Под знаком мертвой птицы (СИ) - Эльфман Алиса - Страница 27

И все же… Я все время размышляла о Линне. Под всем слоем тоски и пепла сгоревших надежд теплилось слабая искра чего-то непонятного мне. Возможно, я схожу с ума – возможно, расплата Тьмы уже настигает меня… Но, хочется верить, хочется потешить себя сказкой – хоть и страшно разочароваться потом.

А дело в том, что я по-прежнему ощущаю присутствие Линна. Теперь не могу слышать его, однако… Я вновь вспомнила мотылька с золотистой руной на крыльях. Не может же быть такое событие просто случайностью!? Если отключить холодный разум, если отдаться чувствам и инстинктам, тогда я практически становилась уверена: мой дух-хранитель не погиб безвозвратно. Он был рядом, везде и нигде. В воздухе и снеге, в земле и деревьях. Я скрывала свою надежду глубоко в душе, окружила ее толстыми стенами  и потихоньку лелеяла… Я не открылась даже Ане – она увидела лишь мою скорбь и нежелание идти дальше.

...Небо было высоким, но откуда-то сверху летели, выписывая причудливые спирали траекторий, снежинки. Они тихонько шуршали, касаясь оконных стекол. Я вновь улыбнулась собственным мыслям. Выйдя на балкон, с удовольствием втянула в себя морозный воздух. Соскучилась по настоящей зиме… По холоду и метели. И по мудрым речам Линна – я всегда спорила с ним, а ведь он во всем оказывался прав.

А снег все падал и падал. И в хлопьях, послушных лишь ветру, мне время от времени мерещилась человеческая фигура… Смутный силуэт,  рожденный то ли моим подсознанием, то ли чем-то еще…

Я вспомнила слова, которые призрак Первой Зари однажды сказал мне: "С чего ты взяла, что для меня нет иного пути? Просто я еще не готов пойти по нему".Теперь я начинала понимать, что он имел в виду… До конца же мне это станет ясно лишь… после того, как я покину это тело.

Нет ни смерти, ни бессмертия. Наша жизнь – всего лишь полустанок, промежуточная остановка пред чем-то бОльшим, настоящим и всеобъемлющим. Перед тем, как мы станем едины с миром… Перед тем, как вернемся домой.

24. Аня.

Я понимала, что больше оставаться на Земле не могу. Все было чужим, все было неправильным. Бессмысленность происходящего все сильнее угнетала. Я чувствовала себя почти также, как тогда – два года назад, когда узнала правду о себе… и мире… и своих друзьях. Тогда я не верила в сказки, но жизнь, ехидно ухмыляясь, засунула меня в одну из них – в страшную и печальную сказку.

Господи, если есть ты – ответь, что творится с миром? И что творится в наших душах?.. Почему не видно конца дороги, почему никак не получается отыскать свой дом?.. Почему мы не видим света?.. Почему нельзя вернуться туда, откуда ушел?..

Как же много у меня вопросов. А ответы… Если они и существуют, только я сама смогу их отыскать. Здесь мне не помогут ни боги, ни демоны… ни подруга-ясновидящая. Нет, я не должна отчаиваться! У меня есть, ради чего бороться. И ради кого. Я найду в себе силы остановить проклятие Первой Зари. Отыщу, чего бы мне этого не стоило.

И все же… Как больно возвращаться в место, которое раньше было домом. Как больно видеть чужые отстраненные взгляды бывших друзей. Я не виню Риту и Мишу -  если здесь и есть чья-то вина, то лишь моя.

…Пока я брела по дороге, погруженная в раздумья, рядом появился Шейд. К счастью, Андрея я не заметила -  не испытываю желания видеть его сейчас. Без того на душе пакостно.

- Пора уходить на Роокхел, -  задумчиво произнесла я. Слово "возвращаться" произнести не смогла. Еще накаркаю невесть чего…

- Твоя подруга что-нибудь тебе рассказала?

- Только посоветовала ждать, пока все само разрешится… Ну а ждать я могу где угодно.

Похоже, Шейда тоже тяготил чужой мир.  Или ему просто передавалось мое настроение. Ведь мы с ним одной породы – скитальцы, которым невыносимо оставаться долго на одном месте. И мы оба не любим вспоминать прошлое и идти назад. Есть только один путь – вперед. Я не знаю, есть ли у этого пути конец и цель… Я просто иду, пока еще могу это делать.

…Вдруг у меня резко закружилась голова. Я будто начала падать куда-то и, даже сильные руки дампира не смогли меня удержать. Я летела в бездну, а тьма вокруг шептала хриплые песни, в которых звучала хищная древность… Это были гимны того времени, когда не было ни добра, ни зла – не в том "чистом" виде, что выдуман людьми. Тогда поклонялись лишь двум силам, по сути слившимся в едином хаосе – жизни и смерти.

Ощутив под собой твердый холодный камень, я начала понимать, что все же не сплю и не брежу… Впрочем, наверняка утверждать было невозможно: иллюзии, особенно магические, практически невозможно отличить от реальности. Да и сны некоторые – куда больше, чем просто образы усталого разума…

Я открыла глаза: окружающая обстановка показалась смутно знакомой. Ну конечно же! Это был храм Тан Вейи – Богини-змеи – тот самый, воспитанницей которого являлась моя подруга Ева. Хоть я и чужда религии, но бывать тут в прошлом довелось. Взгляд сам собой метнулся к грандиозной каменной скульптуре Богини – немного грубоватой, но от этого не менее величественной. У ее подножия, в тени, стояла какая-то фигура…

- Приветствую, Миа-Кхель… - голос был определенно женский, хотя низковатый и немного хриплый. Через мгновение загадочная персона сделала шаг вперед, и я смогла ее рассмотреть. Знаю, конечно, так глазеть на незнакомых людей не слишком-то прилично, но удержаться я не могла… Выглядела женщина необычно – не так уж для Роокхела (а что-то мне подсказывало, что она именно оттуда) – но привлекала внимание все-таки не внешним видом, не только им. Вытянутое лицо с широкими скулами; по смуглой коже – непонятные бурые узоры, похоже, нарисованные кровью; в смоляные волосы вплетены бусинки, косточки и перья; из одежды на женщине была только нечто среднее между юбкой и набедренной повязкой из замши – однако своей…хм, "частичной обнаженности", она, похоже, совершенно не стеснялась. В целом, незнакомка напоминала жрицу или шамана древних времен… Очень древних. Но ее глаза сильнее всего цепляли внимание: странного неясного цвета, то ли темно-серые, то ли синие – они казались невероятно глубокими, затягивали… гипнотизировали.

- Не стоит слишком долго смотреть мне в глаза, принцесса, - видимо, "жрица" заметила мое оцепенение и поняла, чем оно вызвано, - Не потому, что ты слаба, а я сильнее, - за этой фразой я ожидала услышать логичное продолжение, но его так и не последовало. Спрашивать я не стала, хоть и было любопытно. Не без труда, но у меня получилось отвести взгляд; к слову, сама "гипнотезерка" смотрела прямо, не моргая.

- Кто вы? – ну не удержалась я: вопросы так и норовили сорваться с языка, пришлось задать самый, на мой взгляд, безобидный.

- Халль. Та-Кто-Помнит. Ты ведь за этим и пришла – чтобы вспомнить?

Я хотела было сказать, что меня сюда притащили, причем, против воли. Но так и застыла, не произнеся ни слова. До боли знакомый выбор… Меня уже ставили перед простым, на первый взгляд, выбором: память или забвение. Но смогу ли я вынести это еще раз…

Халль же, видно, если и не читала мысли, то проницательностью обладала недюжинной: молчание длилось не больше секунд пятнадцати, но мои колебания она уже почувствовала.

- Память сама по себе ни к чему не обязывает, пусть вначале и придется нелегко. Но чтобы сделать выбор -  ты должна знать, с чего все начиналось…

В ее руках сверкнула золотой вспышкой округлая чаша… могу поклясться, что минутой раньше ее там не было...

На моих губах сама собой появилась кривоватая усмешка:

- Выбор… А он у меня есть? Уже как-то не очень верится.

- Если ты выбирала неправильно – это не повод винить в собственных злоключениях судьбу, - резко одернула меня Халль и продолжила уже мягче, - Грядет война, девочка. Точнее, она идет сейчас, пока что незримо и незаметно для большинства. Победить в ней возможно… Но любая победа требует своих жертв. Выход есть, но вот способна ли ты будешь его принять – совсем другой вопрос. Для этого ты и должна узнать собственное прошлое.