Знак судьбы - Куксон Кэтрин - Страница 3

— Где вы это услышали, мисс Барбара?

— У маленьких хрюшек большие ушки, — ответила за нее сидевшая напротив светловолосая Констанция, и обе сестры захихикали.

Мэри сама постоянно повторяла эту поговорку, но сейчас решила приструнить девочек.

— Маленьким хрюшкам иногда отрезают ушки, когда они слышат слишком много.

— Но это правда, Мэри?

— Я знаю не больше вашего, мисс Барбара.

— Но я ничего не знаю, Мэри, а ты знаешь все.

Служанка сжала губы, чтобы подавить улыбку, и заявила с напускной строгостью:

— Я знаю, что когда вернется мисс Бригмор, я посоветую ей придумать для вас стр-р-рашное наказание.

Девочки склонились друг к другу через стол. Они знали, что Мэри не любит мисс Бригмор и частенько возражает ей. А поскольку Мэри во всем потакала им, девочки готовы были поверить, что под личиной мисс Бригмор скрывается великан-людоед из волшебной сказки.

— А когда Армстронги уедут домой? — поинтересовалась Барбара.

— Завтра, насколько мне известно.

— Ох! — хором воскликнули девочки и выпрямились на своих стульях.

— Это значит, что вечером будет шумная гулянка и оргия, — заявила Барбара.

Мэри Пил вскочила как ошпаренная, но, подлетев к столу, со страхом переводила взгляд с одной девочки на другую.

— Если мисс Бригмор услышит от вас что-нибудь подобное, вы знаете, что произойдет, — промолвила она, немного придя в себя. — И не только с вами, но и со мной. Предупреждаю, она отправит меня на кухню, а за вами будет присматривать Нэнси Райт или Кейт Стил.

— Ох, нет, нет! — Девочки схватили Мэри за руки. Барбара вскинула голову и посмотрела на круглое, добродушное лицо служанки, которое казалось ей молодым и старым одновременно. В ее понимании любой человек в двадцать семь лет был уже стар. — Мэри, нам нравятся твои поговорки, они гораздо лучше, чем у мисс Бригмор.

Мэри угрюмо кивнула.

— Да, но думаю, мисс Бригмор не согласилась бы с вами. И откуда вы узнали об оргиях… то есть о шумных гулянках?

Девочки переглянулись, лукаво усмехаясь.

— Да мы иногда подглядывали с галереи. А на прошлой неделе спрятались в ящике для оружия. Хорошо, что он оказался пустым.

— Боже мой! — воскликнула служанка, прижав пальцы ко рту. — Послушайте, мисс Барбара, — обратилась она к старшей из сестер, — обещайте мне, что больше никогда не будете этого делать. Обещаете?… В ящике для оружия! Да как же вы сумели открыть крышку?

— Да, она очень тяжелая, но нам удалось ее поднять. А вот выбраться из ящика мы не смогли.

— Не смогли выбраться? — Мэри всплеснула руками и спросила дрожащим голосом: — Как же все-таки вам удалось это сделать?

— А мы стали кричать и стучать по крышке. Уэйт и открыл ее.

— Уэйт?

— Да. — Девочки утвердительно кивнули.

— А что он сказал?

— То же самое, что и ты.

Мэри нахмурилась пытаясь вспомнить, что она говорила, но когда стало ясно, что она затрудняется, Констанция с улыбкой помогла ей:

— Он сказал: "Боже мой!"

Мэри плюхнулась на третий стул, стоявший у стола, вытерла лицо своим белым передником и наклонилась к девочкам.

— Ради Бога, обещайте мне, что ничего подобного не повторится… Ну, обещаете?

Констанция кивком подтвердила свое согласие, но Барбара не шелохнулась.

— Обещайте мне, мисс Барбара.

— Я не могу тебе этого обещать, Мэри, поскольку знаю, что нарушу свое обещание. Понимаешь, мне нравится наблюдать, как развлекаются джентльмены и леди.

Мэри вновь прижала ладонь ко рту. Но услышав, как стукнули двери, вскочила со стула. И едва она успела прошептать Барбаре: "Ох, мисс, мисс", в комнату вошла гувернантка.

Мисс Бригмор можно было бы назвать очень хорошенькой, если бы не чрезмерно строгий вид. Каштановые волосы, карие глаза, губы изящной формы, гладкая кожа и хорошая фигура, хотя грудь была несколько великовата для ее среднего роста.

Мисс Бригмор минуло тридцать. Она выросла в добропорядочной семье представителей среднего класса. До шестнадцати лет у нее была своя гувернантка. И только когда девушке исполнилось почти семнадцать, достоянием общественности стал тот факт, что и гувернантку, и восемь других слуг в доме в окрестностях Йорка, а также любовницу в центре города отец содержал за счет вкладов клиентов банка, в котором служил.

Мать не пережила удара, когда мужа посадили в тюрьму. Но Анна вынесла все. Похоронив мать, она в душе похоронила и отца. Когда в двадцать четыре года Анна поступила на службу к мистеру Томасу Моллену из Хай-Бэнкс-Холла в качестве гувернантки двух его племянниц, она сообщила, что сирота, — это фактически так и было.

При первом знакомстве с Томасом Анна и не подозревала, с какой сильной и неординарной личностью свела ее судьба. Она не знала, что у большинства женщин учащалось сердцебиение от одного лишь взгляда Томаса Моллена. Взгляда, убеждающего, что они красивы, привлекательны и, что важнее всего, желанны.

За те шесть лет, что мисс Бригмор прослужила в Хай-Бэнкс-Холле, она не обзавелась друзьями. Общаться же со слугами считала ниже своего достоинства, и даже тот факт, что она, как и все слуги, зарабатывает себе на жизнь работой в особняке, не опускал ее в собственном сознании до их уровня.

Посмотрев рисунки девочек, мисс Бригмор коротко бросила:

— Все, свободны, можете идти и готовиться ко сну. — Повернувшись к Мэри Пил, она добавила: — Проследи за ними.

Затем мисс Бригмор удалилась в комнату для занятий. Сняв с полки три книги, она села за длинный стол и стала готовиться к завтрашним урокам. Однако через пару минут отодвинула книги в сторону и поднялась. Подойдя к окну, гувернантка уставилась в темноту. Женщина вспоминала прошедший день. Перед мысленным взором возникла картина: озеро, на льду, взявшись за руки, катаются, веселятся и кувыркаются дети. А хозяин смотрит на нее и улыбается. Однако он никогда не приглашал ее покататься на коньках. И сегодня никто не подумал пригласить. А ведь в свое время она замечательно каталась… в молодости. А сейчас ей уже тридцать. Вот если бы хозяин видел ее молодой… Анна медленно отошла от окна и вернулась к столу.

Было около одиннадцати вечера, когда первые крики и раскаты хохота из дальнего зала достигли спальни девочек. Барбара села на кровати. Обхватив руками колени, она напряженно прислушивалась. В какие игры они играют сегодня? Может, дядя Дик гоняется за мисс Фанни по галерее и тащит ее за портьеры, как это делали они с Конни, когда играли в прятки с Мэри? Или, может, какая-нибудь из дам катается по перилам лестницы? Барбара была уже свидетельницей, как одна дама начала такой спуск. К сожалению, девочке не удалось увидеть, что произошло потом. До нее доносились лишь визг и смех. А еще как-то раз она наблюдала, как трое джентльменов несли кого-то на плечах вниз по главной лестнице. Барбара не могла разглядеть, кого они несли — леди или джентльмена, были только видны голые ноги до колен.

Если мистер Армстронг с семьей завтра уезжает, то значит дядя Дик и его друзья скоро последуют их примеру, а дядя Томас отправится по делам. И в доме снова станет тихо. Хорошо, хоть они не останутся наедине с мисс Бригмор, с ними будет Мэри.

И все же их будущее представилось Барбаре чрезвычайно мрачным и скучным. При тусклом свете ночника она вгляделась в соседнюю кровать и увидела, что Конни крепко спит. Конни пообещала Мэри не спускаться вниз, но ведь она-то сама не обещала, разве не так?

Барбара тихонько откинула одеяло и выбралась из постели. Сунув ноги в тапочки и накинув халат, она прокралась через темную детскую и осторожно открыла дверь.

Лестничную площадку освещала одна свеча, горевшая в подсвечнике-трезубце. Оглядевшись по сторонам, девочка двинулась к лестнице. Услышав какой-то тихий звук, она замерла и оглянулась на дверь, расположенную напротив детской. Непонятно было, смех это или стон, но доносился он из спальни мисс Бригмор, которая находилась рядом с ее гостиной.