Разлука не для нас - Уолкер Элизабет - Страница 6

Владельцы компании, производящей насосы, объясняли Кортни, что им нужно, по телефону, и еще в Сан-Франциско у нее возникли кое-какие идеи. Она привезла с собой целую папку набросков. Но сейчас, удивительном городе, где в ультрасовременных небоскребах просвечивали мотиву индейских вигвамов, а вдали, на горизонте, нефтяные вышки поднимали головы выше неприступных гор, все прежние идеи казались Кортни плоскими и невыразительными.

Остановившись на углу Главной и Пятой улиц, она долго любовалась сверкающими брызгами фонтана, затем перевела взгляд на группу семиэтажных домов. В том, что на углу, кирпичном, с причудливым стрельчатым фасадом, ждали ее клиенты.

Сочетание старинного кирпича и современных очертаний дало мыслям Кортни новое направление. Да, вот что должен отражать логотип насосной компании: неумолимое движение прогресса, чудеса современной техники на фоне седой старины. Кортни вошла в лифт: сердце ее сильно билось, как всегда в минуты вдохновения. В таком настроении, думала она, и надо идти на первую встречу.

— Талса оказалась не такой, как я ее себе представляла, — заметила Кортни, усаживаясь напротив двух пожилых мужчин — совладельцев фирмы. — Я покажу вам наброски, сделанные в Сан-Франциско. Но кроме этого, если вы не возражаете, мне хотелось бы изложить идеи, пришедшие мне в голову прямо сейчас.

Двадцать четыре часа понадобилось Кортни, чтобы преобразить расплывчатую идею в строгий и изящный рисунок. Эти сутки она провела, запершись в номере, рисуя и отбрасывая один вариант за другим. Перед ней стояла трудная задача: изобразить название фирмы, дать понять, что фирма производит насосы, выразить сложную идею борьбы старого и нового — и все это в логотипе площадью в несколько квадратных дюймов! Рисунок должен быть простым и выразительным, не страдать от увеличения и уменьшения. Наконец, после долгих часов упорного труда, Кортни нашла символ, в котором надежность прошлого сочеталась с энергией будущего. Она была довольна логотипом: довольны остались и клиенты.

Мистер Клэй долго рассматривал се окончательный вариант, и улыбка освещала его смуглое морщинистое лицо.

— Отлично придумано, мисс Стюарт, Джон, а ты что скажешь?

Его партнер с розовой лысиной в обрамлении седых кудрей наклонился к столу и удивленно покачал головой.

— То, что надо. Ясно, что у нас за товар: понятно, что фирма старая, солидная, но от времени не отстает. Большего и требовать нельзя. — Он поднял взгляд на Кортни, и в старческих глазах зажегся лукавый огонек. — Признайтесь, юная леди, ваш бизнес идет неплохо?

— Да, пожалуй, — скромно ответила Кортни.

Мистер Клэй положил руку партнеру на плечо.

— Джон лишь на прошлой неделе узнал, что такое «логотип».

— Я понимал, что нам нужно что-то в этом роде, — поправил мистер Хьюджес, — только не знал, как эта штука называется.

Основная часть работы была сделана: осталось несколько мелочей, не требующих ни времени, ни затраты сил. Все свободное время Кортни гуляла по городу или отдыхала в «Вильяме Плаза».

На третий день пребывания в Талсе, возвращаясь в отель, она заметила, что у бассейна, против обыкновения, никого нет. Водная гладь манила своей свежестью, и Кортни решила искупаться. Она подошла к столику портье спросить, не было ли ей сообщений — и вдруг застыла как вкопанная. У столика вполоборота к ней стоял мужчина, которого она не спутала бы ни с кем. Высокий рост, густые темные кудри, античный профиль, гордый разворот плеч… Может быть, она и не могла его вспомнить две недели назад — но сейчас узнала бы в любой толпе.

Медленно, словно во сне, Кортни приблизилась к столу. Эрик обернулся, как будто кожей ощутив ее присутствие.

— Ах, черт возьми! — воскликнул он, и лицо его озарилось озорной улыбкой. — Узнали все-таки! А я-то хотел притвориться, что я — не я!

— Что вы здесь делаете? — спросила она напряженным полушепотом.

— Ваши ключи, сэр, — произнес портье.

Эрик, не оборачиваясь, протянул руку, и клерк вложил туда ключи.

— Вы говорили, что никогда не бывали в Талсе и никого здесь не знаете. Если хотите, я покажу вам город.

— И вы… для этого приехали? — растерянно спросила Кортни. Никогда еще она не сталкивалась с таким настойчивым ухаживанием и теперь не знала, как на него

отвечать.

— В Талсе живет моя тетушка, — ответил Эрик, — так что я не раз здесь бы вал. — Он протянул ключи и счет коридорному со словами: — Пожалуйста отнесите вещи наверх, а ключи оставьте на доске.

Коридорный кивнул, подхватил чемодан и спортивную сумку и исчез в кабине лифта. Кортни проводила его беспомощным взглядом.

— Эрик, мне казалось, я уже вам объяснила…

— Да-да, — прервал он и, взяв ее под локоть, повел в «Контору адвоката» — уютный бар с юридическими трудами на полках и удобными дубовыми креслами вокруг массивных столов. — А теперь я вам кое-что объясню, ладно?

Кортни молча села. Лучше объясниться и покончить все разом, думала она, иначе он так и будет ее преследовать. Кортни заказала шерри, Эрик — «Манхэттен». Несколько минут оба не произносили ни слова. Наконец Кортни поставила бокал и откинулась в кресле.

— Я вас слушаю очень внимательно, — объявила она. — И, когда вы закончите, надеюсь, дадите себе труд столь же внимательно выслушать мой ответ.

— Что ж, это честно. — Он закинул ногу на ногу, сжал в руке бокал, но не поднес его к губам. — Я пригласил вас на ужин в Сан-Франциско — вы ответили «нет». Если бы я настаивал, вы обратились бы в другое бюро.

— Совершенно верно, — согласилась Кортни и отпила шерри, не сводя с Эрика настороженных глаз.

— Итак, я оказался в тупике. Что делать? Можно было подождать несколько месяцев и попробовать еще раз. А вдруг снова ничего не выйдет? И я решил совершить нечто эффектно-драматическое.

— Не люблю спецэффектов, — сухо ответила Кортни.

— Однако прием подействовал. Как вы считаете, сколько у меня было шансов пить с вами «Манхэттен» в Сан-Франциско?

— Боюсь, ни одного.

— А здесь? — улыбнулся Эрик. Кортни вздохнула.

— Хорошо, Эрик, вы добились своего.

Что дальше?

— Это зависит от вас. — Он по-прежнему не спускал с нее глаз. Кортни заерзала в кресле под его пронзительным взглядом. — Вы привлекли меня еще три года назад, но тогда я знал, что вы живете с Питером Меррилом. Я думал, что вы поженитесь.

Кортни не ответила, и Эрик продолжал:

— Вы разошлись с ним. Живете в отеле, купили дом и готовитесь к переезду. — Он пожал плечами! — Кортни, пожалуйста, объясните мне, в чем дело. У вас есть другой — или просто я вам глубоко противен?

Ты не обязана ему отвечать, напомнила себе Кортни. Да, он потратил время и деньги — ну и что? Это его трудности. Но с другой стороны, если уж он так хочет знать, почему бы не ответить? Этот человек настойчив, но и терпелив. Кортни инстинктивно ощущала, что, если объяснить все как есть, он перестанет докучать ей.

— У меня никого нет, — начала она, тщательно подбирая слова, — и вы мне вовсе не противны. С другой стороны, я не испытываю к вам тех чувств, что вы, по-видимому, испытываете ко мне. Я ведь вас совсем не знаю. — Он хотел что-то возразить, но Кортни предостерегающе подняла руку. — И не хочу узнавать. Не потому, что вы мне не нравитесь, — нет, просто я… Хорошо, буду с вами честной. Я не хочу близких отношений ни с кем. Я устала. Я — как выжатый лимон. Мне тяжело говорить «нет», но еще тяжелее вновь увязнуть в этом болоте. И встречаюсь я сейчас только со старыми друзьями, которые понимают мое состояние.

— Я тоже понимаю…

— Нет, — оборвала она. — В тот вечер вы ничего не поняли, и мне пришлось вам отказать. Мне было очень неловко.

— Верно, — признал он. — Простите меня. Но, может быть, вы дадите мне еще один шанс?

Кортни слегка наклонилась к нему.

— Но зачем, Эрик? — спросила она. — Для вас-то в этом какой смысл? Предположим, вы будете вести себя как истый джентльмен, ни единым словом не выйдете за рамки чисто дружеских отношений — но в глубине души но перестанете хотеть совсем иного. А я… мне будет стыдно, что я вас гак мучаю.