Яблоня (ЛП) - "Philo" - Страница 174

— Возможно, будет лучше, если ты поселишься в отдельной комнате, — наконец сказал Снейп. — Я понимаю, что тебя нужно ежедневно трахать, но работать предпочел бы в одиночестве. Да и возвращаться в спальню, не пропахшую мальчишкой, который наверняка весь день дрочит, покуда я кручусь как белка в колесе, тоже было бы неплохо.

Полностью раздевшись, Северус направился в ванную и с грохотом захлопнул за собой дверь.

Минуту Гарри пролежал без единой мысли в голове. Потом в душе хлынула вода, и юноша медленно, морщась, сполз с кровати. Впечатление было такое, словно его ударило бладжером — физически и эмоционально.

Разумеется, Северус прав.

Даже удивительно, что он так долго терпел Гарри и не предъявлял претензий.

Молодой человек подобрал штаны, которые бросил на пол перед тем, как забраться в постель, там же нашел смятую рубашку, сунул ноги в туфли и прошаркал в гостиную, сминая задники на ходу.

Записка, оставленная ему Северусом, все еще лежала на столе.

"Прости меня", — торопливо приписал внизу Гарри и оглядел комнату. Хотелось уйти до того, как зельевар выйдет из душа, но сначала нужно было сделать так, чтобы он перестал сердиться. Гарри выудил из кармана пару таблеток парацетамола и положил их на стол рядом с запиской. Северус знал назначение лекарства и, если голова по-прежнему будет его беспокоить, мог ими воспользоваться.

Неожиданно в комнате появился Добби.

— Добби! Как хорошо!

— Господин Гарри! С вами все в порядке? — обеспокоенно спросил домовой эльф.

— Просто устал. Можно попросить тебя об одолжении? — Гарри говорил быстро, не желая быть прерванным Северусом. — Я хочу выйти на прогулку. Сменишь здесь постельное белье? А еще собери мои вещи и перенеси их в свободную комнату. Только поскорее, ладно? Большое спасибо.

Не дожидаясь ответа Добби, юноша исчез за дверью, одновременно радуясь, что успел осуществить задуманное, и опасаясь расплакаться при домовике.

Впрочем, Добби объявился перед Гарри, стоило тому оказаться вне покоев зельевара. В ручках он держал теплую мантию.

— На случай, если похолодает, господин Гарри.

Молодой человек нагнулся и обнял домовика, чему тот несказанно удивился. Взмахивая ушами, Добби неловко попытался похлопать Гарри по спине.

— Спасибо тебе за все, — сказал юноша. — Это большая честь — быть твоим другом.

Домовик поднял на Гарри огромные глаза.

— Добби найдет вас, когда вы вернетесь, только позовите, Гарри Поттер! Добби подберет вам отличную комнату, сэр!

— Спасибо, — повторил Гарри, выпрямляясь.

Он не знал, куда идет, просто хотел убраться как можно дальше. Завернувшись в мантию, Гарри прошел по подземелью и открыл входную дверь. Озеро поблескивало в лучах полуденного солнца; воздух был пронизан свежестью. Юноша глубоко вдохнул. Бегать он не мог, но гулять старался ежедневно. Вот и теперь Гарри направился к озеру.

Северус рванул на себя дверцу шкафчика и, покопавшись среди бутылочек, вытащил дозу универсального болеутоляющего, которым пользовался, когда Волдеморт решал внести драки в вечернюю развлекательную программу. Сейчас оно было в самый раз.

Опустошив пузырек, зельевар включил воду в душе и долго стоял под горячей водой, пока не почувствовал, что снова способен двигаться. Последствия взрыва в классной комнате утекли в водосток.

Снейп решил, что попросит Крэбба присмотреть за отработками. Сил возвращаться в класс уже не было. Выйдя из душа, алхимик щелкнул пальцами, вызывая домовика, и велел ему передать Крэббу свое сообщение.

Северус начал вытираться; в миг душевной слабости ему не хотелось выходить наружу и и лицезреть обиженную мину Гарри. Или, скорее, рассерженную. Зельевар отвернул кран, присел на бортик ванны и, дожидаясь, пока та наполнится, принялся подравнивать ногти. Он был чрезвычайно зол на себя за то, что выместил на юноше огорчения рабочего дня.

Нет уж, если говорить начистоту…

Не только сегодняшнего дня, но и вчерашнего вечера тоже.

Но Северус просто не знал, куда подевался так хорошо знакомый ему молодой человек. Неужели обладание магией значило для него так много, а ее отсутствие повлекло за собой полнейшую летаргию? Пожалуй, это можно понять. Такому феномену и статью не зазор посвятить — разумеется, когда магия к Гарри вернется. Интересно, в каком журнале ее лучше напечатать?

Мысли зельевара вернулись к событиям прошлого вечера. Почему любовник не посвятил его в свои планы? С Роном Уизли ведь явно посоветовался. Конечно, Уизли — не только ближайший друг Гарри, он еще и один из главных стратегов Ордена.

И потом, Поттер знал, что Северус с ним не согласится. Потому и смолчал.

Снейп и сам поступил бы точно так же.

Быть может, Гарри действительно ленится работать, но юноша успел прочесть огромную кипу книг.

Северус просто не привык делиться своей территорией.

Не привык делить с кем-то свою жизнь.

Ведь это все — дело навыка.

У них впереди лет сто, чтобы научиться жить вместе.

Выйдя из ванной, Снейп обнаружил чистую, заправленную постель, убранную гостиную и улыбнулся. Значит, компромиссу все-таки есть место. Зельевар пробежал глазами извинения на своей же записке, увидел маггловское лекарство; на душе потеплело оттого, что Гарри, даже после устроенного ему скандала, позаботился о самочувствии любовника.

Северус задумался о том, кого именно Гарри отправился навестить. Заметив, что мантии юноши нет на двери, сделал вывод: Хагрида. Значит, в меню черствые пироги и чай. Ухмыльнувшись, Снейп аппарировал в лабораторию — поработать над магией партнера.

Обсуждение безумных планов Гарри снова откладывалось.

Драко как раз закончил тренировку на освещенном факелами квиддичном поле — такое практиковалось несколько раз в году на случай, если игра затягивалась до вечера — и теперь избавлялся от напряжения, лениво кружа над озером. По ночам душевые у поля запирались, и команда отправилась мыться в замок. Малфой к ним не присоединился: он планировал ночевать у Невилла и там же принять душ. Закапал дождик — под таким было даже приятно летать, только медленно: на большой скорости капли впивались в лицо, мешая видеть и обжигая щеки.

Что-то зашевелилось под одним из деревьев, и юноша замедлил скорость, пытаясь разглядеть, какой зверь прячется у опушки.

Миг спустя Драко определил, что силуэт принадлежит закутанному в мантию человеку и, снижаясь, выхватил палочку.

Закрыв себя щитом, слизеринец прошептал: "Lumos!" — и направил оружие на незнакомца, одновременно чтобы лучше видеть и самому оставаться в тени.

— Драко, я сейчас ослепну, — раздался тихий голос Гарри.

Опустив палочку, Малфой подбежал ближе.

— Что ты здесь делаешь? — ахнул он, глядя на сидящего спиной к дереву волхва.

— Вздремнул немного, — невозмутимо отозвался тот.

— Да ты весь промок, дубина! — нахмурился Драко. — Почему не вернулся в замок?

— Не могу.

— Не можешь? Какого х…я? — Драко присел на корточки рядом с Гарри. Интуиция подсказывала, что случилось непоправимое.

— Вот именно.

Протянув руку, Малфой дотронулся до лба друга и ощутил исходящий от того жар.

— Ты бредишь, — объявил он. — Пойдем, тебе нужно в замок.

— Не брежу, — криво улыбнулся Гарри. — Пошутить пытался. Не вышло, — в ответ на удивленный взгляд слизеринца юноша пояснил: — Ты сказал: "Какого х…я?" А я говорю: "Вот именно".

— Ты удивишься, но я помню, Гарри, — мягко произнес Драко. — Давай поднимайся. Я помогу тебе вернуться.

— Щедрое предложение, но, пожалуй, тебе лучше взять свои слова назад, — не двигаясь, возразил Гарри. — Меня нужно трахнуть, чтобы я смог попасть в замок. Иначе я его не вижу.

— Что?!

— Ага. Вот и выяснилось, как меня туда занесло. Прошлой ночью мы, как сказала бы Гермиона, не отсасывали и не глотали. Теперь все кончено. А, неважно.