, что её друзья тоже борются с утомлением. Уж сколько раз она оказывалась без пищи, но чувство голода каждый раз казалось новым и более неприятным. Однако все, одинаково страдая, молчали про еду, словно по уговору. Они не смели отвлекаться пением или интересной беседой, потому что их могли отыскать ведьма, Баба-Яга или кто-то другой, не менее опасный. Большей частью они шли молча, переговариваясь лишь по необходимости.

Вечером, совершенно измученные, они уже еле плелись по лесу, когда Кузя вдруг издал короткое блеяние и попятился. Марио, шедший следом, не успел остановиться, налетел на козла и очутился на земле.

— Ты чего? — воскликнул он, ошеломлённый падением.

— Здесь кто-то есть, — сообщил Кузя.

— Плохие места! Ох, плохие места! — заохала Настя. — Чувствую недоброе.

У Адели холодок пробежал по спине. В этих местах подлесок был очень густой, и за молоденькими деревцами было легко спрятаться. Сейчас на них мог выпрыгнуть какой-нибудь зверь. А вдруг за кустами стоит ведьма или Баба-Яга и ждёт своего часа?

И правда, в кустах слева кто-то зашевелился и выступил на открытое место. Это было существо ростом со взрослого мужчину, имеющее обличье среднее между человеком, обезьяной и каким-то зверем. Оно заросло сероватым мехом, на плечах был накинут плащ из какой-то грубой шерсти, а вокруг бёдер было обёрнуто рваное тряпьё. Ноги были босые, с огромными ступнями и шестью длинными пальцами, по-видимому, очень ловкими. На руках было по пять корявых пальцев с ногтями, похожими на большие изогнутые когти. Особенно ужасно казалось лицо, наполовину заросшее тёмной шерстью. Глаза прятались под косматыми бровями, и выражение их не внушало доверия.

Кажется, существо тоже не ожидало встречи, потому что стояло неподвижно, разглядывая людей с нескрываемым удивлением.

— Что вы здесь делаете? — спросил незнакомец грубоватым голосом.

— Нам надо выйти из этого леса, — объяснил Иван. — А кто ты?

— Местный леший. Хозяин этих мест. Но мне некогда с вами разговаривать.

Было походе, что леший не чувствовал к ним злости, и люди осмелели.

— Может, ты подскажешь нам, как отсюда поскорее выбраться.

— Не может, — возразил леший. — Не бывало ещё такого, чтобы леший помогал людям. Не хочется возиться, а то я бы поводил вас по лесу и завёл в болота. Но очень уж это тягомотно. Да и спешу я. Вот уж скоро полгода, как собираемся мы, четыре давних приятеля, каждую пятницу играть в карты. Мне надо поторапливаться, чтобы не опоздать. Так что идите вы своей дорогой, а я — своей. По-хорошему, по-лешенски, желаю вам получше заблудиться. Пропусти-ка, странничек.

Почему-то лешему помешал именно Марио, стоявший довольно далеко от него. Он подхватил итальянца под мышки и переставил на два шага в сторону. Марио и охнуть не успел, как леший ткнул его в грудь, похлопал по плечу и удалился быстрым шагом, так что только ветки затрещали. Издали послышался гогот, похожий на уханье особо большого филина.

— Чудеса, да и только! — протянул Иван, когда пришёл в себя. — Леший. Какой-то ленивый леший.

— Интересно, чем я ему приглянулся? — не понял Марио. — Я был от него далеко, а он… Тяжёлая у него рука. Наше счастье, что ему было некогда. Не хотел бы я померяться с ним силами.

Итальянец долго ещё пожимал плечами, а Адель чувствовала, что у неё начинают дрожать ноги. Наверное, она сама не понимала, насколько сильно испугалась. Рядом что-то тихо бормотала цыганка, закрыв шалью лицо.

— Хорошо, что всё хорошо кончилось, — сказал Иван. — А сейчас, друзья, отойдём от этого места подальше. Кто знает, вдруг леший решит вернуться и заняться нами.

— Проиграется, и захочет выместить на нас злость, — подсказал Кузя. — У нас в деревне был картёжник. Когда он выигрывал, он домой не приходил, потому что праздновал выигрыш, а когда проигрывал, то шёл прямо домой и принимался колотить домашних, чтобы успокоиться.

Путешественники возобновили путь и шли по темноты. Иван выбрал место, где протекал маленький ручеёк, и наполнил своё берестяное ведёрко. Все напились вкусной воды и улеглись спать. Ночью их никто не тревожил, и утро они встретили отдохнувшие и бодрые. Голод, терзавший их накануне, утих, и они были вполне удовлетворены завтраком, состоявшим только из воды. Иван вылил из ведёрка вчерашнюю воду и наполнил его свежей. После этого они выступили в путь и шли довольно долго, когда вдруг Марио издал болезненный рёв.

Все испугались и окружили итальянца, а тот стонал, хлопал себя по лбу, закрывал лицо руками и всячески выражал своё горе.

— Что с тобой?

— Ответь, Марио!

— Успокойся и объясни, что стряслось, бриллиантовый.

— Тебя блохи закусали?

Но Марио не отвечал и продолжал горестно выть. Наконец, он немного успокоился и простонал:

— Горе мне!

— Почему? — спросила Адель.

— Меня, ловкого вора, провели, как последнего простофилю.

— Кто провёл?

— Наш ленивый леший. И сделал-то он это как виртуозно! И что бы мне догадаться, почему он хлопал меня, как старинного приятеля!

— Да что случилось?

— Он украл у меня неразменный рубль! У меня, у вора! Никому об этом не говорите, а не то засмеют и честь моя будет растоптана, а репутация навеки погублена. Нет, каков мошенник! Жулик косолапый!

Адель не знала, сочувствовать ли ей итальянцу или смеяться под происшествием. Одно было хорошо: теперь Марио не будет обманывать людей, покупая вещь на монету, которая сразу же вновь оказывается у него в кармане.

— А не наша ли бабушка обнаружила пропажу и послала лешего вернуть монету? — предположил Иван. — Рассказывали мне, что Баба-Яга дружит с лешими.

— Хорошо, что леший оказался ленивым, — порадовалась Адель.

— Хорошо, что он спешил, — поправила её Настя. — Предупреждали меня, что это нехороший лес, но я и представить себе не могла, что встречу столько нечисти.

— Надо уходить, — напомнил Кузя. — Лес всё не кончается.

— Не представляю, куда нам идти, — признался Иван.

— А я знаю, — откликнулся чей-то весёлый голос.

— Кто ты? — спросил Иван.

— Где ты? — спросил Марио.

В ответ послышался стук. Адель присмотрелась и обнаружила небольшую птицу с красной макушкой. Она читала про таких в книгах и видела на картинках. Однажды она почти увидела её в загородном парке, куда ходила гулять с Франком. Франк ей указывал, куда смотреть, но она слышала лишь стук, а потом стук прекратился, и её жених сказал ей, что дятел улетел.

— Я слышал ваш разговор, — призналась птица. — Если хотите, я выведу вас из леса, но это далеко.

— Выведи! Выведи, пожалуйста! — закричали путешественники, которым только что казалось, что они обречены до самой смерти плутать по этому лесу.

— Тогда пойдёмте, — пригласил дятел. — Я буду перелетать с дерева на дерево и стучать, а вы идите на стук.

Птица вспорхнула и исчезла в ветвях, и вскоре до путников донёсся стук, на звук которого они сразу же поспешили. Такой проводник с непривычки утомлял людей, но потом они привыкли и уже без напряжения шли на стук, тем более что дятел приноравливался к их скорости. Так они шли весь день, сделав только два коротких привала, зато на ночлег расположились рано, потому что дятел захотел есть и спать.