Инкубатор для вундерваффе - Матвиенко Анатолий Евгеньевич - Страница 55

— Первое. Вы убедились, что я есть я, а не тело галакта. Второе. С рукой удалил имплантат, который был подключен к моей нервной системе и читал мои мысли. Передавал он их тут же или накапливал — мы не можем проверить. Третье. Есть идея, как обмануть всю эту черную кодлу, но не хотелось обсуждать, имея шпиона в теле. Четвертое. Если для восстановления управления порталом понадобится приживить руку — сделаем. Если нет — заработаю на регенерацию.

— Уверен, что поможет? Чип сидел в руке и читал все мысли, как насрать кляксам.

— Не-а. Все — не мог.

— С чего ты взял?

— Демонстрирую. Владимир, будьте любезны, пусть ваш комп переведет фразу «создать супероружие и победить врагов совсем» с русского на всеобщий. Адекватно перевел, верно? Но ведь я так не думаю. И «будьте любезны» внутри себя не употребляю. У меня в голове она звучит как… — Олег выдал тот же по смыслу текст, но в предложении цензурными остались только знаки препинания. — Или так…

— Что переводчик? — спросил Жуков.

— Бессистемный набор слов, характеризующий варианты производных от гениталий человека с различными способами их взаимодействия, буквального значения не имеет, вероятно, содержит сакрально-ритуальный смысл.

Братаны радостно оживились, нагрузили переводчика сакрально-ритуальным бредом, но, не добившись разнообразия, успокоились.

— Видите, меня может понять только человек, и только русский. А галакты пусть слушают переводчика.

— Олежа, так не стоило руку рубить, мы бы по-своему, по-русски обсудили, нам не в напряг?

— С большего, но еще цифры, сроки, названия мест, их матом не скажешь. Расшифруют, уроды. Ладно, теперь по делу, земляне. Меня задрало, что пляшем под их дуду. Хотят — убивают, хотят — развлекаются с нами, как с быками на корриде, хотят — пользуются как рабами. Моя отправка после плена на Землю-2 ни разу не случайна. Черный Лев или врет через слово, или не договаривает. Предлагаю сыграть свою игру теми картами, что у нас есть.

— А давай!

— Лев ждал, что я рвану на Землю, верно? У меня ни бабла, ни одежды, комм на имя героически павшего. Меня заметут в шесть секунд, все, что в чипе, попадает в Тибет. Там у них типа все отслеживается. За год и месяц у черных происходит какая-то хрень, о которой узнать невозможно, и Лев ожидает, что мы делаем подляну. Например, капсулируем не одну планету, как их диверсант, а кусок галактики. Связь обрубили — тела исчезают. Для этого отрезать их от Земли и Земли-2. Им нужно время, чтобы западло отыграть, он говорил тридцать земных лет, может — врал. Допустим, у них в реале внутренние разборки. Предлагаю кинуть подляну прямо сейчас. Считаем. За год и месяц на Земле-2 пройдет где-то двести семнадцать лет. У нас, чтобы создать комплекс Тибета, ушло почти триста лет с прилета свальдов. Еще до жаб была атомная энергия и станция на Луне. Я к чему. Земля-2 за два века нас не догонит. Верно мыслю?

— Конкретно.

— Для земной науки год и месяц ни фига не дают. Ничего не изменится. Значит, запустить хрень, что зашита в чипе, технически возможно прямо сейчас. Нужны челы, не связанные с Тибетом, которые рубят в 0-фигне и смогут слить содержимое чипа в комп без коннекта с сетью. Разобраться, как сделать подляну. Если надо, можно руку мне пришить, подключить мой комм к галактовскому. В идеале, чтобы черные после уничтожения тел передрались между собой. Допустим, удалось. Тогда у Земли-2 целых шестьсот с лишним лет, чтобы сделать суперпушку. Чтобы стирала на хрен не только их кляксы, но и «тонкие тела». Навсегда. Еще одно. Я так думаю, в пространстве Земли-2 нет своих галактов, иначе Лев и эти — скоростные воины — действовали бы через местных. Лев намекал, что и в нашей вселенной они вроде как пришельцы.

Олег вздохнул и добавил:

— Последнее. Просьба. Личная. Побыстрее. С того времени, как меня убили в последний раз, на Земле-2 прошло больше полугода. Все мои друзья на Кентерре, если они живы, и там, в семнадцатом веке. Мне нужно «вниз». Заметано?

68

ЗЕМЛЯ-2. 14–16.08.1669

БАРБАДОС

Формально оставаясь в составе земель английской короны, самый восточный из Антильских островов имел весьма странный статус. Губернатора избирала местная политическая элита, и он как бы подчинялся генерал-губернатору, но фактически остров жил своей особенной жизнью. Находясь на самой границе английских и испанских владений, а также в зоне активности пиратов всех мастей, островитяне окружили побережье сетью фортов, перекрыв все возможные зоны высадки. Бриджтаун, столица Барбадоса и одновременно его основной порт, также охранялся, и когда на внешний рейд прибыл караван из двенадцати судов под флагами разных стран, событие не могло остаться незамеченным.

Кроме основного бизнеса — торговли сахаром и сахарным тростником — барбадосцы зарабатывали как удобный транзитный порт, по сути — южные ворота Карибского бассейна. Вот только, услышав, что на большинстве бросивших якорь судов флаги Нидерландов, губернатор недовольно нахмурился. С одной стороны, пропустить в гавань суда государства, с которым Англия начала конфликт, не патриотично. С другой — корабли Вест-Индской компании этой страны регулярно заходили в порт на пути к Нидерландским Антильским островам, привозили некоторые европейские товары и периодически затаривались сахаром.

С французского торговца спустилась шлюпка и причалила к берегу. Скоро секретарь доложил о прибывших, и губернатор дал знак пустить их.

— Бонжур, месье! — поприветствовал англичанина церемонным поклоном французский капитан. — Рад снова оказаться на вашем острове и рассчитываю на обычное гостеприимство барбадосцев.

Далее француз рассказал, что у него успешно развиваются дела, и он даже зафрахтовал суда для своего товара у голландцев, но тут, мон дьё, Англия объявила войну Нидерландам, и эскадра во главе с «Роял Оук» завязала перестрелку с их кораблем охранения.

— Сочувствую. Сколько же вы потеряли судов, капитан?

— Ни одного. Охранение смогло отбить атаку, а один фрегат взяли на абордаж. Я привел с собой плененного офицера с английского фрегата, а вы все можете услышать из первых уст.

— Джон Линдсей, сэр, второй помощник капитана фрегата «Манчестер».

Губернатор выслушал горестный рассказ стоя. Он не мог поверить, что за какие-то полчаса единственное судно с всего тремя (!) орудиями сожгло линкор, три фрегата и разоружило пятый корабль. Но горе есть горе, а бизнес есть бизнес. Терять заработок, а также ссориться с людьми из конвоя, чье охранение имеет такие мощные и дальнобойные орудия, было явно не в интересах островитян.

— Господин капитан, — обратился он к французу. — Распоряжение генерал-губернатора о нападении на суда Нидерландов адресовано флоту открытого моря, но не портовым службам. Раз вы утверждаете, что груз — ваш, у властей Барбадоса не может быть никаких претензий по поводу торговых перевозок страны, с которой у нас мир.

Предлог, озвученный губернатором, устроил всех, и уже через час «Миссури» неторопливо ошвартовался у дока. К ночи выгрузили топливо, слили воду, снаряды и балласт сместили к левому борту. Корпус накренился, из воды показалась нижняя часть правого борта.

Тяжелое ядро флагмана ударило в районе ватерлинии. На бронепоясе осталась вмятина. Ниже и выше места удара разошлась сварка, и, хотя щель оказалась не более двух-трех миллиметров, в трюм пошла вода, и второй машинный отсек подтапливало. Все же Барбадос почтил присутствием первый сварной корпус в мире, об опытности сварщиков и надежности обшивки говорить еще очень и очень рано.

Несмотря на то что в Западной Европе глубокая ночь, Мохаммед поднял Раджу с постели. Они обсудили дальнейшие действия.

Наутро счистили органические наросты вокруг трещины. Корабль новый, но несколько недель в Карибском море уже дали о себе знать. Потом проложили смолу в качестве герметизирующего состава. Затем наложили узкую полосу стальной заплаты в подводной части и приклепали. Повторили с надводной частью, вновь откачали воду. Вроде корпус больше не подтекал.