Покоренный дикарь - Пауэлл Синтия - Страница 22

— Нет, я занят по горло на этой неделе, свинья заболела, у пуделя диабет — сам понимаешь.

— Да-а, — протянул Бренд.

— Я надену на нее ошейник с радиосигналами и сообщу об этом в Общество защиты животных, может кто-то захочет проследить за ней. Не советую давать ей больше транквилизаторы, это небезопасно. Что касается тебя, Бренд, тебе я их настоятельно рекомендую.

Вестон никак не отреагировал на это саркастическое замечание, а Маршалл, повернувшись к Фалин, посоветовал ей захватить с собой жидкость от москитов.

— Там, где вы окажетесь, их смертная туча. А такому лакомому кусочку, как вы, придется нелегко.

Она улыбнулась:

— Бренд предупредил меня, что здесь полно насекомых, но я пока что-то их не заметила.

— Райдер прав, — подтвердил Бренд. — Тебе стоит продумать хорошенько свой костюм, обязательно что-нибудь с длинными рукавами, брюки и закрытая обувь.

Фалин просияла:

— Значит, ты берешь меня?

Он кивнул:

— Это хорошая возможность сфотографировать пантер. Чем больше людей их увидят в «Эко», тем лучше.

— И когда мы едем?

— Завтра с утра. Советую собраться с вечера, и не забудь взять с собой сменную одежду.

— Сменную одежду? Ты хочешь сказать, что нам придется переночевать там?

Бренд снова кивнул, делая вид, что не замечает ее колебаний.

— Да, если я найду еще один спальный мешок для тебя.

— Спальный мешок?

— Ну да. Мы будем ночевать в лесу.

«Ночевать в лесу, — пронеслось у нее в голове, — с Брендом. Наедине».

8

К тому времени, как верхушки деревьев осветились первыми лучами солнца, Бренд уже погрузил клетку с пантерами на грузовик и подготовил все к поездке. Миссис Твичфорд, которая приехала немного раньше, чем обычно, собрала им в дорогу продукты. Фалин же с трудом поднялась с постели.

Она плохо спала ночью, а теперь никак не могла решить, что ей взять с собой в дорогу. У нее были большие запасы жидкости против москитов, но насекомые ее мало беспокоили. Ее волновало другое.

— Пора отправляться, мисс Истбрук, — крикнул Бренд с первого этажа. — Нам предстоит длинная дорога.

«И длинная ночь», — добавила про себя Фалин, кидая вещи в сумку.

Но впереди еще целый день, ей нужно подумать о своей работе, Бренду — о пантерах. Подхватив сумку с аппаратурой, она поспешила вниз.

Миссис Твичфорд вручила Бренду тяжелый ящик с едой и обняла Фалин:

— Желаю благополучного путешествия, — прошептала она.

Благополучного? Фалин подозрительно взглянула на Бренда через плечо экономки. Он был одет в темную футболку, облегающие джинсы, ковбойские сапоги. Кожаный ремешок стягивал длинные волосы.

Вздохнув, Фалин подумала, что их путешествие вряд ли будет таким.

— Пора, — позвал он ее, спускаясь с крыльца и складывая сумки в кузов.

Последний раз проверив, все ли нормально, Бренд залез в кабину и завел мотор.

— Ты едешь или нет? — спросил он Фалин, неуверенно остановившуюся у дверцы кабины. — Или у тебя, как и у миссис Твичфорд, началась аллергия?

Фалин нехотя залезла в кабину и устроилась на сиденье. Нет, ее беспокоила вовсе не аллергия. Ее беспокоили гормоны.

Но Бренда не интересовал ее диагноз. Он нажал на газ, и они выехали через центральные ворота, направляясь на юг.

— Что-то ты сегодня тихая, — заметил он, не услышав от нее за целый час ни единого звука.

Фалин казалась сегодня какой-то испуганной. А он уже было решил, что вчера сумел растормошить ее. Но эта женщина была крепким орешком.

— Да. — Она повернулась к нему. — Я плохо спала.

Он тоже. Когда же ему удалось наконец под утро заснуть, ему начали сниться мучительные сны. Сны о нежной, чувственной женщине, которая наконец согласилась разделить с ним его ложе. Ночные фантазии были страстными и соблазнительными.

— Ты нормально себя чувствуешь? — поинтересовался он.

По крайней мере, выглядела она отлично. Просто отлично, заметил он, несмотря на закрытую одежду. Это было глупой затеей, как будто несколько лишних сантиметров ткани могли остановить то, что предопределено природой. Как будто несколько маленьких пуговок смогли бы удержать его, когда он захочет сорвать с нее одежду. Господи, как же он этого хотел!

Но не менее сильным, чем его желание, был инстинкт самосохранения. Его разум не позволял ему снова рисковать своим сердцем, своим спокойствием. Если Фалин покинет его после того, как они станут близки, он не выдержит.

И все же Бренд понимал, что борьба между разумом и желанием завершилась, и завершилась она не в пользу рассудка. Он хотел освободить Фалин от мучительных воспоминаний о прошлом. Он хотел сделать ее своей. Он хотел поверить, что любые последствия стоят этого.

— Я в порядке, — тихо ответила она, легкий румянец выступил на ее щеках.

Бренд прекрасно понимал, что терзает ее, и бессонница была лишь одним из незначительных последствий этого со стояния. У нее были все остальные симптомы — румянец, прерывистое дыхание, расширенные зрачки, смотревшие на него из прозрачных зеленых глаз. Все это было создано природой, чтобы привораживать мужчин. И это неплохо срабатывало.

Он вцепился в руль, пытаясь побороть желание остановить грузовик и показать ей, как хорошо им может быть вместе. Показать, что может произойти между двумя людьми, не сдерживаемыми страхом, сомнениями и опасениями.

— Вздремни, — предложил Бренд. — Нам предстоит еще долгий путь.

А ему еще предстоит позаботиться о пантерах. У него свои заботы, а с мисс Истбрук он разберется позже.

Фалин почувствовала, как тяжелеют ее веки, как постепенно расслабляется тело. Солнце слегка пригревало ее сквозь стекло машины. Фалин закрыла глаза и прислонилась головой к двери. Она с удовольствием немного поспит. Если она закроет глаза на несколько минут, ничего страшного не случится.

— Проснись, — прошептал Бренд ей на ухо.

Фалин глубоко вздохнула, еще крепче прижимаясь к чему-то теплому.

— Я не сплю, — вяло запротестовала она, отбрасывая настойчиво теребящую ее руку с плеча. — Я только на минуту закрыла глаза. И потом, это была твоя идея, — добавила Фалин, с трудом соображая, что происходит.

Рука снова затрясла ее, на этот раз сильнее, и она почувствовала теплое дыхание на виске.

— Твоя минута длится уже несколько часов. Я уже не уверен, что это была хорошая идея. Мое плечо совсем одеревенело.

— Твое плечо? — повторила она, все еще с трудом двигая языком.

Фалин резко раскрыла глаза. Его плечо! Значит, она, привалившись к нему во сне, удобно облокотясь на его плечо, дрыхла вот уже несколько часов! Не удивительно, что ей не хотелось просыпаться. Фалин смутилась. Как только она перестала контролировать себя, она тут же потянулась к нему.

— Извини! — сказала она, отодвигаясь на свое сиденье.

Выпрямившись, Фалин огляделась по сторонам.

— Где это мы?

— Аллигатор-Эллей, в северной части Эверглэйдз. Я подумал, что тебе стоит заранее достать фотоаппарат. Мы уже почти приехали. К тому же мне тяжело было вести машину, когда ты так сладко похрапывала у меня на плече.

— Тебе, наверное, было ужасно неудобно? — виновато спросила она.

— Ничего, только плечо немного затекло.

Внезапно они услышали шум, раздававшийся в кузове. Это означало, что пантеры уже устали от путешествия. Бренд вышел проверить, как они себя чувствуют, а Фалин еще раз с любопытством осмотрелась. У нее появилось ощущение, что они с Брендом были единственными людьми на свете.

Широкая трасса шла между высокими кипарисовыми деревьями, растущими вдоль низин, поросших густой травой. Большая птица сидела в огромном гнезде на верхушке высохшего дерева. Фалин решила, что это, должно быть, ястреб. Она вычитала в справочнике, что они часто встречаются в этой местности.

Бренд вернулся в кабину с двумя бутылками холодной содовой. Протянув одну ей, он сказал:

— При такой жаре нужно побольше пить.

Фалин последовала совету, жадно глотая освежающую жидкость. Но, как только она утолила жажду, перед ней возникла другая, не менее насущная проблема. Ей необходимо было сходить в туалет.